body { background:url(https://forumupload.ru/uploads/001b/f1/af/2/275096.jpg) fixed top center!important;background-size:cover!important;background-repeat:no-repeat; } body { background:url(https://forumupload.ru/uploads/001b/f1/af/2/326086.jpg) fixed top center!important;background-size:cover!important;background-repeat:no-repeat; } body { background:url(https://forumupload.ru/uploads/001b/f1/af/2/398389.jpg) fixed top center!important;background-size:cover!important;background-repeat:no-repeat; } body { background:url(https://forumupload.ru/uploads/001b/f1/af/2/194174.jpg) fixed top center!important;background-size:cover!important;background-repeat:no-repeat; } body { background:url(https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/4/657648.jpg) fixed top center!important;background-size:cover!important;background-repeat:no-repeat; }
Очень ждём в игру
«Сказания Тейвата» - это множество увлекательных сюжетных линий, в которых гармонично соседствуют дружеские чаепития, детективные расследования и динамичные сражения, определяющие судьбу регионов и даже богов. Присоединяйтесь и начните своё путешествие вместе с нами!

Genshin Impact: Tales of Teyvat

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Genshin Impact: Tales of Teyvat » Эпизоды настоящего » [03.05.501] Несчастье любит компанию


[03.05.501] Несчастье любит компанию

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

[html]
<div class="sumepwrapper">
  <div class="sumeptemp">
    <div class="sumepic"></div>
    <div class="sumeptitle">Несчастье любит компанию</div>
    <div class="sumepdate">03.05.501 ✦ Аару</div>
    <div class="sumepdesc">
      <p>Проводив Кавеха до Караван-Рибата и удостоверившись, что он благополучно уехал в Сумеру без соглядатаев, Сайно отправился в Аару. Он давно уже обещал Кандакии вести, и для них наконец подошло время.</p>
    </div>
    <div class="sumepchar">
      <p><a href="https://genshintales.ru/profile.php?id=199" target="_blank">Сайно</a> ✦ <a href="https://genshintales.ru/profile.php?id=239" target="_blank">Кандакия</a>
        <br>срок отписи - ∞
      </p>
    </div>
    <!-- Если вы не хотите добавлять музыку, можете полность удалить всю запись <div class="epevent-ost"> . . . </span></div> -->
    <div class="epevent-ost"><span class="ostlink" ostitle="dissonance"><a href="https://music.youtube.com/watch?v=MrFYMzXGMHo" target="_blank"></a></span></div>
  </div>
</div>
<style>
  :root {
    /* ССЫЛКА НА КАРТИНКУ */
    --sumepbgp: url("https://i.imgur.com/lP7eVpF.png");
    /* СДВИГ ИЗОБРАЖЕНИЯ ПО ГОРИЗОНТАЛИ И ВЕРТИКАЛИ */
    --sumeppos: 50% 0%;
  }
</style>
<link rel="stylesheet" href="https://forumstatic.ru/files/0014/98/d3/82838.css">
[/html]

+3

2

Не был очередной переход по пустыне ни утомительным, ни напряжённым. В компании Кавеха путь был лёгким, и Сайно был молчаливо благодарен ему за то. Его лёгкий нрав, рассказы и шутки, все истории, которые можно рассказать у костра - всего этого в долгом одиночестве среди пустыни так не хватало, что поначалу даже заставило растеряться. Пусть ненадолго и почти случайно, но в компании с Кави удалось по-настоящему отдохнуть, не телом, но разумом.
Немного жаль, что с собой не было карт для Священного Призыва, но колода была лишней в походной сумке в путешествии на неопределённый срок. Даже без этого Сайно проводил архитектора с большим облегчением и нотой печали, ведь не мог отправить вместе с ним в Сумеру письмо для Тинари с Коллеи.
Издали проследив, как отходит караван в сторону джунглей и постаравшись унять тоску в груди, что так некстати начала разрастаться, будто Зона увядания, он скрылся вновь в миражах горячего пустынного воздуха. Никто не успел увидеть жреца Германубиса, поприветствовать его или удивиться столь неожиданной встрече.
Камнем в груди холодила мысль о том, что новостей из храма Молчания он не слышал столь же давно, как и из дома.
Дорога вела Сайно всю ночь и ещё одну после, свой путь он окончил вечером в Аару, куда вошёл так же тихо и незаметно, как до этого в Караван-Рибат. При всей любви к этой деревне и почитанию принятых правил, ни с кем Сайно не стал обмениваться приветствиями и никак не показал своего присутствия. Вместо этого он направился по тронутым сумерками улицам, избегая света из окон и лишних взглядов, к дому где жила хранительница деревни.
Там свет не горел. Кандакия не вернулась со своей службы? У неё были другие дела, что заставили задержаться? Сайно не знал новостей, но понадеялся, что ничего очень серьёзного у неё не случилось. Увы, самую важную и при этом не слишком радостную весть сейчас принёс он.
Дверь конечно была закрыта, но для того, кто столько лет носил титул главы храма Молчания, это не было непреодолимым препятствием. И то ли это было к счастью, то ли к сожалению. Обычно Сайно просто ломал то, что стоит на пути - был ли это человек или дверь, но сейчас вошёл аккуратно, не повредив ничего и закрыв дверь за собой, как было.
Он не хотел врываться к Кандакии в дом, но и не желал и привлекать чужого внимания на улице. Пришлось выбирать между осторожностью и грубостью, выбрав приоритетом первое. Что же, он извиниться перед хозяйкой дома как следует и всё объяснит.
Но так было надо.
Никаких огней Сайно не зажигал и просто отправился тенью бесшумной от входа на кухню, где сел за стол, привалившись спиной к стене. Эту комнату он выбрал лишь потому, что её окна смотрели не на улицу, а во внутренний двор, что более безопасно. Достаточно для того, чтобы позволить себе на пару минут прикрыть глаза и медленно выдохнуть, ожидая Кандакию.
В свой дом она вернулась спокойно и в одиночестве. Судя по звукам, без лишней спешки и резких движений, а значит можно предположить, что ничего в Аару не случилось сегодня. То есть без лишних дурных новостей, только по графику.
Сайно нахмурился от этих мыслей не слишком уж радостных и повернулся, с места вставая - Кандакия зашла на кухню и не ожидала увидеть тут гостя. Не самая лучшая встреча, конечно. За это было чуть жаль.
- Знаю, я неожиданно, - он поднял руку ладонью вперёд, призывая Кандакию к спокойствию. - За это прости. Меня не должны видеть люди. Я обещал тебе рассказать про культ Алого Короля и вот я здесь. Если... если ты готова слушать меня.

+2

3

В день своего рождения Кандакия приготовила еды на всю деревню. Исходил ароматным паром в огромном казане её фирменный пилав, золотились изъятые из недр тандыра птичьи тушки, прятался под тёмной узорчатой глиной таджин, пестрели во множестве рассыпанные на тарелках сладости — орешки с вываренным фруктовым соком, пахлава и мелко порубленное тесто, обжаренное и залитое сиропом. Сегодня больше, чем обычно, она радовалась каждому гостю, обменивая угощение на добрые слова и мелкие подарки.
Сколько бы Кандакия ни пыталась убедить соседей, что ничего особенного в этом дне нет, они всё равно не сдавались, и слова их достигали самых глубин её сердца, а подарки оставляли в удивлении и смущении. Не зная, как отплатить им за доброту, она однажды приготовила пилава на всю деревню, и с тех пор так и повелось — Кандакия брала день свободы от своих обязанностей защитницы деревни Аару и готовила много и с удовольствием, словно бы и в самом деле кто-то здесь мог остаться голодным.
И уже потом, когда начали пустеть первые тарелки, кто-то взялся за ситар, и над деревней Аару полились самые разные песни: о любви и предательстве, о дружбе, о героях, злодеях, городах золотых, как солнце, и пустых, как выскобленные пустыней кости. Некоторое время Кандакия слушала их, а после, никому ничего не сказав, устремилась домой, в полумрак и тишину. Руки её полны были красноплодников — деревенские дети охотно тащили их «старшей сестрице», зная, как сильна её любовь к этим пустынным диковинкам.
Даже самый приятный праздник изматывал её и требовал побыть потом в одиночестве, восстанавливая внутри себя некоторую готовность к ежедневным подвигам.
Дом встретил её ожидаемой тишиной, но уже внутри Кандакия поняла, что не одна. Гость сидел на её кухне так спокойно, словно ему она и принадлежала, и казалось странным, что он не поставил перед собой миску пилава, или не налил себе пиалу чая, или не устроился с той же уверенностью на её узкой постели.
Она замерла, нахмурившись и прижимая к себе детские дары, и не сразу сдвинулась с места. С их последней встречи генерал махаматра словно бы сделался меньше, хоть величия и решимости не утратил. Под глазами у него залегли тёмные круги, а голова требовала котелка тёплой воды и хорошего гребня.
— Мир тебе, Сайно, — она кивнула, выкладывая на стол красноплодники. Праздничный день закончился, уступив место тревожной ночи, и Кандакия не чувствовала ни горечи, ни сожаления. Этот момент был ей обещан, и почему бы, в конце концов, ему не случиться сегодня? Посмотрев ещё раз на генерала махаматра, она отошла от стола и принялась собирать ему ужин — пилав, цыплёнок и немного таджина. — Даже если бы не была готова — выслушала бы, — спокойно ответила Кандакия, выставляя еду перед ним. — Но и ты будь моим гостем по всем правилам — слова никуда не сбегут от нас, а вот еда — остынет и заветрится.
Закончив, она опустилась напротив него и взяла в руки один из красноплодников. Кандакия и впрямь любила их — с самого детства, — но сейчас драгоценный дар скорее позволял занять руки, утоляя внутреннее беспокойство.

+2

4

Воцарилась сначала пауза, немного не к месту среди двух добрых знакомых, что повстречались спустя долгие месяцы. Однако же Сайно, отвыкший в пути и дороге от дома, уюта и от тепла, поначалу просто оторопел, не в силах понять полноценно, что происходит. Спустя же момент или несколько до него всё же дошло - и медленно жрец выдыхает. Хмурые брови чуть расслабляются, смягчается жёсткий и напряжённый взгляд, опускаются плечи, что несли на себе столько времени вести.
Мягкий и мелодичный глос Кандакии был подобен шуму воды в тени оазиса, и нёс за собой ожидание исцеления отдыхом. Мог Сайно много сказать о том, что путешествие с Кави его сильно спасло, но надо смотреть правде в глаза - недостаточно это.
- Верно, - отмечает он кратко и тихо, не возражая. Зачем, если права? Ни слова не сбегут, ни дела, а вечер так лёгок и чист, так прохладен и ласков, так не неуместен для тяжёлых известий. То, верно, говорит в Сайно усталость, и его разум стремится что-то поделать с оковами всей этой ноши.
Так жрец принял решение не размышлять много о деле прямо сейчас. Конечно, дурачиться и расслабляться не место, не время, но просто не думать о культе хотя бы в течении получаса было приятно.
Сайно садится за стол, благодаря за радушный приём чуть более скупо, сухо и тихо, чем стоило бы, однако на большее просто нет сил. Но трапезой поздней он наслаждается неприкрыто. Хвалит пилав и цыплёнка, в душе буквально ликуя, счастливый - так долго не доводилось отведать домашней еды! Кому-то она показаться может простой, но если же поразмыслить немного - изыска и вкуса еде придаёт здесь любовь того, кто готовил.
И вновь Сайно думает о Гандхарве, вспоминая долгие тёмные вечера, полные птичьего стрёкота и перекличек, влажного запаха трав и густого тумана. Меж ресниц ощущается влага. Увы, не оазиса. Только тогда путник, оставивший всё, делает вдох и возвращает разум к реальности.
- Начну по порядку, - он смотрит на то, как тревожно Кандакии, и больше не медлит. - Я нашёл их. Быть может, тебе тоже те люди встречались. Один из них - немного младше меня, светловолосый, поджарый и боевой, с бешеным взглядом и повадками крокодила, по имени Малик. Такого заметить нетрудно, и ты могла ощущать на себе его взгляд... так вот, он предводитель, прозывающий себя Сияющей Истиной.
Кратко, насколько это возможно, Сайно рассказывает, как по пустыне бурей и смертью неслись, сходясь в битве от раза в раз Золотой Шакал и Золотой Крокодил. Что Малик непрост, что у него есть тайные силы, помимо тех, что даёт глаз бога. О том, что Крокодил не только безумен, но и умён, и что за ним стоят люди, и власть, и религия.
- Безумец, каких поискать, - заключает жрец Германубиса, стремясь завершить свой рассказ. О том, как оазис стал очередным местом схватки и, должно быть, погиб после жаркого боя. Об этом Сайно рассуждает с прискорбием, глядя на бантик той перевязки, что оставил Кавех на память. И потом говорит про него: как архитектор там оказался без памяти, и как Малик желал принести ему смерть. Зачем? Для чего? Кавех не помнил, но что что мог - рассказал.
- Сейчас он уже в Сумеру. Я проводил Кавеха до Караван-Рибата в спокойствии, более Малик не тревожил нас, - и Сайно расстилает по столу карту, где было множество разных отметок, чья секретность, несомненно была высока настолько же, насколько и неуместна сейчас. Жрец указывает конкретное место... ареал, довольно обширный, к западу от Дюны Пиршеств. Там, уже рукой Кавеха, было несколько примечаний.
- Он пришёл отсюда, но в точности место не запомнил. Это странно, но пока я не вернусь в Сумеру - разгадать эту загадку невозможно. Нам важно здесь то, что в этой местности скрыта деревня Ккречу, которая и является сердцем культа Сияющей Истины.
Сказав всё, что мог, Сайно поднял на Кандакию взгляд. Вестей тут много, дурных всё же больше, чем радостных. Что она думает? Путешествие до Дюны Пиршеств не из лёгких и не из приятных, Малик же - противник вовсе не из простых.
«Чудесно было бы тебе решить, что это слишком опасно,» - думает он, понимая нереалистичность таких ожиданий. Не отступится дева из Аару, не захочет сидеть и просто ждать у окна. Она довольно ждала, и довольно оплакала тех, кто стал жертвой этого культа.
Должно быть она решит выступить против. Мысль та была тяжкой - кто любит, когда люди рискуют своей головой?

+1

5

Даже теперь, после долгого странствия по пустыне, он держался привычной своей манеры: Сайно не набросился на предложенную пищу, как иные её знакомцы, но, сухо поблагодарив за угощение, спокойно принялся есть. Кандакия же так и сжимала в ладонях нетронутый красноплодник, и пальцы её знали теперь все шероховатости и изъяны на его плотной кожуре. Она рассеяно улыбалась, принимая комплименты, и ждала. Подгонять гостя она не хотела, пусть даже слова его были для неё сейчас самыми желанными из всех.
Но пока он ел, Кандакия тревожно и терпеливо молчала. Волнение её ощущалось столь густым и плотным, что, казалось, можно зацепить его, и вытянуть нить, и соткать полотно, и полотном тем укрыть всю деревню Аару, и пустыню вокруг неё, и дотянуться до стены Самиэль.
Когда же Сайно, закончив, отодвинул от себя пустую посуду и заговорил, легче ей не стало: с каждым его словом упрямая складка между тёмных бровей становилась всё глубже.  Кандакия в красках могла вообразить себе всё, о чём говорил генерал махаматра, и даже Малик, Золотой Крокодил, представлялся ей в мельчайших деталях и красках: его знали в Аару. Не как предводителя культа, но как человека лихого и красноречивого, опасно щедрого и непредсказуемо весёлого; появляясь в деревне, он с такой намеренностью являл себя с лучших сторон, что поверить ему хотелось.
И всё же она не верила и старалась всегда улизнуть и от ласковых слов, и от многозначительных намёков, и от самого Малика. Он напоминал ей болото, прикидывающееся оазисом в душный день: чуть тронешь, а вместо желанной чистой воды — гниль.
— Малик бывал здесь, — лаконично подтвердила она, а большего Сайно и не требовалось знать. Кандакии же оставалось порадоваться, что сумерский её знакомец, растерянное лицо которого она тоже представляла в красках, остался жив и почти что невредим.
Она поднялась со своего места и столь же споро, как и до того, принялась убирать со стола лишнее: так, что в конце остались лишь две пиалы с тёмным чаем, вазочка со сладостями и расстеленная Сайно карта. Со всё тем же хмурым лицом она изучила и её, и отметки, кончиками пальцев касаясь в том месте, где расположилась мифическая деревня Ккречу.
Уже в её детстве старики говорили о ней насмешливо, как о чём-то, что существует только в их историях и там же умрёт. Нынешние дети едва ли когда-то слышали это название.
— Я думала, что это название сгинуло вместе с самыми старыми жителями деревни, — сказала она, чуть склонив голову на бок и под причудливым углом рассматривая родные земли.
Ей не исполнилось тогда и восьми; те давние рассказчики достигали возраста дядюшки Анпу и верного его Белькасема — или даже были старше. Кандакия задумчиво покусывала нижнюю губу: не скажи Сайно — она бы и не вспомнила.
— Я постараюсь усилить дозоры до того времени, — она продолжала рассматривать карту и пыталась не думать обо всех скрытых пятнах пустыни. Знай они — она — про деревню Ккречу и культ Сияющей Истины — и, возможно, люди бы сейчас были живы. — Не только я знаю Малика в лицо, так что если он появится тут — ты узнаешь об этом первым. Потом же… — она подняла взгляд на Сайно, — потом я пойду туда с тобой. Эти люди — прямая угроза деревне Аару и всей пустыне.
Голос её был обманчиво тих, тон — мягок. Опасно поблескивали разноцветные глаза, мягко сиял глаз бога на боку.

+1

6

Весть о том, что Малик был здесь, в Аару, неприятна. И Сайно мрачнеет, хмурится и размышляет - зачем? Всё, чего он хотел от этого места, уже получил. Матры охраняют деревню и больше его бешеный культ людей потревожить не смеет... жрец поднимает на Кандакию взгляд и тут же всё понимает.
Один её глаз золотой, точно Солнце, другой цвета погожего неба. Она же потомок Дешрета, вот почему Малик явился за ней! Культ так желает воскресить своего короля, абсолютно безумный в проклятии падшего крокодила. Это всё выглядит крайне опасно, скверно и неприглядно. Если бы это было возможно - Сайно предпочёл бы дальше не думать, зачем именно Малику было являться к Кандакии. Но увы, жрец в курсе о Сияющей Истине и их любви к проливанию крови, их легенды он тоже слышал в достатке. Всё это пахло солью и ржавчиной.
«Они желают Кандакию в качестве жертвы? И... меня. Я же слышал, что жрец взойдёт на алтарь для того, чтобы воскресить Алого короля. Должно быть, ценой своей жизни, у них такие порядки. Отвратное безумие,» - и Сайно ещё больше мрачнеет. Ему не нравится слышать всё то, что желает сказать дева из Аару, ибо если же догадки верны - это путь прямо в ловушку. Смертельный капкан, алчущий крови и только её.
- Выдвинуться можно хоть сейчас, - Сайно пожимает плечами, давно привыкший пересекать пустыню. В сумерках и ночью он шёл или нападал на стоянки наёмников, а днём, в самый зной, отсыпался. Сейчас как раз подходящее время, если судить оное по положению звёзд и луны в небесах, но вовсе прескверное во всех остальных исчислениях. - Только...
Опасно? Не девочка вовсе защитница этой деревни, голова на плечах её есть. Она понимает сама тяжесть поступков и опасность желаний, и попусту воздух словами не сотрясает. Знает Кандакия, на что жаждет пойти, и взгляд её вовсе не лёгкий, но полный готовности. Решительна, собрана и деловита, она не отступится, страха в ней нет. Однако страх, безрассудство и неведение - разные вещи. Кандакия должна знать всё то же, что знает он сам.
- ...мы идём в ловушку. Нас попытаются там убить. - «а это значит, что Малика в Аару не будет, он как привязанный ходит за мной, чтобы загнать в эту деревню живым ради ритуала.» - Ради воскрешения Алого короля им нужно провести обряд, о котором я немного в курсе: «на алтарь взойдёт жрец Алого короля и принесёт плоть в жертву ради воскрешения владыки нашего». Очевидно, что жрец - это я. А плоть...
Сайно замолчал, не желая произносить это вслух. Не из страха перед кровавым описанием и не из желания смягчить правду для Кандакии, просто надобности в этом никакой не было. Ясно и так, а говорить больше о скверне учения безумного желания не находилось. Лишь честь отдавать рассуждениями об этом, тогда как стоило подумать о ином.
- Малик жаждет принести нас в жертву, и он будет на своей территории. Нужно хорошо подготовиться прежде, чем выступать, - переменить мнение Кандакии насчёт похода в Ккречу Сайно находил славным итогом, но иметь в компании союзницу было разумнее. Один он совладает с Маликом и Туатой, положим, но в деревне будет множество людей и испытаний, не говоря уже о том, что на карте даже нет точного маршрута туда.
Надежда была лишь на то, что Золотой Крокодил в один момент примется их туда загонять, что вдруг стало удивительно на руку.
- Я предлагаю дождаться завтрашнего вечера. Заверши все дела, какие остались.

0


Вы здесь » Genshin Impact: Tales of Teyvat » Эпизоды настоящего » [03.05.501] Несчастье любит компанию


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно