body { background:url(https://forumupload.ru/uploads/001b/f1/af/2/275096.jpg) fixed top center!important;background-size:cover!important;background-repeat:no-repeat; } body { background:url(https://forumupload.ru/uploads/001b/f1/af/2/326086.jpg) fixed top center!important;background-size:cover!important;background-repeat:no-repeat; } body { background:url(https://forumupload.ru/uploads/001b/f1/af/2/398389.jpg) fixed top center!important;background-size:cover!important;background-repeat:no-repeat; } body { background:url(https://forumupload.ru/uploads/001b/f1/af/2/194174.jpg) fixed top center!important;background-size:cover!important;background-repeat:no-repeat; } body { background:url(https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/4/657648.jpg) fixed top center!important;background-size:cover!important;background-repeat:no-repeat; }
Очень ждём в игру
«Сказания Тейвата» - это множество увлекательных сюжетных линий, в которых гармонично соседствуют дружеские чаепития, детективные расследования и динамичные сражения, определяющие судьбу регионов и даже богов. Присоединяйтесь и начните своё путешествие вместе с нами!

Genshin Impact: Tales of Teyvat

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Genshin Impact: Tales of Teyvat » Партнерство » home beneath the ruin [cross]


home beneath the ruin [cross]

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

https://i.imgur.com/D12lISY.png

[sign]          [/sign]

0

2

заявка от alluka zoldyck

✽ CHAINSAW MAN ✽
https://forumupload.ru/uploads/001c/19/f6/18/369905.gifhttps://forumupload.ru/uploads/001c/19/f6/18/218754.gif


жизнь — не сказка, и не имеет с ней ничего общего. ведь в сказке всегда есть счастливый конец, а в реальной жизни, несправедливость и несчастье - вот что ты называешь удачей. на самом деле, это  невезение в чистом виде. бесконечный круговорот страданий, дарованный судьбой бесстыдницей, что обрекла на вечные муки, на море крови, покрывая души шрамами, а сердца - глубоким разочарованием.

0

3

заявка от alluka zoldyck

✽ GOLDEN KAMUY ✽
https://forumupload.ru/uploads/001c/19/f6/18/868307.gifhttps://forumupload.ru/uploads/001c/19/f6/18/289833.gif


в поисках несусветного богатства, дурачки-простачки, в компании таких же, попали в сети не только своих собственных амбиций, но и чужих интересов. дойдя до самого края, где грани между жизнью и смертью сливаются в одно непроницаемое целое, неустанная борьба становятся неотъемлемой частью пути мести, в этом суровом путешествии, где каждый шаг может стать последним.

0

4

заявка от takasugi shinsuke

GINTAMA ✽ KAWAKAMI BANSAI
https://i.imgur.com/WX7Ud2D.jpeg


«Когда дует ветер, бочкари богатеют» — ты слышал эту поговорку, Бансай? Не более, чем цепочка причин и следствий: ветер поднимает пыль, и многие слепнут, слепым остаётся одно — играть на сямисене. Для изготовления сямисенов используют кошачьи шкуры, тебе ли не знать. Чем больше музыкантов, тем меньше кошек. Чем меньше кошек, тем больше мышей. Мыши прогрызают соломенные мешки и съедают рис. Люди начинают скупать для хранения риса деревянные бочки.
Скажи, кто из них ты, Бансай? Кошка, мышь, или, быть может, ты, как и я, был слеп? Поэтому последовал за мной? Я играю на сямисене по этой причине — потому что слеп?

Давай сыграем, Бансай.

Бачи в наших пальцах касаются струн и производят долгую вибрацию, резонирующую в остальных. Движение за движением, резонанс за резонансом, мы низвергнем эту прогнившую страну, больше недостойную того, чтобы её защищать!

Струны содрогаются, звуча в унисон — для тебя важно чувство ритма, если ты не можешь угнаться за ритмом, ты отступаешь. Ты — моя правая рука, мой закрытый левый глаз, если хочешь. Что ты слышишь, глядя на меня Бансай? Ты — видишь? Ты не можешь угнаться за ритмом моей музыки? Это не угроза, твоё мнение — интересно, твои решения я уважаю, какими бы они ни были. Ты способен пойти наперекор мне, не исполнить мой приказ по своим причинам, поступаешь так, как считаешь нужным, следуешь только собственному ритму.

Но разве у нас он не один на двоих с того дня?

Когда мы встретились не_случайно, террористы, приговорённые к смерти из-за попытки спасти одного ребёнка, хитокири Каваками Бансай, ты назвал меня сумасшедшим, но разве тот, кто сам не сошёл с ума, последует за мной?

С тех пор ничего не изменилось, эта страна давно вынесла нам смертный приговор, твои слова. Так почему бы тебе не умереть за меня — этот уговор всё ещё в силе. Не более, чем цепочка причин и следствий: сражайся за меня, сражайся на моей стороне, пока я не стану трупом. Но, видишь ли, Бансай, я не умру, пока не разрушу эту страну. Ради своей цели я пойду по трупам. Я буду использовать и тебя, до тех пор, пока ты сам не станешь одним из них.

Знаешь, Бансай, мне известно, что ты, как и весь Кихейтай, приняли решение уже давно: использовать ваши собственные жизни, чтобы создать одного героя.
Меня.
Но знаешь, Бансай — я просто обычный, слабый человек, который стоял на пороге отчаяния тогда, который стоит на горе из трупов теперь. На мне столько грехов, что не сосчитать, и половину из них я разделил с тобой. Я могу добавить в эту гору ещё один труп, и ещё, «друзей» или «врагов», неважно кого. Я буду проливать кровь ради нашей цели, но моя плоть, кровь и меч, если и встретят свой конец, то на вершине горы именно из ваших тел. Мой, наш конец, настанет, когда мы перевернём эту страну, ты ведь с самого начала понимал, что идти за мной — всё равно что выстрелить в собственный висок.
Но знаешь, Бансай, ты мне кое-что обещал. Не смей забывать!
Я говорил, что ради своих целей пойду по трупам.
Вы — не трупы.


Гинтама кончилась. Сюжета нет. Ты тоже вряд ли будешь.

Но вместо тысячи слов.
пример поста;

Ещё немного...
Ещё... 
одну...
ступень.
Он никогда не знал, зачем продолжал брести, шаг за шагом переставляя ноги. Или знал, но всё это так позади сейчас, в миллионах проделанных шагов, эхом отзывавшихся в пустых коридорах, и после каждого тянулись кровавые следы; не помнит, когда наступал просто на дождевые лужи, шлёпал по ним бегом, в попытках ни на шаг не отстать, когда ступни были забрызганы грязью и пылью, как когда-то в детстве, не тёплой липкой кровью тех, кому он перерезал глотки, кого пронзал и кому вспарывал животы.

Теперь вспорот его.

Кровь не капает — сочится порциями-сгустками из рассечённого живота, из отсечённой руки, из пореза на горле, вытекает изо рта, описывая проделанный путь, отнимая и без того взятую в долг жизнь, расплёскивается по ступеням звуком собственного кашля, сотрясает — колени подкашиваются, терминал рушится, альтана трещит зелёными вспышками, но он должен продолжать переставлять ноги, во что бы то ни стало, шагать, волочить отказывавшееся двигаться, больше не слушавшееся тело, ведь там — не пустота, не ненависть, ослепившая единственный видевший глаз, не жажда отмщения тому, кого он больше всего ненавидел, видя в нём себя, там — огненный рассвет, или закат, не понимает, всё расплывается перед взором в родные очертания, и от этого щемит больнее вспоротых ран — деревянная ограда, парадные ворота, иероглифы на табличке, солнечный диск, наполовину перегороженный крышей, и силуэт, там, совсем рядом, перед ним, и ноги будто больше не опутаны кандалами смерти, и он бежит на встречу, первый, оставляя позади Зуру и Гинтоки — ноги едва держат, оступается, морщась от жгучей режущей боли, хватается уцелевшей рукой за живот, зажимает рану, но кровь всё равно расплёскивается на пол, но это неважно, больше неважно, ведь он нашёл его, нашёл...

Веки щурятся в вымученной улыбке, оставшейся где-то там, позади, в миллионах шагов назад.

Он ведь нашёл его...

— Сен...сей...

Нашёл...

И он разговаривает с Сенсеем из последних сил, Сенсей не отзывается, своды рушатся, падают рядом, растрескивая, ломая ступени, от боли сгибает пополам, но он идёт к нему. Оступаясь, шагает. Идёт. Знает, что это не Уцуро, что это — Йошида Шоё из Шоку Сонджуку.
Не понимает, почему сенсей молчит, почему сенсей делает такое грустное лицо, и боль, толчками пульсирующая под самым сердцем ядом шепчет, что тот, кого сенсей хотел бы видеть на его месте, был Гинтоки, всегда Гинтоки, но он отмахивается от этого пульса — пусть.
Горло хрипит, высачивая из глотки кровь, та вязкой паутиной тянется вниз сквозь кашель, но он не видит ничего, кроме сенсея. Улыбка вымучивается, корчится всё шире, застывает, глаза почти смыкаются, на грани яви и сна.
Не сна.
Смерти.
Он обещает, что сделает то, чего не смог сделать Гинтоки, чего не смог сделать сам — обещает защитить, уверяет, что они сумеют это сделать, все вместе, и он так хочет, так хочет, чтобы сенсей ему поверил, один единственный раз, чтобы всё было как раньше, когда они, втроём, сломя голову бежали вслед за сенсеем, возвращаясь на огненном закате в додзё, и нет ни боли, ни страданий, есть только будущее, и он зовёт сенсея — вернуться, обратно, в Шока Сонджуку, где он был счастлив, где были счастливы они. Единственный раз. Зовёт вернуться. С ними. Связанными узами. С теми, у которых будущее было.

Не с ним.
Ведь он...
Зовёт Сенсея.
Ещё... одну... ступень.

Делает ещё один шаг. И падает, валится, как обрушивающийся сверху свод, ноги больше не держат, но он не может — протягивает дрожащую руку, медленно ползёт вслед — не может прекратить цепляться, не может отпустить, не может. Ещё немного... Ещё чуть ближе... Как же он... жалок. Его цепляющийся за прошлое меч заржавел, раскрошился трухой в пальцах, но он не может продолжать ползти, он должен идти, идти, вскарабкивается на колени. Сенсей отвечает.

«Я больше не тот, кого бы ты мог называть сенсеем»

Сенсей подходит к нему, не способному больше подойти. Говорит то, что ранит — больнее тех ран, что у него уже есть, больнее той боли, которую он испытал, видя его смерть, видя, как его жизнь отнимал тот, кому он верил, и путы снова опутывают руки, сковывают бессилием, неспособностью что-либо сделать, по ногам, и с каждым произнесённым словом пелена призрачного счастья предсмертного полубреда растворяется, рушится, остаётся там, позади, так далеко от них, в миллионах шагах.

«Я не могу защитить даже одного из вас»

И правый глаз выжигает тем, что он уже видел, своим левым, всегда, раз за разом, постоянно, с тех самых пор, как веко сомкнулось и больше не распахивалось. Слёзы, стекающие по щеке сенсея, вонзаются в его правый глаз больнее, чем кинжал.
Слёзы, которые он никогда больше не хотел видеть, которые никогда не проливал сам.
Ладонь касается рукояти катаны, и кровь капает с живота, вскипает в жилах, и он чувствует, чувствует, чувствует, как она приближается, поглощает.

Пустота.

Мягкая улыбка отражается в лезвии — взмах. Острие вспарывает ткань и кожу, втискивается между рёбер. Он ведь пообещал — сенсею больше не придётся никого защищать.
Теперь их черёд.
Его.
Он защитит сенсея так, как умеет — никогда не умел защищать, только уничтожать — и эту пустоту он просто уничтожит!
Ладонь проталкивает клинок до рукояти, острие проходит насквозь слишком легко, протыкает — собственную грудь.
И он падает, валится, как обрушивающийся сверху свод, храня на губах мягкую улыбку, ноги больше не держат, поручает будущее, и Шоё-сенсея — им.

Ему…

Ещё один раз. Ещё один раз он даст ему шанс. Он доверится Гинтоки. Ведь убить его — Гинтоки сможет, ведь отрубить голову ему, не сенсею, Гинтоки будет гораздо проще. Это почти одолжение, он почти поддался, дал форы, позволит взять матч-реванш.
Секунды тишины. Лязг скрещенных мечей. Огненный закат. Удар.
Его тело не его. И снова его.
Боль.
Двести сорок шесть против двухсот сорока семи.
Боль уступает слабости, и каждое слово — с трудом, каждый вдох — с трудом, улыбка — с трудом, но сейчас он счастлив, благодарен за подобный исход, благодарен Гинтоки — он не мог позволить ему снова взвалить на собственные плечи смерть Шоё-сенсея; тогда, десять лет назад, он бы без раздумий отдал собственную жизнь, чтобы не выбирать, тогда бы он умер за Шоё-сенсея, и ненавидел Гинтоки за то, что тот выбрал другое.

Но теперь всё было как надо, он сам сделал всё, как надо. Не дал Уцуро убить сенсея, и на этот раз Гинтоки не будет страдать, как страдал из-за Шоё-сенсея тогда, также, как тогда страдал он сам.
Огненный закат больше не греет и холод расползается по телу, поглощает, но слушая голос Гинтоки, кажется, что становится несколько теплее, голос Гинтоки уносит на миллионы шагов назад, когда они без конца дрались и пререкались, в единственное время, которое больше не вернуть — когда он по-настоящему был счастлив.
Гинтоки не перестаёт шутить, но голос его вдруг надламывается и снова становится холоднее.
Он не хочет.
Ему не нужно от Гинтоки подобных эмоций.
Ведь тогда его план — рухнет, ведь тогда уходить будет несравнимо тяжелее.
Пустота близко, но ему не страшно, он, в отличие от Гинтоки, давно пуст.
И он торопится поговорить, делать то, чего они не делали всё это время, отвечает шуткой на шутку, как умеет, и почти жалеет, что... но глаза... глаз, почти не держит, у него не осталось сил, и он понимает, что это — последний шанс. Сказать правду, и попросить так, чтобы это не выглядело одолжением — вернуть не сможет.

Потому что сейчас, здесь, перед ним, это не Гинтоки. Не тот человек, которого он жаждал победить, не тот, за которым он гнался всю свою жизнь, оставаясь позади.

У Гинтоки, которого он знал, не дрожал голос.
Гинтоки, которого он хотел видеть — не тот, которым узрел его левый глаз, прежде чем навечно закрыться, навсегда запечатав ненавистное.
Не тот, которого видит сейчас.
Часть его считала это абсурдным, невозможным — он только и делал, что разрывал узы с людьми, когда как Гинтоки делал наоборот, и всё же, он не хотел больше видеть этих слёз, не хотел видеть то, что ломало по ночам.
Лицо скатившейся по щеке слезой.
Как у Шоё-сенсея.
Поэтому он просит.
Поэтому он хочет, чтобы последним, что отпечатается в его правом глазу, это…

Веко смыкается: выхватывает белесую чёлку, тень на лице, не видит чужих глаз, но через три удара сердца видит — широкую улыбку и открытый взгляд.
Ту, на которую способен только этот человек.
Так то... лучше...
Лицо Гинтоки становится далёким.
Он слышит голос Гинтоки, где-то вдалеке, что-то про ад, и идёт на него в полной темноте.
Он должен идти, продолжать переставлять ноги, во что бы то ни стало, шагать за этим голосом.
Сердце стихает.
Пусть даже в ад, лишь бы догнать.

0

5

заявка от alluka zoldyck

✽ KEKKAI SENSEN ✽
https://forumstatic.ru/files/001b/f4/53/24241.gif


мир, когда-то благополучный и цветущий, теперь разрушен до основания. вместо привычного порядка и гармонии, теперь царит беззаконие, жестокая борьба за выживание и свободу. периодические катаклизмы и инопланетные вторжения, неумолимые и беспощадные, обрушивались на землю, разрушая все на своем пути, оставляя свой след. так продолжалось веками, и каждый раз город восстанавливался, словно феникс, поднимающийся из пепла. но в то же время, в каждом камне и стене этого города, в его узких переулках и широких проспектах, прослеживается слияние разных эпох и культур. здесь, среди высоких небоскребов и современных технологий, можно встретить представителей внеземных цивилизаций, прежде считавшиеся лишь фантастическими существами. и теперь, людям и инопланетян, несмотря на свои различия и противоречия, приходиться сосуществовать бок о бок, в этом бесконечном цикле разрушений и восстановлений.

0

6

заявка от wei wuxian

MO DAO ZU SHI ✽ LAN WANGJI
https://forumupload.ru/uploads/001c/19/f6/76/70135.pnghttps://forumupload.ru/uploads/001c/19/f6/76/805733.pnghttps://forumupload.ru/uploads/001c/19/f6/76/854468.png


ты — это заснеженные горные вершины, скованное льдом озеро, фигура, выточенная из белого нефрита, дуновение обжигающего холодом ветра, чистая и плавная мелодия гуциня. ты — это идеальность, безукоризненность, строгость и — скорбь [по кому?].

ты — второй молодой господин ордена гу су лань, один из двух нефритов, искусный заклинатель, который всегда там, где царит хаос. тебя уважают, ставят в пример, тобой восхищаются, но что скрывается за редкими, сухими фразами и немой печалью, отразившейся на лице, — не знает никто.

невысказанные//невыраженные чувства — они укрыты снегами, спрятаны глубоко внутри, там, где никто не отыщет их, под кожей, в венах, в костях. эмоции — лишь в мельчайших деталях, едва уловимы и двусмысленны.

твоя любовь — это шрамы на твоей спине, пропитанные кровью воспоминания, нестерпимая боль и бессилие. все, что ты помнишь о своем любимом, — это слепая сладость юности, непрекращающееся отвержение, тысячи «проваливай».

почему ты все еще одержим им, лань чжань?


заявка — НЕОЖИДАННО — в пару, но в случае, если очень хочется взять персонажа, но нет желания ставить его в пейринг с вэй ином, то можем обговорить этот момент. обо мне немного: я довольно медленный, но в случае необходимости (и если сюжет располагает) — могу писать чаще, в среднем пишу 4-6 тыс. символов, но могу больше (и меньше), пишу как лапсом, так и стандартно — без проблем подстроюсь.  единственное требование — обращайся со мной по-человечески, ну и предупреждай в том случае, если не захочется продолжать играть. жду и уже заранее готовлюсь любить ♥

пример поста;

шесть звезд — алых, словно язык насилия, — сплетаются вместе, формируя образ ладони. шесть ослепительных вспышек, шесть бедствий, шесть усталых снов — посреди океана лунного света, на темном, несуществующем небе в мире несбыточного. бледные ладони тянутся к ним, стараются ухватить частичку багрянца, но время еще не пришло.

«скоро оно придет».

на губах коломбины — легкая улыбка, шепот полевых цветов и песнь нежности существования. ее голос вплетается в лесную тишину, смешивается с ней, пока не умирает в чужеродных звуках. птицы молкнут, а рожденные где-то в отдалении раскаты катастрофы становятся все явственнее. ближе, ближе, ближе, до тех пор, пока не оказываются совсем рядом и не проносятся, подобно ураганному ветру.

беглянка пропадает за пеленой листьев вместе со своим преследователем — обретшим плоть страхом, еще одной частью несбыточного.

хрупкая фигура юной девы подается вперед и срывается с места. обнаженные девичьи ноги едва касаются земли и прохлады травы — не бежит, а скорее, парит. шесть кроваво-красных звезд на небе следуют за беглянкой; она — словно бы на ладони, ее присутствие проступает на ткани жизни кровоточащим гноем, все, что необходимо, — просто следовать.

проходит всего лишь мгновение — для субретки — и та, что едва смогла сбежать от собственного кошмара, оказывается рядом.

ноги коломбины неловко ступают по промерзшим, влажным камням и замирают, как только до беглянки остается меньше метра. 

— ты выглядишь утомленной.

ее губы все еще изогнуты в улыбке, ласковой и безмятежной, голова немного наклонена набок. в этом незначительном жесте — любопытство, легкое недоумение. в аромате, тянущемся от беглянки, среди привычных запахов существования, есть что-то, что юной деве не знакомо. что-то неправильное, что-то немного пугающее, что-то грешное. часть ли это несбыточного, чего-то, что неподконтрольно ей, — неясно.

но вопрос — неправильный.

сейчас они обе — часть несбыточного.

белоснежная, хрупкая ладонь тянется к беглянке и едва касается мягкой кожи. под тонкими пальцами — холод, холод несуществования, холод вечности и скорби. и это — все еще часть несбыточного, хоть и ощущается явственно.

— как мне стоит тебя называть?

ее нарекут ар-ле-ки-но, но в это мгновение, в эту секунду, в этом мире, существующем для них двоих, сжатом до сна, снящегося никому, до их мира невозможного — это имя не имеет никакого смысла.

ей нужно новое имя, имя только для этой реальности, имя только для этого душного и невыносимого кошмара. его должен прорычать преследовавший ее монстр или нечто другое, что будет всего лишь отражением осколка ее души. его должна повторять субретка, пока их маленький мир несуществующего не превратится в прах.

в отдалении, где-то позади, воплощение кошмара беглянки вновь оживает, с тошнотворным гулом обретает более ясные очертания. не монстр, но и не человек. нечто из подсознания беглянки, нечто, что коломбина лишь увидела на периферии ее сознания и дала этому жизнь, нечто неконтролируемое и жестокое.

— если ты хочешь жить, — невесомое прикосновение, длившееся не дольше минуты, прерывается, — тебе нужно сражаться.

шесть карминовых звезд мерцают в смоляных глазах существа, что постепенно приближается к ним. болезненная луна на несуществующих небесах [и все же более реальными, чем наяву] тускнеет — ее свет озаряет лишь силуэт страха, черты лица [если они есть] — сокрыты.

— только не беги вновь, — предупреждает с легким укором. — ты не сможешь сбежать от самой себя.

0

7

заявка от deviya sharma

ROMANCE CLUB ✽ ALL CAST
https://i.imgur.com/YV7Kg5J.png


Когда ты уже научишься не страдать фигней, глупая девчонка?
Тебе ведь надо в реалиях реальных находиться, замуж выходить, рожать.
Одно другому не мешает, верно?
Красивые истории и страстные кексы - это про нас.

Новеллы, которые, так или иначе заполняют своими вселенными ролевые просторы, должны быть и на этом форуме! Не важно, из какой вы истории - найдем место для каждого - в межфандоме сыграемся, или же под масочкой. Твином. Сама я, конечно же, жду каст Кали - пусть это будет даже КЗТ, я её тоже очень нежно люблю. Пишу стабильно, стараюсь отвечать в ближайшие дни, а от вас жду любви к персонажам и легкости общения <3

0

8

заявка от natalia romanova

MARVEL ✽ MATT MURDOCK
https://forumupload.ru/uploads/001c/19/f6/36/290466.png


Впервые Мэтт встречает Наташу в две тысячи десятом: уверенный стук высоких каблуков, шлейф терпких духов, звонкий смех и очаровывающий голос. Натали Рашман двадцать шесть, она приехала из России, и ей очень нужны от него лекции по праву для новой работы — и как же ей отказать.

Их интенсивный курс длится недолго, всего три недели, но даже этого времени им хватает, чтобы познакомиться ближе. Мэтт, кажется, нравится Наташе, хотя это и не сразу становится очевидно — стук сердца у неё почему-то всегда очень ровный, по касаниям, случайным и не очень, она тоже очень уверенная и вообще не волнуется никогда. Но она с ним кокетничает, разрешает провожать себя домой, сама утром приносит ему кофе и иногда наклоняется очень близко, и её дыхание Мэтта будоражит.

Мэтт не знает, как она выглядит, узнаёт, когда однажды вечером спрашивает — волосы у неё рыжие, а глаза зелёные. Что-то он узнаёт сам, когда привлекает её к себе и целует, запуская ладони под шёлковую блузку — гладкая кожа, очень горячая, кое-где рассечена грубыми шрамами. Откуда они, Натали ему не рассказывает — пока. Мэтт не настаивает, в конце концов, он и сам не говорит о себе. Кажется, оба они остаются этим вполне довольны.

Во второй раз они встречаются в две тысячи четырнадцатом — случайно.
Мэтт узнает её по сердцебиению, аромату волос, ещё от неё пахнет кровью и порохом. Она не сопротивляется, когда он хватает её за руку и ведёт через дворы в укромный угол, нервно шутит, что он, должно быть, сильно соскучился.

К этому моменту Мэтт уже знает, кто она такая — Наташа Романофф, Чёрная Вдова, Мститель. Ему, в общем-то, плевать. Наташа говорит, что за ней хвост, что из-за неё у Мэтта могут быть проблемы — Наташа не знает, что у Мэтта уже чертовски много проблем, и одна новая погоды не сделает.

Мэтт не посвящает её в свою тайну — Наташа догадывается сама, пока он в своей квартире накладывает ей новую повязку так, будто не был слеп как крот. Она говорит, что и раньше замечала, что для слепого он слишком шустрый, а теперь ещё и слишком внимательный — узнал в толпе, когда даже зрячим не всегда удавалось. Мэтт только тихонько смеётся: всю жизнь будучи особенным, как-то успеваешь привыкнуть к тому, что и женщины вокруг тоже все особенные, как на подбор.

Наташа уходит на следующее утро, потом они не видятся долго — Мэтт успевает потерять Электру, чуть не гибнет сам, долго восстанавливается в церкви под крылом оставившей его когда-то матери, пытается выбить из города Фиска.

Наташа находит его сама, когда он валяется в луже из собственной крови в каком-то переулке Бронкса. Она оттаскивает его в свою квартиру, как бездомного кота, звонит Клэр по его просьбе, сидит с ним всю ночь.

— Могла бы и бросить.
— Могла бы. — Мэтт не видит, но знает, что она кивает, не врёт.
— Но не стала. Почему?
— Соскучилась.

От смешка в кромешной темноте рёбра болят, что глаза слезятся. Мэтт не знает, что всё это значит — может, наутро она исчезнет опять, как всегда исчезала из его жизни, пусть бы даже это и её квартира вообще-то.

Но Наташа никуда не уходит. И ему это нравится.


Как видите, описывать за вас биографию и личность Мэтта я не стала, оставляю это вам на откуп. Если захотите взять что-то из комиксов — берите. Если нет — нетфликсвёрса и огрызков из мсю будет предостаточно.
Мне очень хочется поиграть в романтические отношения Наташи и Мэтта, поэтому я попыталась как-то передать в зарисовке, как я это всё примерно вижу. В этом плане всё обсуждаемо, каких-то железобетонных хэдканонов как надо и как не надо у меня не сложилось, потому что у меня никогда не было Мэтта, вот. Будем придумывать вместе.
Короче, любите Мэтта (обязательно) и Наташу (по возможности), и всё у нас получится.
Посты пишу скорее маленькие, чем большие, от третьего лица. Будет классно, если мы сможем немного общаться, обмениваться музыкой, картинками и ещё чем-то.

пример поста;

Шедоухарт не собиралась уходить далеко от лагеря и уж точно не думала следить за Астарионом. Теперь, когда главный его секрет был раскрыт, желания посмотреть, как и чем он питался, она не испытывала. Как бы там ни было, добычи ему хватало, её он больше не дёргал, и всё как будто нормализовалось.

На самом деле ей просто хотелось побыть одной, подальше от всех. Обдумать... что-то, чем бы оно ни было — связать обрывки картинок в своей голове, заполнить эту пустоту, которая давно уже должна была стать чем-то привычным и нормальным, но так и не стала. Отправляясь на миссию, Шедоухарт и не думала, что хоть какая-то часть воспоминаний вернётся до того, как Врата Балдура покажутся на горизонте. И тем тревожнее, если задуматься, каким образом она их получила. Оставалось надеяться, что это лишь странное, глупое совпадение, всё это: статуя Селунэ, её же полуразрушенный и изгаженный гоблинами храм — и пылающая болью метка Шедоухарт, стоило ей посмотреть на что-то из перечисленного дольше трёх секунд.

План был прост, как два пальца об мостовую: взять с собой посуду после ужина под предлогом мытья, и ни одна живая душа из лагеря не пойдёт за ней к речушке неподалёку. О том, что делать дальше, она как-то не задумывалась — пусть всё получится как-то само.

Может, статуэтку Селунэ у Тава стоило попросить? Он же наверняка умыкнул её из логова медвесыча, не послушав советов беречься поехавшей лунатички.

Шедоухарт с силой закусила щеку изнутри: даже думать о такой ереси было непозволительно.

До реки она дошла незамеченной под чарами бесследного шага в надежде, что если за ней и увязалась бы какая-нибудь любопытная гитьянки, это сбило бы её с пути. Попасть в чужие охотничьи угодья, впрочем, Шедоухарт не рассчитывала — думала, Астариону хватало совести добывать себе пропитание где-то ещё, а не, седьмое пекло, прямо у них под боком. А если бы им пришлось сражаться с медведем?

Но где совесть и где Астарион. Шедоухарт тоже совестливостью не отличалась, поэтому, поняв, что прервала чужой ужин, вышла из кустов в пятно лунного света.

— Кто такой Казадор? — даже не пытаясь делать вид, что не подслушивала, спросила она. Окинув Астариона пристальным, оценивающим взглядом, Шедоухарт подняла бровь. — Как... как ты меня назвал? И ты что, пьян?

Удивительное открытие: адского самогона ему, значит, не хватило, а тут разжился чем-то покрепче. Или кем-то — морда медведя была мокрой от крови, а тёмные глаза мёртво блестели в тусклом полуночном свете.

— Ты знаешь, я лучше пойду. Развлекайся.

Не то место и не то время она выбрала.

0

9

заявка от enver gortash

BALDUR'S GATE 3 ✽ DARK URGE
https://forumupload.ru/uploads/001c/19/f6/87/48239.jpg


Та, с которой у нас была история; та, которую предали; та, которая вернулась. Другой, но не менее притягательной, обнаружив в себе новые склонности и свободу, о которой раньше даже мысли в голову не приходили. Та, в которой жажда утопить весь мир в крови соседствовала со здравым рационализмом, в отличие от сестры - Орин.
Та, которой  доверяю даже сейчас, когда она со своим отрядом явилась ко мне в тронный зал, выбив дверь ногой и потрясая оружием.
Та, что решит мою судьбу.

для вдохновения

Заявка, что очевидно, в пару. Урдж предпочтительна женского пола, по классу и специализации выбирайте сами, но от паладина-клятвопреступника будет достаточно много рофла. Выходить будем на хорошую концовку с вариациями (в идеале: Карлах с Уиллом ломают лица демонам и дьяволам в Аверно; Рафаил кормит червей; Урдж послала лесом Баала; Император ускакал на горящей жопе к Абсолют, Орфей принес себя в жертву; Гейл стал/не стал богом; Шедоухарт перестала быть шизанутой  шариткой; Астарион сам пусть решает; Горташ...не сдох. Прекрасный план). Разумеется, возможны корректировки от игроков. У меня есть несколько задумок, как Энвер не умер (2 шт.) и как умер, но был воскрешен (2 шт.).
Птица-тройка по желанию, обязательно наличие в постах заглавных букв, ожидаю грамотности, логики и обоснуя. Размер поста не главное, главное -содержание. Частота - раз в месяц вполне сойдет.

пример поста;

Нигма скорбел и почти не обращал внимания на слова друга, они проскальзывали по поверхности сознания, словно профессиональные фигуристы по отлично обработанному льду, не застревая и не задерживаясь на виражах. Педантичный живой компьютер фиксировал обращения, раскладывал по полочкам значения, но все было будто бы во сне и не трогало самого Эдварда. Бывший криминалист хотел было попросить лучшего друга оставить его в покое и позволить топить себя в печали аки пьяный рыбак в омуте с не менее бухими чертями, но это означало обидеть его в лучших начинаниях, а совесть или что там у убийц вместо нее, не позволяла отвесить подобную ментальную пощечину Пингвину, старательно хлопотавшему вокруг, пусть и совершенно, раздражающе бесполезно.
Есть не хотелось, пить тоже, даже прекрасно заваренный чай, но последнее - необходимо во избежание обезвоживания: когда-то, еще в другой жизни, именно это он сам говорил раненному и измученному  маленькому пернатому, утопавшему в чистой пижаме с чужого плеча, под чужим пледом, окруженному чужой настырной и непримиримой заботой. Стрелки часов сделала круг и снова замерли на двенадцати, разбившись калейдоскопом черно-фиолетового и насыщенно-зеленого.
- Ты прав, Освальд, - спокойно отозвался Эдвард, щелчком затвора поднимаясь с кушетки, на которой отлеживался под унылым пледом, - я схожу на то место, где она умерла, и попрощаюсь.
Если бы только Кобблпот догадывался, что именно это станет началом конца, той песчинкой, что обрушила оползень, развернув против неподготовленного к такому Пингвина всю мощь мстительного холодного интеллекта Нигмы.
К железнодорожному переезду Эдвард прибыл вполне посвежевшим, приведшим себя в порядок и с букетом.. лилий. Он так и не успел спросить, какие цветы любит.. любила его пассия, потому что не посчитал сей факт существенным. Приобретение  белых пахучек бывший криминалист произвел машинально, как отлаженный алгоритм, запомнившийся с прошлого посещения места, связанного со смертью и захоронениями - могилы Гертруды Капелпут. Нигма даже не задумался о выборе, в отличие от придирчивости в вине, в чем разбирался куда лучше, особенно в сортах, способных прекрасно скрывать за своими вкусовыми букетами яды. Зато о месте гибели девушки и нелогичности, необоснованности, физической невозможности случайности звоночек криминалиста  не просто тренькал - бил набатом, заставляя шестеренки в голове бывшего судмедэксперта крутиться в привычной колее расследования. Холодного, честного и безжалостного. Помотавшись по городу и исследовав пришедшие в голову версии, Нигма сложил куда менее спокойную и куда более вероятную картину случившегося - Бутч Гилзин, залегший на дно после истории с Красными колпаками, продолжал ему мстить. На этот раз здоровяк перешел последнюю черту, вызвав из зазеркалья и задвинутой в пыльный чулан части души Эдварда того, кого успокоила и загнала под кровать Изабелла, того, у кого пока не было имени, но была фальшивая улыбка, низкий, хриплый голос и холодный взгляд, будто отражение в стали начищенного скальпеля. Именно этот голос окатил Освальда, оповещая о новости, звеня на втором плане гулко падавшими на кафельный пол морга гильзами невысказанной, но обещанной угрозы расправы.
Кажется, стремление отомстить подкинуло дровишек в топку кипучей деятельности Эдварда, который и прошлые дела  разгрести успел, и новые, да еще и за Бутчем шпионов гонял, единственное, что не позволяло сделать вид, что всё так, как и было раньше, это ощутимо сменившееся настроение бывшего ботаника, от которого фонило опасностью как от нестабильного ядерного реактора, но в отличие от последнего, взрыв своей  ледяной ярости Нигма прекрасно контролировал и перенаправлял, стращая окружающих одним взглядом и голосом, добавлявшем ему пару десятков очков в карму отступника, породнившегося в демоном.
Всё как раньше, но поверхность уже натянулась и вот-вот лопнет, что удивительно, под острым каблучком Барбары Кин, оказавшейся куда прозорливее Эда, спасшей давеча своих приятелей  - одноруких (близняшек в некотором смысле) бандитов и навеявшей мысль, которая принесет разрушительные плоды как для Освальда и Эдварда, так и для всего города, лишив всех и каждого опоры и погрузив в едва ли не десятилетие сомнительной ненависти. Бывший судмедэксперт плох в трактовании эмоций, но достаточно хорош в логике и построении причинно-следственных связей, чтобы червячок сомнений, зароненных блондинкой, вымахал в здоровенного такого василиска, принуждая Нигму проверить гипотезу хитрым манипулятивным ходом.
Продолжая как и раньше искать врагов Пингвина и тех, кто якобы через Изабеллу жаждал повлиять на их тандем, Нигма начал готовить капкан и пернатый, увы, в него угодил обеими лапками. Спустя несколько дней после второй памятной беседы с бывшей дамой гордонова сердца, на стол мэру среди прочих бумаг легло на подпись заявление Эдварда об увольнении с поста заместителя. Это фиктивное заявление должно было послужить катализатором беседы, в которой, если Барбс не ошиблась, что скорее всего именно так и она просто вредная ведьма, Освальд выдаст себя и подтвердит слова женщины. Или опровергнет, на что заместитель искренне надеялся всей душой, старательно подавляя голос логики, прозрачно намекавший на неуместный и напрасный самообман.
-  Как бы поделикатнее... , - бурный протест Пингвина был спрогнозировал и рассчитан, как и дальнейшие слова, являвшиеся ложью, - мы друзья, но... с самой аварии, кто бы мог подумать, что такое возможно, я... чувствовал потребность, быть к тебе ближе, чем сотрудник, даже ближе, чем друг...
Расплывчатые фразы были большим, что сумел выдавить из себя Нигма, надеясь, что это все блажь психички, а не...предательство единственного и лучшего друга, во имя веры в которого Эд был готов положить собственную жизнь, что не раз уже доказывал не столько словом, но и делом. Увы, факты - штука упрямая.
- Прошу меня простить, - отпрянув, заместитель мэра стремительно вышел из столовой, будто жаждал бежать как можно быстрее, но гордость не позволяла проявить трусость, или заклятье замедления, обрушившееся вторым шоком, после гибели его избранницы, сковывало конечности. По дороге в "Сирены" Эдвард воскрешал в памяти заботу Освальда, пересматривая оную сквозь призму лжи пернатого манипулятора. Любовь выглядит не так. Это лишь жажда обладания, как и троном Готэма. Новый трофей в алчные ручонки, которые не погнушались крови девушки, ничего плохого ему не сделавшей и не явно не представлявшей опасности власти Кобблпота. Освальд выдал себя, не  считая Эда равной личностью, просто... полезным инструментом. Как полиция. Как раньше, в старой-старой постылой жизни. Злые, покореженные сдерживаемыми ранее темными порывами мысли водили хороводы, выстраивая  цепочки, сходившиеся красными нитями на доске улик к последнему факту - преждевременной кончине Освальда Кобблпота. Пингвина. Око за око или как там.

0

10

заявка от enver gortash

BALDUR'S GATE 3 ✽ GALE DEKARIOS

https://forumupload.ru/uploads/001c/19/f6/87/303051.png

https://forumupload.ru/uploads/001c/19/f6/87/206769.jpg


Что может быть общего у мальчика, рожденного в обеспеченной семье, отправленного учиться в лучшие волшебные школы, ставшего избранником самой богини магии, и мальчика, которого продали в рабство колдуну, а после подарили дьяволу? Я скажу - амбиции, стремления к познанию, жажда самоутверждения и недюжий нарциссизм. Каждый из нас был могущественным властителем, даже богом, вот только героем стать я не успел, по крайней мере не так, как ты. Однако помнишь, как там говорят о добрышах, подобных тебе? Либо ты умираешь героем, либо живёшь до тех пор, пока не становишься негодяем. А смерть в нашем мире, пропитанном чарами, - явление не такое уж незыблемое, в отличие от хронической мелочности, склочности и жестокости богов, которые не очень-то жалуют новичков.

для вдохновения

Меня, как и многих других полагаю, изрядно разочаровала часть эпилога о встрече выпускников. Особенно сомнителен и маловероятен, если сравнивать с обычными концовками, эпилог товарища волшебника, внезапно успешно и без последствий ставшим новоявленным богом. Особенно с учетом его довольно неприятных комментариев, подтверждавших пагубное влияние божественности на личность этого чудесного человечка, о чем упоминала и несчастная Тара. Если вспомнить, что удачные открытия - это вотчина Тиморы, а знания и вдохновение - Огма, то благоденствие, о котором вещает Гейл, выглядит еще более ненадежным. Из этого следует, что его свергнут либо другие боги, жадные до власти, либо последователи других богов перебьют паству, что питает нового бога и оставят его у разбитого корыта, либо сама Мистра решит, что парень заигрался и как в каноничной божественной концовке - сама придет бить ему харизму. По старой памяти может не добить, а просто сделать снова смертным, возможно и порвав связь с Плетением, лишая возможности колдовать. Хорошо, что у Гейла еще остались старые друзья, а у друзей его друзей  - самый высокий показатель интеллекта в игре).

P.S. чтобы вы были готовы, планируются трехсторонние отношения на постканон: со мной и моей женщиной-Урдж. Особенно забавно, если будете крутить с ней роман до прихода на коронацию. Штирлиц еще никогда не был так близко к провалу. Разумеется, предполагаю, что найти соигрока на такой экстремальный вариант будет непросто, однако надеюсь, что такой любитель стекла, многоходовочности и паранойи отыщется.

P.S.P.S. размер поста не важен, важно содержание, скорость хотя бы раз в месяц, лапслок желательно оставить за порогом.

пример поста;

Нигма скорбел и почти не обращал внимания на слова друга, они проскальзывали по поверхности сознания, словно профессиональные фигуристы по отлично обработанному льду, не застревая и не задерживаясь на виражах. Педантичный живой компьютер фиксировал обращения, раскладывал по полочкам значения, но все было будто бы во сне и не трогало самого Эдварда. Бывший криминалист хотел было попросить лучшего друга оставить его в покое и позволить топить себя в печали аки пьяный рыбак в омуте с не менее бухими чертями, но это означало обидеть его в лучших начинаниях, а совесть или что там у убийц вместо нее, не позволяла отвесить подобную ментальную пощечину Пингвину, старательно хлопотавшему вокруг, пусть и совершенно, раздражающе бесполезно.
Есть не хотелось, пить тоже, даже прекрасно заваренный чай, но последнее — необходимо во избежание обезвоживания: когда-то, еще в другой жизни, именно это он сам говорил раненному и измученному  маленькому пернатому, утопавшему в чистой пижаме с чужого плеча, под чужим пледом, окруженному чужой настырной и непримиримой заботой. Стрелки часов сделала круг и снова замерли на двенадцати, разбившись калейдоскопом черно-фиолетового и насыщенно-зеленого.
— Ты прав, Освальд, — спокойно отозвался Эдвард, щелчком затвора поднимаясь с кушетки, на которой отлеживался под унылым пледом, — я схожу на то место, где она умерла, и попрощаюсь.
Если бы только Кобблпот догадывался, что именно это станет началом конца, той песчинкой, что обрушила оползень, развернув против неподготовленного к такому Пингвина всю мощь мстительного холодного интеллекта Нигмы.
К железнодорожному переезду Эдвард прибыл вполне посвежевшим, приведшим себя в порядок и с букетом.. лилий. Он так и не успел спросить, какие цветы любит.. любила его пассия, потому что не посчитал сей факт существенным. Приобретение  белых пахучек бывший криминалист произвел машинально, как отлаженный алгоритм, запомнившийся с прошлого посещения места, связанного со смертью и захоронениями — могилы Гертруды Капелпут. Нигма даже не задумался о выборе, в отличие от придирчивости в вине, в чем разбирался куда лучше, особенно в сортах, способных прекрасно скрывать за своими вкусовыми букетами яды. Зато о месте гибели девушки и нелогичности, необоснованности, физической невозможности случайности звоночек криминалиста  не просто тренькал — бил набатом, заставляя шестеренки в голове бывшего судмедэксперта крутиться в привычной колее расследования. Холодного, честного и безжалостного. Помотавшись по городу и исследовав пришедшие в голову версии, Нигма сложил куда менее спокойную и куда более вероятную картину случившегося — Бутч Гилзин, залегший на дно после истории с Красными колпаками, продолжал ему мстить. На этот раз здоровяк перешел последнюю черту, вызвав из зазеркалья и задвинутой в пыльный чулан части души Эдварда того, кого успокоила и загнала под кровать Изабелла, того, у кого пока не было имени, но была фальшивая улыбка, низкий, хриплый голос и холодный взгляд, будто отражение в стали начищенного скальпеля. Именно этот голос окатил Освальда, оповещая о новости, звеня на втором плане гулко падавшими на кафельный пол морга гильзами невысказанной, но обещанной угрозы расправы.
Кажется, стремление отомстить подкинуло дровишек в топку кипучей деятельности Эдварда, который и прошлые дела  разгрести успел, и новые, да еще и за Бутчем шпионов гонял, единственное, что не позволяло сделать вид, что всё так, как и было раньше, это ощутимо сменившееся настроение бывшего ботаника, от которого фонило опасностью как от нестабильного ядерного реактора, но в отличие от последнего, взрыв своей  ледяной ярости Нигма прекрасно контролировал и перенаправлял, стращая окружающих одним взглядом и голосом, добавлявшем ему пару десятков очков в карму отступника, породнившегося в демоном.
Всё как раньше, но поверхность уже натянулась и вот-вот лопнет, что удивительно, под острым каблучком Барбары Кин, оказавшейся куда прозорливее Эда, спасшей давеча своих приятелей  — одноруких (близняшек в некотором смысле) бандитов и навеявшей мысль, которая принесет разрушительные плоды как для Освальда и Эдварда, так и для всего города, лишив всех и каждого опоры и погрузив в едва ли не десятилетие сомнительной ненависти. Бывший судмедэксперт плох в трактовании эмоций, но достаточно хорош в логике и построении причинно-следственных связей, чтобы червячок сомнений, зароненных блондинкой, вымахал в здоровенного такого василиска, принуждая Нигму проверить гипотезу хитрым манипулятивным ходом.
Продолжая как и раньше искать врагов Пингвина и тех, кто якобы через Изабеллу жаждал повлиять на их тандем, Нигма начал готовить капкан и пернатый, увы, в него угодил обеими лапками. Спустя несколько дней после второй памятной беседы с бывшей дамой гордонова сердца, на стол мэру среди прочих бумаг легло на подпись заявление Эдварда об увольнении с поста заместителя. Это фиктивное заявление должно было послужить катализатором беседы, в которой, если Барбс не ошиблась, что скорее всего именно так и она просто вредная ведьма, Освальд выдаст себя и подтвердит слова женщины. Или опровергнет, на что заместитель искренне надеялся всей душой, старательно подавляя голос логики, прозрачно намекавший на неуместный и напрасный самообман.
-  Как бы поделикатнее... , — бурный протест Пингвина был спрогнозировал и рассчитан, как и дальнейшие слова, являвшиеся ложью, — мы друзья, но... с самой аварии, кто бы мог подумать, что такое возможно, я... чувствовал потребность, быть к тебе ближе, чем сотрудник, даже ближе, чем друг...
Расплывчатые фразы были большим, что сумел выдавить из себя Нигма, надеясь, что это все блажь психички, а не...предательство единственного и лучшего друга, во имя веры в которого Эд был готов положить собственную жизнь, что не раз уже доказывал не столько словом, но и делом. Увы, факты — штука упрямая.
— Прошу меня простить, — отпрянув, заместитель мэра стремительно вышел из столовой, будто жаждал бежать как можно быстрее, но гордость не позволяла проявить трусость, или заклятье замедления, обрушившееся вторым шоком, после гибели его избранницы, сковывало конечности. По дороге в "Сирены" Эдвард воскрешал в памяти заботу Освальда, пересматривая оную сквозь призму лжи пернатого манипулятора. Любовь выглядит не так. Это лишь жажда обладания, как и троном Готэма. Новый трофей в алчные ручонки, которые не погнушались крови девушки, ничего плохого ему не сделавшей и не явно не представлявшей опасности власти Кобблпота. Освальд выдал себя, не  считая Эда равной личностью, просто... полезным инструментом. Как полиция. Как раньше, в старой-старой постылой жизни. Злые, покореженные сдерживаемыми ранее темными порывами мысли водили хороводы, выстраивая  цепочки, сходившиеся красными нитями на доске улик к последнему факту — преждевременной кончине Освальда Кобблпота. Пингвина. Око за око или как там.

0

11

заявка от enver gortash

✽ BALDUR'S GATE 3 ✽
https://forumupload.ru/uploads/001c/19/f6/87/784015.jpg


На правах основателя каста, Избранного Бэйна, защитника города на реке Чонтар, Тони Старка местного разлива и просто самого классного парня на деревне, призываю группу героев, которая будет ломать кабины моим сорюзникам и портить весь прекрасный, рабочий и почти осуществленный (спасибо, Орин!) план; злодеев, которые вместе со мной поставят  город на колени; а также неопределившихся, чьи души отойдут Бэйну (уж я-то постараюсь). Дурдж и/или Гейл Декариос рассматриваются в пару (заявки на них будут составлены позже). Приходите, а то скучно одному Торил завоевывать.

Искренне ваш (нет) эрцгерцог Энвер Горташ

https://64.media.tumblr.com/c9e87fa5f5eaa3374fcc2ec3b67e0423/7ecc444e49f16c3e-41/s540x810/c2e4f2013ec0580b1a60fb17f7a6e1768cdd15a2.gif

0

12

заявка от ghost

call of duty
https://i.postimg.cc/9XS0s8dF/tumblr-409cbe0587410be9d4b4a0f63b7c9a74-7719b1ef-540.gifhttps://i.postimg.cc/Hk0LcTfV/tumblr-464c6b9e97227f4eabfcd5669a946cbc-e709251b-1280.gif
https://i.postimg.cc/ncDrx42K/tumblr-4974872e679d776a94e3d38120feb6ce-3aa2e91f-640.gifhttps://i.postimg.cc/bwfJwZV7/tumblr-c910f441278c9c9c715f7f2023938eaa-64f6b22b-640.gif


мы своим неполным сто сорок первым разыскиваем всех причастных к этому безобразию — от сержантов до генералов, от массовки до бессмертных героев, от верных товарищей до подлейших предателей. будем без затишья рады даже четвероногому райли, лежанка найдется.
из наших пожеланий: собрать для начала свое великое оптг и персонажей подсерии mw (ваниль и ребут), чтобы для сюжетов и игр было всяк попроще, но в целом готовы броситься с головой даже в аушки с полетами во времени — только в этом случае желательно обсудить заранее.

0

13

заявка от deviya sharma

ROMANCE CLUB ✽ CHRISTIAN DE CLARE
https://i.imgur.com/fSnfh94.pnghttps://i.imgur.com/880MNrA.pnghttps://i.imgur.com/ZBSNsSf.png


Губернатор Бенгалии. Слишком молодой и неопытный. Все шепчутся за твоей спиной, особенно местные, что заочно ненавидят тебя, как очередного, что был до тебя несколько лет назад, пока некий местный Палач не убрал его во имя свободы Индии, по заветам Ганди. Тебя назначили спешно, ты вряд ли сам мечтал оказаться в подобном месте во время раздраев массовых. Не чужда ли тебе эта страна? Насколько сильно тебе хочется остаться здесь, пока пуля шальная, или палаш вражеский не обрубит твою жизнь?

Пять лет назад тебя уже пытались убить. Юная девчонка, местная, не боявшаяся тебя ни капли. Тебе показалось это забавным, ведь местные женщины были устроены иначе. В стране, что царит патриархат, ни одна женщина не посмеет с набегу дерзить мужчине, пусть и белому. Захватчику. Разглядел ли ты что-то в ней, или просто забавно было смотреть на попытки противостоять тебе, на её резвость на лихом коне, что впору тягаться с тобой в верховой езде?

Ты выбрал в невесты местную женщину, чтобы укрепить свое положение и положение английской знати, а дюжина пошла на уступки, потому что не хотела ранней войны, но был ли ты доволен своей судьбой и выбором? Так ли нужна была тебе чужестранка, что никогда не полюбит тебя, потому что твои предки забрали жизни её близких любимых людей. Они забрали позже и брата.

Ты обещаешь, что найдешь предателя, потому что искренне желаешь помочь, или лелеешь другие чувства? Кто для тебя вновь нареченная, и готов ли ты её отпустить, если не дождешься ответа? Стерпишь ли нелюбовь, если брак станет тебе камнем на шее, стеклянной стеной рушащийся при любой семейной ссоре? Ведь ты неглуп и знаешь, что чувства хороши лишь взаимные. Так пишет Байрон, помнишь?

Ты ведь даже не представляешь, на что обрекаешь невесту чужеземную. Прольется кровь, а тебе придется выбирать, на чьей стороне ты останешься - местных, или своих.


Я очень даже за вариант сыгровки в положительном ключе - мы можем остаться партнерами по бизнесу, таки шахты частично ты уже отжал! - или  в  стекло, где Тиан и правда не из-за положения пошел на этот шаг. Моя Деви принимает все ухаживания, но держится стороной. Возможно, потому, что не хватает искры, а может, все из-за того, что она еще слишком хорошо помнит, что делали с её народом англичане. Не выбирая чисто ветку наследия, которая подразумевает все, что нужно, ради блага семьи, или свободы, которая, по моему мнению, вообще странная и отбитая, не влезающая в рамки реалий Индии, я буду учитывать вариант подчинения законам, скрепя сердце, с ноткой путанства с реальной любовной веткой.
Моя личка всегда открыта. Я довольно общительный человек, так что не откажусь от ответного рвения. Можно в лс, можно в тг, как тебе будет удобно.

пример поста;

Тихо притворив за собой дверь, девушка выскользнула в роскошный холл дома на улице Брайтон и облегченно выдохнула. Её подруга Анила забрала свой подарок, который Камала занесла ей в честь дня её рождения, после чего посетовала на то, что не может остаться в гостях подольше. Хан тогда заявила, что у неё еще куча дел, а главное из таковых — проект по физике. С последним, конечно, она уже давно закончила, вот только нужно было придумать адекватный предлог для того, чтобы поскорее выбраться из этого места.
Расположенный в элитном спальном районе на окраине Манхеттена, дом давнего знакомого её отца, никогда не пустовал. Господин Амун Хемми приглашал сюда своих корпоративных коллег, потенциальных партнеров по бизнесу, родственников по ближней и дальней линии. С ним был дружен и отец Камалы — Юсуф Хан. Именно через знакомство родителей девочки и познакомились с пару лет назад, когда Анилу перевели в старшую школу, где училась Камала.
Яркая, жизнерадостная, отличная рассказчица и собеседница. Она могла бы быть ей сестрой, если бы Аамир выбрал себе партию чуть помладше.
Семья Хемми имела хорошие денежные ресурсы, поскольку её глава имел отличную хватку и нюх на американские доллары. А еще он хорошо разбирался в психологии людей. Он хорошо знал и Юсуфа Хана. Хемми овдовел более пяти лет назад. Месяцем ранее же Юсуф взвинченно отговаривал Камалу ходить в гости к Хемми.
У них соберутся все мои однокурсники, Абу. Ты не можешь вот так запретить мне выходить куда либо!
Я не запрещаю тебе выходить из дома. Ради Аллаха, дорогая, что угодно! Я лишь прошу тебя ограничить походы к семье Анилы.
Все потому, что бедным с богатыми не водиться?
Мужчина покачал головой, не зная, как ответить на её выпад. С одной стороны — Камала была уже взрослой девочкой, могла решать такие проблемы, как поход с подружками по магазинам, или за сладостями в Хэллоуин, поздно вечером, самостоятельно.  С другой... Что-то он не договаривал. Как бы ни старалась Камала выяснить, что его беспокоит, Абу молчал. В конце концов ей надоело думать о, как сейчас было принято говорить, "загонах" отца, и она упрекнула его в этом. Мягко. Перед самым уходом на вечеринку Анилы.
Я могу о себе позаботиться. Ты же знаешь.
Юсуф фыркнул. Бета. Его маленькая Бета уже знала, что такое опасность. Она много раз самовольно убегала в "поля", чтобы поэкспериментировать со своей силой да наподдать мелким жуликам и ворам. Когда же о ней узнала сама Капитан Марвел, врагами Камалы стали уже более продвинутые спецы, напичканные технологиями и модификациями, против которых нужны были не только понты и физическая сила — временами увеличивающаяся до невероятных размеров, — но и мозг. Камала осознавала риски, на которые шла и делала все осознанно. Кэрол ею бы гордилась.
А что может произойти на дне рождения подруги? Подерется пьяная молодежь? Не поделят комикс и начнут доказывать, кто его владелец, громко да на всю улицу? Никого таким не удивишь.
Однако что-то ей не понравилось в поведении господина Хемми. Что-то проскальзывало в его взгляде. Не привычно солнечное, когда он выходил, чтобы пообщаться с дочерью и её гостями. Не поучительно-нравственное, когда он рассказывал школьникам о своей работе. Что-то отстраненное, чуждое ей. Камале сегодня было неудобно находиться рядом с ним.
Она сказала об этом Аниле. Та только плечами пожала, объяснив его поведение беспокойством за свои дела, которые, в связи с недавно появившейся конкуренцией, начали идти не так хорошо, как раньше. Технологии не стоят на месте, а господин Хемми очень любил свои творения.
Встретимся в школе! Спасибо за торт, Анила!
Девочка с длинными темными волосами радостно просияла, придерживая дверь. Она не хотела возвращаться обратно в дом. За спиной её гремела музыка и слышались крики играющих в "Твистер" студентов.
Почему тебе не разрешают оставаться у меня допоздна? Отец мог бы выделить тебе своего шофера, чтобы добраться до дома. У вас в семье что-то не так?
Камала нервно закусила уголок губ, после чего тут же просияла, чересчур ненатурально сверкая зубами.
- Нет, все в порядке! Просто... Этот проект, над которым я работаю, очень важен. Бруно обещал прийти позаниматься через час. Ты знаешь, он же такой глупый в отношении всего, что касается точных наук. Вот!
Подруга склонила голову набок, слегка прищурившись. Она поняла, что Хан привирает. Не во всем, возможно, но она видела, что что-то не так. Накия бы спросила напрямую, не позволив ей уйти в таком состоянии, но Анила была другой. Они не общались с ней настолько близко, чтобы делиться тайнами из под полы сознания. Накия знала, кто она. Анила — нет.
Я пойду.
Подруга пожала плечами и ударила кулаком о её кулак, тут же захихикав.
Ладно, до встречи в колледже.
За спиной девушки мелькнула тень. Высокая фигура хозяина дома. Господин Хемми уложил руку на плечо дочери, провожая взглядом вздрогнувшую Хан. Отчего-то её снова повело прочь от этого пронзительного ощущения. Неприятного. Словно смолой окатило с головы до ног.
"Просто забудь. Это нервы. Нужно помедитировать на ночь и все пройдет."
Йога помогала ей собраться с мыслями. То спокойствие, что приносила медитация, невозможно было описать самыми захудалыми терминами. Её буквально расплавляло вибрациями, которые начинало производить тело от космической связи. Не просто так она стремилась к звездам, верно? Покровители Хан одобряли её увлечение, хотя и не понимали большей части её привычек — они не изучали буддизм и мусульманство так, как им интересовалась Камала. Это была её жизнь.
Впрочем, кое-что девушка бы поменяла. Она хотела быть свободнее. В её религии царил патриархат. Камала же, несмотря на свое послушание и уважение к старшим, не желала плыть по течению и хотела сама выбирать свою судьбу. Отец поощрял её стремления, но часто шутил на тему того, что если она начнет бегать по клубам, как другая продвинутая молодежь, он запрет её под домашний арест до её тридцатилетия.
"Кэрол вызволит меня из любого заточения. Прости, Абу, я не хочу быть такой, как все. Уже слишком поздно."
Запахнув полы куртки, — хотя особо и не ощущая прохлады вечера, ввиду своих способностей, — Хан медленно побрела по тротуару. Перед тем, как она решит размять ноги, можно и прогуляться. Осень в Нью-Йорке была невероятно красивой каждый год. Камала не помнила, как было в её родном городе, ведь родители уехали оттуда, когда она была совсем маленькой. Отец говорил, что на родине тоже очень красиво, но жить уже стало невозможным за счет частичной нищеты. Мама же ностальгировала — она бы с удовольствием съездила в Мумбай на совершеннолетие дочери.
"Когда-нибудь я посещу все уголки мира. Как получу диплом, разумеется! Жди меня, Мадрид! Я скоро буду, Токио!"
Она не обращала внимания на редких прохожих. Разумеется, ей было плевать на следующий за ней автомобиль. Камала погрузилась в свои мечтания и намеревалась дойти до дома, не влипнув в очередную историю.

0

14

заявка от ghost

COD: MW ✽ CAPT. JOHN PRICE
https://i.postimg.cc/7LTY8czn/tumblr-4bc297b27ffc53a1dadd628153308fde-8e02d4c1-540.gif https://i.postimg.cc/hjW4SrbW/tumblr-5505f83526d5df2ab31d0ad9583adb02-7d37ce00-540.gif


живой и яркий пример лбтд; один из создателей и лидер отг 141; батя всея группы и заботливый, но с тем жесткий капитан, готовый ловить и доставать своих из любой задницы мира; и просто мужик самые-красивые-усы всего двадцать второго полка, а может и всей земли.

капитан говорит, в очередной раз закуривая сигару, сейчас последнюю в запасах, что война отбирает все.

капитан говорит, помогая затаскивать в машину еще теплое тело сержанта его отряда, что однажды мы заставим вернуть ее все то, чего она нас лишила.

капитан говорит и не сдается. не положено. слабость как чувство остается за закрытым — если откроет замок и выпустит, все точно умрут.

капитан рекрутирует живых и видит их мертвыми. черепа вместо лиц, голые оскалы зубов и десны — вместо теплых улыбок. вместо дневников солдат — история, которую он заберет и положит в свой ящик к остальным таким же. подпишет своей рукой две даты через тире, это всегда вместо возвращаемся домой.

но капитан продолжает набирать и привязываться. набирает, конечно же, лучших, тех, с кем будет тяжело прощаться. но чтобы мясо продержалось чуть дольше, он делает все, чтобы сосунков научить многому — закаленные войной пехотинцы попадают нерадивыми щенками в его уверенные руки. у него сердце сжимается за каждого павшего, но приходится оставлять и идти дальше. так положено.

капитан после трех лет в гулаге сразу бросается под пули, сразу бежит к горячему. он не сдавался даже сидя в русской клетке, где умирают с беспамятством без сил. капитан по незнанию бьет роуча по лицу и говорит, что надо завершить войну. пока еще есть силы, пока все вы еще живы.

капитан говорит следовать, и они идут. идут куда угодно, потому что прайсу верить стоит. потому что уверенности такой нет ни в каком другом капитане, и если будет нужно, ради цели он сляжет рядом. капитан завершить войну почти мечтает и как обычно делает все возможное. ради этого он запустит домой даже чертову ядерную ракету, которая уничтожит обоих противников сразу. он запустит, даже если не положено.


все довольно стандартно: не сбегать молча, не ждать от нас разжеванных идей и хэдов — соображаем и радуемся вместе, быть достаточно активным, а со мной еще и терпеливым. у всех риал лайф присутствует, все всё понимают.

пример поста;

у гоуста колено начинает чесаться, когда роуч попадает в область обнаружения. эта область глазами лейтенанта выглядит как самый важный радар с самым угрожающим звуком оповещения, с каждым разом она становится только больше, и зависит скорость увеличения этой самой области от прямого контакта с целью. чем чаще роуч шутит о нем, чем чаще не попадает в красное в окружении девяти под тяжелым призрачным взглядом, чем чаще крадет и прячет личные вещи райли, все быстрее склоняясь к одежде — она ему даже не по размеру, но оверсайз, вроде, нынче в моде. и чем чаще роуч обращает внимание на гоуста, когда в четырех стенах более никого не наблюдается. ему совсем не привыкать, когда из подобной комнаты выходит последний — лейтенанту не нужно лишнее внимание, иначе ситуация до оскала стиснутыми зубами начинает его напрягать.
но тараканы  всегда остаются там, где можно вкусно перекусить. роуча не прогонишь даже тапком, прибитым изолентой к си четыре.

теперь колено покрывается зудом и заставляет обратить внимание. настолько жестко, что гоуст кладет ручку на стол и пытается от дискомфорта избавиться усилиями всех пяти пальцев — он чешет и бесконтрольно замирает в дыхании, бросая весь свой «нюх» в слуховые каналы — роуча услышать тяжело, но даже тараканьи лапки в глухой тишине для гоуста превращаются в барабанную дробь. и он слышит это. и замирает все больше. как будто ежесекундно загружая в мозги поправки перед самым важным выстрелом.
гоуст еле усмехается, поддав жару в уже приросшую вторую тканевую кожу, и умудрившись дать оценку настроенности сержанта по одним лишь шагам.
колено все же не подводит. с роучом никогда.

в тихие времена в стенах базы начинается самое страшное и смутное время — бумажная бюрократия. бесконечное заполнение форм и отчетов набрасывает на гоуста мысли убогие и извращенные: пусть каждый день в мире будет неладно, пусть каждую долю секунды в нем будут нуждаться где-то еще. он сутулой собакой с тяжелой грацией удирает и скользит по всем углам, когда через третьих лиц слышит, что соуп его обязательно и срочно ищет. гоуст убегает, а соуп находит. и забрасывает ворохом тошнотворной бумаги, которую просит за него заполнить. скулить уже не приходится, все равно не поможет. приказы, к великому его сожалению, исполняются без оговорок не только в рабочих полях.
гоуст пришел со своей макулатурой в комнату отдыха, потому что только здесь в данное время это можно было сделать спокойно и без отвлекающих маневров — хотелось закончить быстрее и заняться более важными, не разъедающими по крупинке мозги делами. он вникал и почти без слез плакал, трудно справляясь с мерно зреющим раздражением, когда что-то пропускал или в конце вынужденно делал поправку, из-за которой соуп обязательно попросит все заполнить снова. подписи капитана стояли на девственно чистых листах, что толкало на мысли недобрые. когда-нибудь гоуст отомстит за нечестно переданную ему даже не его работу. отомстит и не подавится.

роуч умело переключает передачи в гоустовской менталочке, появляясь в дверном проеме с непринужденной легкостью. саймон действительно топил на четвертой, пока гари не сбросил все до почти нейтральной. гоуст расслабляется и ведет забитыми плечами, разминая, старается уже поджечь взглядом этот сучий листок бумаги у себя в руках. когда-нибудь он обязательно научится даже этому.

— уже проведена, и я не досчитался одной. будет очень неловко, если я найду ее у тебя, правда? — гоуст продолжает зрительно уделять больше внимания каким-то документам, впрочем, мысленно уже давно переключив все свое сознание на объект, что сидит теперь довольно близко в пустующей огромной комнате по правое плечо — объект живой и до черта настырный.
— а в карты... хм, не боишься проиграть последние штаны? — ладно, гоуст признает и даже готов прогибаться — бумаги подождут. теперь все может подождать.
он откладывает заполненную готовую стопку куда-то в ящик стола, а сверху кладет листок с огромной подписью «для капитана мактавиша», где внизу маленьким шрифтом мелькает постскриптум «желаю вам расстройство желудка каждую ночь, сэр». из все того же ящика выуживает потрепанную колоду карт, пытаясь припомнить, с каким счетом они выходили из-за стола в последнее время. от этой памяти зависели и ставки — у гоуста все же настрой скверный и с легким оттенком желания воздать и успокоиться. пусть даже это будет роуч, который просто попал под горячее.
— во что играем? на что играем? — он, наконец, почти не вставая, разворачивает стул по направлению к гари и впервые встречается с этим щенячьим взглядом, что жаждет коротать время с плодотворным интересом. с гоустом обычно игра сводится к банальному — темы личного характера и конечно же его лица каждому новому сержанту нисколько не дают покоя. но саймон позволяет и продолжает играть с этими ставками, лишь подогревая крепкий интерес.

0


Вы здесь » Genshin Impact: Tales of Teyvat » Партнерство » home beneath the ruin [cross]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно