Genshin Impact: Сказания Тейвата

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Genshin Impact: Сказания Тейвата » Эпизоды настоящего » [04.02.501] Нефрит, если его не огранить, не станет сосудом


[04.02.501] Нефрит, если его не огранить, не станет сосудом

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

[hideprofile]

[html]<link href="https://fonts.googleapis.com/css?family=Dancing+Script&display=swap" rel="stylesheet">
<style>
  /* Основной контейнер */
  .episode-container {
    display: flex;
    width: 100%;
    max-width: 800px;
    height: 300px;
    margin: 0px 0px 0px 65px;
    border-radius: 15px;
    overflow: hidden;
  }

  /* Левый блок для картинки */
  .episode-image {
    flex: 1;
    background-size: cover;
    background-position: center;
    position: relative;
  }

  /* Шторка с текстом, которая будет появляться */
  .episode-overlay {
    position: absolute;
    top: 0;
    left: 0;
    right: 0;
    bottom: 0;
    background-color: rgba(0, 0, 0, 0.6);
    color: #e0dece; /* Это для текста на шторке цвет, чтоб внизу не прописывать */
    display: flex;
    flex-direction: column;
    justify-content: center;
    align-items: center;
    opacity: 0;
    transition: opacity 0.3s ease;
  }

  .episode-image:hover .episode-overlay {
    opacity: 1;
  }

  .episode-overlay {
    display: flex;
    flex-direction: column;
    align-items: center;
    justify-content: center;
    padding: 10px;
  }

  /* Правый блок для текста */
  .episode-text {
    flex: 1;
    display: flex;
    flex-direction: column;
    padding: 20px;
    background-color: #2d2c38;  /* Цвет блока для текста */
    box-sizing: border-box;
  }

  /* Название эпизода */
  .episode-title {
    font-size: 20px;   /* Это размер заголовка */
    font-weight: bold;
    text-align: center;
    text-transform: uppercase;
    border-bottom: 1px solid #444; /* эта та линия, что заголовок подчеркнула */
    color: #e0dece;   /* цвет текста */
    text-shadow: 0 0 3px #000, 0 0 20px #b8b2a8;   /* Это тень, не трогай, пжлст */
    margin-bottom: 15px;
  }

  .episode-title a {
    color: inherit;
    text-decoration: none;
  }

  /* Текст о эпизоде */
  .episode-description {
    font-size: 14px; /* Это размер текста */
    line-height: 1.5;
    color: #e0dece; /* а это цвет */
    font-family: 'Bookman Old Style';
    font-style: italic;
    text-indent: 30px;   /* Это, если что, красная строка. Если не нужна, удали с*/
    overflow-y: auto;
  }

  /* Адаптация изображения и шторки для мобильных устройств */
  @media (max-width: 540px) {    /* ставь сюда свои пиксели, под что адаптируешь. это максимум ширины экрана */

    .episode-image {
      width: 100%;
      background-size: cover;
      background-position: center;
      background-repeat: no-repeat;
    }
  }
</style>
      <!-- ПОШЕЛ БЛОК ДЛЯ ЗАПОЛНЕНИЯ! ВОЗЬМИ В РУКИ ГЛАЗА -->
<div class="episode-container">
  <div class="episode-image" style="background-image: url('https://upforme.ru/uploads/001b/5c/7f/427/200275.png');"> <!-- ТУТ ССЫЛКУ СВОЮ НА КАРТИНКУ ПРЯМ ОТКУДА ХОШЬ -->
    <!-- Шторка с текстом, которая появляется при наведении -->
    <div class="episode-overlay">
<p style="font-size: 14px; font-style: italic; font-family: 'merriweather', serif; text-align: right; margin-bottom: 10px;">❝   Три великих изобретения в истории человечества: огонь, колесо и бумажный фонарик</p> <!-- СЮДА СВОЮ ФРАЗУ, СТИЛЬ ПРОПИСАН ПРЯМ ТУТ ХОЧЕШЬ ПОД СЕБЯ МЕНЯЙ -->
      <p style="font-weight: bold;  font-family: 'Oranienbaum', Tahoma, serif;  text-align: center; margin-bottom: 10px;"><span style="font-weight: normal;">04 февраля 501 года, Лиюэ, Заоблачный предел, гора Хулао</span></p>
<p><a href="---">Саундтрек</a></p>
      <p style="font-weight: bold; font-size: 18px; font-style: italic; font-family: 'merriweather', serif;  text-align: center; margin: 10px 0px 0px 10px;"><span style="font-weight: normal;"><a href="https://genshintales.ru/profile.php?id=415">Алатус</a> и <span style="font-weight: normal;"><a href="https://genshintales.ru/profile.php?id=427">Творец гор</a></span></p>
    </div>
  </div>
  <div class="episode-text">
    <div class="episode-title" style="color: #e0dece; text-decoration: none; font-family: 'Oranienbaum', Tahoma, serif; text-transform: uppercase; text-shadow: 0 0 3px #000, 0 0 20px #b8b2a8;">
  <!-- !ВНИМАНИЕ! ЗАГОЛОВОК!!!! -->
  Нефрит, если его не огранить, не станет сосудом
    </div>
    <div class="episode-description">
       <p>Когда Алатус приходил с просьбой - это всегда событие достойное быть записанным в анналы Лиюэ, чтобы спустя десятилетия стать прекрасной эпической легендой. Вместе с тем сегодняшняя история не достигла ушей ни одной живой души...</p>
<p>...разве возможно было, чтобы Златокрылый король, сражающий чудовищ одним ударом, и мудрейший Божественный Журавль не могли справиться с простым куском рисовой бумаги?</p>
    </div>
  </div>
</div>
[/html]

Отредактировано Mountain Shaper (2026-01-26 00:31:33)

+2

2

Сяо не планировал попадаться.

Нет, не так.

Демон вообще не планировал приходит в эту ночь на гору Хулао. Но после встречи с путешественником, получив на руки несколько комплектов для создания фонариков, он испытывал если не вину, то уж точно неудобство перед теми, кто эти наборы для него собирал с искренним чувство надежды, что фонарик непременно поднимется в небо.

Спокойна была ночь, тихо воспевавшая в журчании ручьев красоту и мимолетность момента. Высокое темное небо, испещренное яркими огоньками, поднимающимися все выше и выше, притягивало к себе любые взгляды, и сердце то и дело тянуло туда, где можно было разделить старые воспоминания и мгновения покоя. Не слишком привычный, воин решил, что все же иногда, в честь праздника смертных (которыми так интересовался Цзеху), можно и поступить вразрез собственным принципам и привычкам, тем более что обстановка этому способствовала.

Поэтому, приняв решение оставить поделки людей в более подходящих руках (перьях? Крыльях?), Алатус тайком переместился на знакомую поляну, чтобы нос к носу застать там хозяина этих мест.

Замерев подобно испуганной пичуге, якса лихорадочно размышлял, как дальше быть.  Возникла небольшая пауза, в ходе которой Сяо старательно пытался придумать достаточно приемлемую отговорку улизнуть с первым порывом ветра, оставляя божественного журавля наедине с его делами (можно даже без передачи этих фонарей, как-нибудь переживет подобную потерю), но в голове, словно в чистом поле, не ощущалось ни единого потока умной мысли. И, словно насмешка над делами Защитника Ли Юэ, на пару сотен ли в округе не слышалось ни единого монстра, ни совсем захудалого крика о помощи, на который можно было бы откликнуться.

– Сегодня праздник морских фонарей, – сдаваясь сам себе, после продолжительного молчания, все же произнес якса, отводя в сторону взгляд. Потребовалось сделать глубокий вдох и медленный выдох, прежде чем столь непривычные слова продолжили литься из уст Адепта: – сегодня Путешественник принес мне… наборы, чтобы делать… фонарики. Я решил, что лучше отдать их тому, кто заинтересован в подобном. Потому что я… – последнее далось особенно тяжело. Воин не привык признаваться в собственной слабости, но уразуметь, что так к чему прикреплялось и на что крепилось, а уж тем более в какой последовательности – вне умений Алатуса, не сведущего в логике смертных. – … не умею.

Медленно, словно шагая по тонкому льду, Сяо направился к Владыке Бурных Потоков и Высоких Гор, припоминая, что на подаренном фонарике были рисунки от всех старших Адептов, а значит, они все были в курсе происходящего.

И кому он, спрашивается, это объяснял?!

– Тот я запустил в небо, – совсем уж бестолково сознался демон, не понимая, должен ли он был сохранить подарок или же поступил правильно. Кто вообще придумал столь странные и непонятные традиции?!

+2

3

Творец гор задумчиво глядел в сторону гавани, купаясь в прохладе позднего вечера, обещавшего покой и ласку тихой, умиротворённой ночи с призрачными блёстками южных звёзд, коими были запущенные в небо мечты и желания смертных. Где-то там волны, еле слышно шепча, облизывали обветренные камни пристани, собирая сокровища дня - ракушки, обломки кораллов и отголоски смеха, доносившиеся с пропитанных солнцем берегов. Даже находясь за сотни ли от берега моря, Адепт будто ощущал лёгкий соленый бриз, игривый и нежный, что трепал его умбраво-золотые перья, словно напоминая о вечном танце жизни, который никогда не прекращается.
Он помнил времена, когда эти земли были дики и пустынны, когда лишь крики чаек нарушали величественное молчание. Тогда, в безмолвном диалоге с морем и небом были сотворены горы, что теперь возвышались величественными стражами, а их вершины в ясные дни таяли в лазури.
Журавль, в мирном уединении своей вершины, позволил тихий вздох. Далекое мерцание огней манило, пробуждало любопытство, увещевало: «раскрой же крылья и взмахни, чтобы увидеть всё воочию», но даже будучи один на один с собой - самым непредвзятым зоилом - журавль не признавал своего интереса к Празднику морских фонарей. А потому собравшись вернуться в недра обительской пещеры, рассудив что должно вернуться к своим изысканиям, Творец повернулся к Гавани спиной.
Не сделав и двух шагов, Адепт застыл в удивлении, словно нежданная тень среди светлого покоя ночи, застывший на мгновение в удивлении. Карминовые глаза расширились, отражая тихие всполохи звезд, что казались сейчас ближе и ярче, чем когда-либо. Алатус, словно вытканный из тумана призрак, проявился в лёгком дуновении ветра, всем своим видом напоминая застигнутого врасплох незадачливого воришку. Творец гор, почуяв внутри зачатки веселья от лихорадочно бегающего взгляда яксы, который будто по ошибке оказался в эту ночь на Хулао, в ожидании развязки неожиданной встречи хранил поразительно вежливое молчание.
А уж когда услышал от Сяо первые нерешительные слова, журавль совсем по-птичьи наклонил голову.
«Занятная наблюдательность», - хотелось съязвить. Минутами ранее Творец любовался тающими вдали фонарями, а несколькими часами ранее на его горе Путешественник устроил суматоху, пока он с Владыкой лун вели неспешную беседу о неоспоримой пользе астрагала, попутно развлекая себя чэнъюй цзелун.
- … не умею.
Алатус, знающий божественного журавля, не первый десяток столетий, сейчас должно было быть понятно, что спешащий в обыкновении ворчать при любом удобном - и не очень - случае Творец гор пребывал в благодушии:
- В таком случае, - спокойно проговорил журавль, кинув взгляд на воцарившуюся на небе луну, иногда самые важные знания приходили в моменты покоя, когда вся суета отступала: - полнолуние, как нельзя кстати, способствует ясности ума и практичному подходу.
Несомненно, к получению новых знаний следовало приступать в первой четверти растущей луны, но два пытливых разума непременно должны были справиться с набором гибкого бамбука и рисовой бумаги.
Издав звук похожий на недовольный стрёкот, вспомнив, что Путешественник не стал ждать пока Творец гор явит высочайшего качества кисть для каллиграфии и чернила, чтобы оставить на тонком куполе ряд выведенных добрых пожеланий для Алатуса, а в наглой бессовестности потребовал оставить след… лапы.
Унизительнее этого было только признаться перед Защитником яксой, что умудренный журавль и сам не знал, как собирать небесный фонарь.
- Полагаю, запустив в небо столь уникальный подарок ты ничего не загадал? - на этот раз голос прозвучал брюзгливо: - Даже благополучия Лиюэ?
Журавль махнул крылом и средь шелеста листвы и травы, возле небольшого вечно спокойного, но кристально чистого озерца появился янтарный стол с одним единственным табуретом-тумбой, украшенный цветами и птицами:
- В море знаний нет границ, - этими словами Творец гор предложил Алатусу не сбегать в панике, а сесть и показать наборы.

+2

4

Когда волна первых смешанных чувств стихла подобно порыву ветра, что выдохся после затяжного воя, Алатус выпрямил спину и расправил плечи, заставляя робость отступить. Прошла уже не одна сотня лет, а сварливый тон Творца Гор до сих пор отзывался в душе предчувствием бури, причем не обязательного от старшего Адепта, а скорее с соседней горы, утопающей в облаках.

Демон редко появлялся на пороге чужих обителей. Обычно он был подобен дурному вестнику, за ним тянулся шлейф чужих мерзостных чувств падших богов, оскверняющих дух совершенствования, а холодный аромат снега и ветра смешивался с вонью проржавевшего железа, подгнивающей плоти и въевшейся в кожу гари от кострищ с полей боя. Но в эту ночь, полную людских желаний, звучавших в голове словно рой насекомых, Сяо не испытывал никакого отторжения от того, что оказался рядом со старым знакомым. Это казалось… правильным.

– Я просил не о благополучии, – он отвечает, не отводя своего взгляда. Прошлая неловкость тает словно туман по утру, обнажая как старые выбеленные ветром кости серьезность и нечеловеческую тоску, коей полнится сердце Алатуса. – Лишь понадеялся, что мой голос сможет достичь… их. Где бы они не находились. Напомнил им, что я не забыл их имен, их наказов, их доброты, – взгляд словно против воли поднимается к луне, куда тянутся вереницы фонариков, запущенных из Гавани. Мерцающие огоньки подобно зажженным звездам, поддерживаемые ветром, плывут по расписанному темному бархату небосвода, все дальше и дальше отдаляясь от города.

На безмолвное приглашение Сяо лишь коротко вздохнул, решая, что отступать сейчас уже поздно. Уйдет – и этот поступок киноварью отпечатается в сердце сварливого журавля, становясь новым поводом каждый раз в любой момент напоминать ему, сколь бессердечен и холоден якса к своим старшим Адептам, отвергая их добрую волю и беспокойство. А уж причин поворчать Творец Гор непременно найдет: будь то отсутствующий интерес к очередному кусту, который можно найти на любой другой кочке вне горы Хулао или же неявка на собрание Адептов, что проводились каждый раз, когда Хранительница Облаков являла миру очередное свое творение. И ведь тот станет стыдиться, еще и расскажет обо всем Владыке!

– Если так радеешь за благополучие земель Господина, можешь лично смастерить и благословить свой фонарик, – пусть слова звучат колко, словно шипастые колючки, но сам Сяо идет к появившемуся столику, куда аккуратно и бережно выкладывает полученные от Путешественника наборы. Конечно, демон собирался самостоятельно практиковаться в создании фонарей, но глупо отказываться от помощи более умудренного опытом наставника, когда появилась такая возможность, не так ли? К тому же, не стал бы Творец Гор пушить собственные перья, не имея представления о деле, в котором собирался наставлять другого.

Алатус уселся за янтарный столик с противоречивым чувством. С одной стороны, ему вспоминались былые времена, когда за похожим столом дикого яксу обучали хоть каким-либо манерам, попутно исправляя его ужасную каллиграфию. Кажется, ему даже пытались привить чувство прекрасного, но все разбивалось о встречные вопросы юнца, поможет ли умение кистью изобразить живость горного ручья в убийстве опасного монстра. С другой стороны, свежее воспоминание о легкости в общении с Итэром, что терпеливо разъяснял Сяо основы, накладывали искаженное впечатление, что уж с таким простым делом демон справиться без особых проволочек.

Адепт разложил перед собой заготовки. Аккуратно разгладил рисовую бумагу, положил рядом тонкие прутья, достал из кармана моток тонкой прочной нити и, после продолжительного молчания, поднял взгляд на Творца Гор.

– Прекрасные речи подобны золоту и яшме, – ожидая несомненно мудрого совета, Сяо коротко усмехнулся, стягивая с рук перчатки.

+1


Вы здесь » Genshin Impact: Сказания Тейвата » Эпизоды настоящего » [04.02.501] Нефрит, если его не огранить, не станет сосудом


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно