body { background:url(https://forumupload.ru/uploads/001b/f1/af/2/275096.jpg) fixed top center!important;background-size:cover!important;background-repeat:no-repeat; } body { background:url(https://forumupload.ru/uploads/001b/f1/af/2/326086.jpg) fixed top center!important;background-size:cover!important;background-repeat:no-repeat; } body { background:url(https://forumupload.ru/uploads/001b/f1/af/2/398389.jpg) fixed top center!important;background-size:cover!important;background-repeat:no-repeat; } body { background:url(https://forumupload.ru/uploads/001b/f1/af/2/194174.jpg) fixed top center!important;background-size:cover!important;background-repeat:no-repeat; } body { background:url(https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/4/657648.jpg) fixed top center!important;background-size:cover!important;background-repeat:no-repeat; }
Очень ждём в игру
«Сказания Тейвата» - это множество увлекательных сюжетных линий, в которых гармонично соседствуют дружеские чаепития, детективные расследования и динамичные сражения, определяющие судьбу регионов и даже богов. Присоединяйтесь и начните своё путешествие вместе с нами!

Genshin Impact: Tales of Teyvat

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Genshin Impact: Tales of Teyvat » Архив » [1.05.501] Путь в клетку и обратно


[1.05.501] Путь в клетку и обратно

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

[html]
<div class="un-ep-root">
  <div class="un-ep-wrapper">
    <!-- ВРЕМЯ И МЕСТО -->
    <div class="un-ep-coord">
      <div class="un-ep-date">1.05.501</div>
      <div class="un-ep-loc">Фонтейн</div>
      <div class="un-ep-place">крепость Меропид</div>
    </div>
    <!-- КОНЕЦ // ВРЕМЯ И МЕСТО -->

    <!-- НАЗВАНИЕ ЭПИЗОДА -->
    <div class="un-ep-title-back">
      <div class="un-ep-title-box">
        <div class="un-ep-title">Путь в клетку и обратно</div>
      </div>
    </div>
    <!-- КОНЕЦ // НАЗВАНИЕ ЭПИЗОДА -->

    <!-- АВАТАРКИ -->
    <div class="un-ep-char-box">
      <div class="un-ep-char-layout">

        <!-- игрок 1 -->
        <div class="un-ep-char-pic">
          <a href="https://genshintales.ru/viewtopic.php?id=1577" title="Теа"><img src="https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/350/686851.png" class="un-ep-char-avatar"></a>
        </div>
        <!-- конец // игрок 1 -->

        <!-- игрок 2 -->
        <div class="un-ep-char-pic">
          <a href="https://genshintales.ru/viewtopic.php?id=1634" title="Ризли"><img src="https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/358/273382.jpg" class="un-ep-char-avatar"></a>
        </div>
        <!-- конец // игрок 2 -->

      </div>
    </div>
    <!-- КОНЕЦ// АВАТАРКИ -->

    <!-- ОПИСАНИЕ -->
    <div class="un-ep-desc-box">
      <div class="un-ep-desc-border">
        <div class="un-ep-desc-head">
          <div class="un-ep-desc-ost"><a href="https://www.youtube.com/watch?v=YFGQ-mrkEKw">RedHook — Bad Decisions</a></div>
          <div class="un-ep-desc-tag">if you think fear can control everything, well then, terrify me</div>
        </div>
        <div class="un-ep-desc-text">
          <p>Общество «Берет» — отличная штука! Хоть кто-то, кроме герцога и его помощников, думает о саморазвитии в этой прекрасной луже в глуши. Но почему они не хотят, чтобы Теа учила их математике?</p>
          <p>Неужели они что-то ЗАМЫШЛЯЮТ?</p>
        </div>
      </div>
      <!-- КОНЕЦ// ОПИСАНИЕ -->

    </div>
  </div>
</div>
<style>
  :root {
    /* ССЫЛКА НА ФОНОВУЮ КАРТИНКУ */
    --unep-bgpic: url("https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/358/980677.jpg");
    /* ЦВЕТ ФОНА */
    --unep-bgcol: 16, 29, 35;
    /* ЦВЕТ БЛОКОВ */
    --unep-blcol: 139, 69, 19;
    /* ЦВЕТ ТЕКСТА */
    --unep-text: 255, 255, 255;
    /* ЦВЕТ ССЫЛОК */
    --unep-link: 237, 239, 199;
  }
</style>
<link rel="stylesheet" href="https://forumstatic.ru/files/0014/98/d3/58170.css?v=4">
[/html]
[hideprofile]

максимальный срок написания постов в этом эпизоде - без ограничений

Отредактировано Wriothesley (2023-11-21 11:05:53)

+3

2

[indent]Теа видела их собрания всякий раз, когда ей удавалось очутиться на административном этаже крепости в послеобеденное время. Тихие (почти все...), хорошо организованные, примерно себя ведущие, всегда увлечённые какой-то интеллектуальной деятельностью, участники Общества Беретов положительно выделялись на фоне других организованных заключёнными группировок. И когда путь Теа вёл от подъёмников к кабинету, от подъёмников к другим подъёмникам, от подъёмников куда-то ещё... Словом, частенько, но всегда мимолётом она наблюдала за тем, как выглядящие увлечёнными и радостными люди усердно погружались в разную деятельность. От собрания к собраниям Теа могла наблюдать и меловые доски с записями алфавита и счётного ряда, и небольшие полочки с книгами, и даже мольберты... Каждый раз Теа одобрительно кивала, проходя мимо, улыбалась лидеру организации и отмечала про себя неостановимость истинного просвещения и непреклонность людского духа. Ах, вот бы можно было их поддержать!..

[indent]Сегодняшним днём у Теа образовалось чуть больше свободного времени перед скорой встречей с герцогом, и она, наконец, смогла воспользоваться случаем переговорить с руководителем Общества Беретов. Он сам подошёл к Теа, заприметив её интерес к собранию со стороны. Его интеллигентный, воспитанный и сдержанный внешний облик располагал к разговору, и Теа, после обмена любезностями и дежурными вопросами, даже рискнула произнести:

[indent]— Месьё Дужье, мне бы хотелось поддержать ваши начинания.

[indent]— Ну что вы, леди, ваша вера в возможность для нас с подопечными начать новую, куда более достойную жизнь уже олицетворяет всю поддержку со стороны крепости...

[indent]«Надо же, какой скромный и добропорядочный человек!» — искренне восхитилась про себя Теа и, прикрыв глаза, покачала головой, а затем ответила со светлый и скромной улыбкой:

[indent]— Позвольте мне помочь. Я могла бы выделить время и, например, провести урок математики?

[indent]Ведь её уже действительно долго волновал не то что уровень финансовой грамотности среди заключённых, а в целом неспособность банально вести счёт, и нередко из-за этого люди становились жертвами купонных мошенников, наживающихся на честном труде тех, кто не мог считать и следить за своим заработком. А тут представлялась отличнейшая возможность поспособствовать улучшению ситуацию. Но Дужье активно отказывался, размахивая крупными ладонями:

[indent]— Нет-нет-нет, поддержка, которую нам оказывает Его Светлость, уже честь большая, чем заслуживают многие из нас. И шанс начать всё с чистого листа и достойно мы должны оправдать своим собственным трудом, поэтому...

[indent]После такого настаивать было бы попросту невежливо, — хотя и рациональный ум Теа всё ещё противился, явно не понимая, как можно учиться чему-то новому, не имея опыта и информации об этом «чём-то новом». Но спорить она не стала, только легко вздохнула, пожелала удачи во всех начинаниях и попрощалась с Дужье. Участники Общества Беретов, как и ранее, оставались показательно увлечёнными своими делами. Теа тоже ждали дела...

[indent]Перед тем, как подняться в кабинет герцога, Теа рефлекторно поправила форму. Дежурный берет, даром что украшенный лентой, сидел на непослушных кудрях с частой мыслью о побеге прочь с головы, а потому требовал регулярного внимания. А строгий форменный камзол, — пусть и надетый поверх ажурной блузки с бантом, — должен был олицетворять собой всю порядочность и строгость меропидской дисциплины. И только после, — спустя месяцы адаптации наконец без необходимости подготавливаться морально, — Теа быстро вбежала по лестнице вверх.

[indent]— Добрый день, Ваша Светлость! — она даже помахала папкой в руках, уже свободнее заводя разговор с Ризли, но от книксена всё равно не отказалась, — Как проходит ваш день? Надеюсь, сегодня вас никто не мучал. Вот, поглядите-ка что я вам принесла, чтобы было полегче с оставшейся работой.

https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/350/162770.webp

[indent]И вместо того, чтобы в первую очередь отдать герцогу бумаги, Теа украдкой опустила на стол некую небольшую шкатулку из тёмного лакированного дерева. Выгравированный в древесине сложный узор и янтарное смоляное покрытие выдавали тонкую ручную работу из Лиюэ, — а плотно прилегающая крышка намекала о предназначении. Ведь что ещё хранить так надёжно, в темноте, если не... чай? И, действительно, внутри уютно таился прессованный «чайный блин», крепкий, терпкий, насыщенный, при заварке отдающий богатым цветом сосновой коры, в аромате раскрывающий ноты всего своего пути, от тяжёлого и пряного духа корней в земле, душистым листом на сильной ветви, до жаркого солнца, свернувшего в свете и тепле листья в заварочную форму.

[indent]— Удалось застать в порту корабль из Гавани. Из-за карантина их судно ещё нескоро сможет вернуться в Лиюэ, а потому удалось урвать по очень приятной цене! Это очень сильный чай, он должен хорошо тонизировать, к тому же его чайный лист выдержит не одну заварку. Меня угостили на пристани, и мне он показался глубоким и интересным. Полагаю, вам он может понравиться! Только будьте осторожнее с количеством, он куда насыщеннее привычного чёрного чая.

[indent]Говорить о том, что сам сорт чая казался ей невероятно подходящим персоне герцога, Теа не стала.

[indent]— ...и пока закипает вода...

[indent]Теа, наконец, разложила на рабочем столе принесённые ею бумаги. Аккуратно по отсортированным стопочкам, выравненным от уголка к уголку, — слева документы в архив, по центру нуждающиеся в печати и подписи герцога, справа — на обсуждение. Как и всегда, всё по порядку, системно, щепетильно.

[indent]В первую очередь разобрались с тем, что требовало непосредственного вмешательства герцога, в заведомо подготовленной форме с обозначенный проблемой, возможными путями решения и анализом последствий — оставалось только выбрать из маркированного списка что-то более подходящее внутреннему чувству правильного и вернуть, или же, при желании, дополнить или отредактировать решение в принципе. Теа, конечно, старалась облегчить работу герцогу, но не всё могла держать только на себе, а потому выделяла такие вопросы в приоритет. Что же казалось всего остального...

[indent]— Если вы захотите сесть... м-м-м... поудобнее... или прилечь... Осталась только докладная часть.

[indent]Она старалась предлагать такую идею осторожно, не выказывая открытого волнения, и уж точно без какой-либо насмешки. Просто знала, что иногда — нужно, а ей уж точно никак не мешает, слуховой аппарат у Ризли работал в любом положении, иногда даже слишком остро. Сама она, разумеется, осталась стоять. И, раскрыв свою увесистую записную книгу, — под корешком перелился лазурным светом драгоценный камень, — быстро нашла нужную страницу по оставленной закладке. Принялась рассказывать о последних успехах и новостях из секретной верфи. О том, как Журьё сумел увеличить потенциал энергетической выработки пневмусии на целый один процент, о том, что ему сейчас не хватает, о скромном, но верном прогрессе в вопросе усиления конструкции. Отдельно упомянула подготовленный Лурвин список потенциальных точек, где можно раздобыть необходимое оборудование. Вновь поднимался вопрос рабочих контактов с Институтом... И того, как примирить ведущих исследователей. Последний вопрос порой казался страшнее и сложнее, чем весь проект «Вингалет».

[indent]— Это всё, — Теа, наконец, закончила и с гулким хлопком закрыла свою записную книгу, — Ах да!.. По пути сюда я встретила месьё Дужье из Общества Беретов... Очень жаль что он так скромен. Мне бы хотелось им помочь, но он настойчиво отказывался. А ведь такая мелочь!.. Он всегда такой, Ваша Светлость?.. Должно быть, ему очень трудно одному помогать всем этим людям.

[icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/350/264133.png[/icon]

Отредактировано Thea de Roze (2023-11-23 19:25:29)

+2

3

Ризли придирчиво вглядывался в витрину, где за стеклом прятались всевозможные тортики и конфеты. Небольшая яркая коробка ягодных корзинок уже ждала его на кассе, и предстояло выбрать что-то ещё. Насколько легко выбирались вкусняшки для Теи — настолько же сложно было определиться с выбором для…

— Давайте вот что сделаем, — решился герцог, — Возьмём пузырин, яблоко и горсть этих жёлтых ягод. Сможете превратить их в жидкость?

— В жидкость? — подняла брови владелица кондитерской, — Как я должна это сделать?

— Выжать сок… И смешать?

Устало вздохнув, она кивнула. Обычно Ризли прогуливался утром, и его странные запросы обходили кондитерскую стороной.

— У вас же есть доставка? — не унимался герцог.

— Конечно. Куда это принести?

— В дворец Мермония, юдексу.

Женщина неодобрительно поджала губы, осуждая — может, сложность задачи, или неуместность для пса Меропида оказывать знаки внимания уважаемому судье. Ризли, честно говоря, было всё равно. Рассчитавшись, аккуратно забрав угощение, он, весьма довольный, отправился снова в подводное царство.

Предвкушая: смущение Теи, удивление Нёвилетта. Целых два обескураженных человека за один вечер.

Лишь случайная встреча подпортила настроение. Среди проходящих мимо, равнодушно скользящих по нему взглядом или старательно отводящих взор, герцог заметил заплаканного ребёнка. Мать, крепко держа его за руку, что-то втолковывала очень грозно. «Не моё дело» — Ризли уверенно удалился, и в спину услышал тихое:

«А будешь так себя вести, дядя тебя заберёт! Знаешь, кто это? Он начальник тюрьмы! Смотри, какой страшный!».

Уголки тонких губ дрогнули, но на душе помрачнело. Разумная часть герцога понимала, что пугать детей тюрьмой — способ привить им страх к нарушению закона, весьма распространённый, хотя эффективность его под вопросом. Но была и другая часть, обиженно фыркнувшая: чего это страшный?

В конце концов, он даже причесался. Не то чтобы это было так уж заметно.

***

Наконец — стены крепости, запах железа, давно впитавшийся в руки и волосы. «Дом, милый дом» — усмехнулся Ризли, кивая охранникам по пути. До встречи с Теей оставалось немного, и он ускорил шаг, чтоб она не ждала у дверей пустого кабинета. Вероятность, что она зайдёт внутрь, присядет на диван и заварит себе чай, казалась герцогу крайне малой — хоть он ни раз говорил, что совсем не против.

Успел. Поднявшись по лестнице, он спрятал в ящик стола угощения, чтоб достать в неожиданный момент. Поставил чайник, уселся в кресло с таким видом, словно сто лет провёл в нём и никуда не ходил. Как раз внизу отворилась дверь, и по ступенькам вихрем влетела Тея.

Чайный подарок герцога тронул. Его короткое «спасибо» вряд ли передало тепло, которое он испытывал — но Ризли надеялся, что они знакомы достаточно, и Тея уже понимает оттенки его эмоций. Он привык к уважению, к страху и преданности, но от простых знаков человеческой симпатии по-прежнему смущался, словно ребёнок, не знавший родителей.

Впрочем, к чёрту прошлое! Заварив чай им обоим, и отмечая насыщенный вкус, Ризли пробежался взглядом по документам. Послушно поёрзал на стуле — почему-то казалось, что комфорт его задницы Тее важнее, чем ему самому.

И коротко нахмурился, услышав про отказ Дужье.

Вроде такая мелочь… И озвучено так, как он ожидал бы от скромного и ответственного руководителя «Беретов». Но почему эта история царапает слух, кусает интуицию за пятки?

И кто в здравом уме откажется от лекции Теи? Он бы и сам непрочь прийти.

— Должно быть, да, — кивнул он, вдумчиво глядя сквозь помощницу, — Это и вправду нелегко. Может, нам стоит помогать ему больше?.. Он ведь делает то, что иначе легло бы на наши плечи. И делает хорошо.

Отпив обжигающий чай, он продолжил:

— К тому же, неплохо глянуть, как у них всё устроено изнутри. Дужье отсюда выйдет рано или поздно, а его опыт нам пригодится. Давайте навестим его вместе, что скажете? Только сперва…

Сдержав коварную улыбку, Ризли открыл ящик стола, и неспешно достал оттуда яркую коробку, пахнущую кремом и фруктами.

— Угощайтесь. А то обижусь.

+2

4

[indent]Теа раскрыла было рот, но вместо слов по делу раздалась лишь мятежная тишина. Внимательно посмотрев на коробку, наполненную прекрасными фруктовыми пирожными, Теа подняла широко распахнутые, горящие удивлением глаза. Это был подарок, который она не ожидала получить, и который совершенно не знала, как принять. Каждый из этих сладких шедевров был искусно украшен свежими ягодами и кусочками фруктов, завораживал своими богатыми цветами и аппетитной формой. Однако вместо обычного восторга, которым она как будто бы должна была поделиться, в глазах Теа отражалось замешательство и некоторая неуверенность. Поджав губы, она тихо уточнила, не отводя немигающего взгляда:

[indent]— Это... мне?..

[indent]Такой щедрый подарок невероятной красоты и ловкого соответствия вкусам вызвал у Теа внутренний конфликт. Её длинные пальцы слегка дрожали, когда она осторожно поднимала крышку коробки, неспособная оторвать взгляд от этого великолепного подарка. Её губы слегка приоткрылись от изумления, а глаза стали ещё больше, когда запах свежих фруктов и сладкого теста начал наполнять комнату. Это было подобно волшебству, которое заставило её на мгновение забыть о своих сомнениях. Но вскоре реальность возвращала её обратно, и она снова находила себя в противоречии.

[indent]Одновременно воспитанная в изящном этикете и воспитавшая себя в строгой дисциплине, теперь она не не могла отказаться от подарка, но вместе с тем безрассудно наслаждаться им было бы неприемлемо. Принятие этого подарка тоже означало бы нарушение её строгого режима питания. Она смотрела на коробку, словно ожидая, что та сама даст ей ответ. Но коробка молчала, и Теа снова ощущала, как нервы начинают играть с ней злую шутку. Измышление, конфликтное реакции, разделилось двумя полями идей — их нужно было упорядочить, оценив последствия. С одной стороны — такой красивый жест со стороны Ризли; с другой — за последнюю пару лент заметно увеличившиеся лекала костюмов...

[indent]Со стороны казалось, что Теа просто отпустила взгляд подальше от коробки, но её выражение лица стало задумчивым, и она слегка укусила нижнюю губу, пытаясь принять решение. Её послужные вьющиеся волосы, обычно доставляющие проблемы, теперь были аккуратно убраны лентой под берет, что позволяло видеть всю гамму эмоций на лице. В голове же Теа в этот момент происходило сложное вычисление системы неравенств со множеством переменных. Наконец, она глубоко вдохнула через нос и вновь подняла взгляд к герцогу. Её губы едва заметно дрогнули перед тем, как Теа начала говорить, благодаря за подарок. Каким бы ни было решение, сейчас от растерянности осталась лишь застигнутая врасплох искренняя и добрая радость.

[indent]— Вы только посмотрите на них, какая же красота. Право, не стоило, Ваша Светлость, сколько хлопот для вас... Ах, но как я могу вам отказать... Пожалуйста, примите мою искреннюю благодарность, — Теа, разумеется, почтительно склонила голову и присела в изящном книксене, как будто бы даже скорее игривом, чем строгом, — Только прошу, помогите мне, договорились? Одной мне точно не справиться. Но по какому поводу?..

[indent]Был повод или нет, Теа знала наверняка, что ей нужно будет хорошенечко постараться, чтобы отработать и заслужить такую щедрую награду.

[indent]Но даже строгая принципиальность Теа не смогла бы не признать всё выверенное совершенство сочетания терпкого, крепкого тёмного чая с сочной фруктовой сладостью. С безмятежностью в блестящем взгляде, теперь она, не скрывая светлой и тёплой радости, наслаждалась плетёной корзинкой с цитрусами, как если бы была ребёнком, дождавшимся, наконец, десерта, — поразительно неуместно для кабинета смотрителя подводной тюрьмы, но, кажется, при прочих равных — так естественно.

[indent]— Месьё Дужье делает так много для крепости, очень хотелось бы его поддержать, — восхитилась Теа перед последним глотком чая, а уже после тихого звона фарфора добавила голосом разума: — Но это правда, столько всего сейчас держится лишь на его одном энтузиазме. И при всём уважении к его труду, невозможно спрогнозировать, чем это сулит Обществу Беретов в будущем.

[indent]Последним моментом Теа насладилась чаепитием, даже зажмурилась от удовольствия: такой-то замечательный чай, такие-то чудесные пирожные, настоящий праздник. Но Ризли прав, стоило бы и поторопиться, если они планировали застать собрание общества на административном этаже перед тем, как те бы разошлись. Ей самой потребовалось несколько минут: помочь собрать посуду, оправить одежду, привести в порядок бумаги... А затем — выработанная за этот год привычка, долгий и внимательный изучающий взгляд поверх облика Его Светлости, чтобы убедиться во... всяком.

[indent]— Один момент, — Теа вздохнула, скорее шутливо, чем всерьёз сокрушаясь, — Ваш галстук.

[indent]Мышечная память, вдруг пробудившаяся из скопившегося в грудь чайного тепла, уютная домашняя привычка из забытых времён словно подталкивала её поднять руки и выровнять, подтянуть узел самой, но ладонь Теа так и замерла у пояса, как будто бы приняла элегантную позу, а не предприняла попытку совершить нечто неуместное и лихое. Да и справедливости ради... Не дотянулась бы.

[icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/350/264133.png[/icon]

+1

5

Чай, пирожные — чудовищно сладкие, но как откажешь в компании? — и лёгкая беседа сплетались в уютную атмосферу. Не хватало лишь камина и дождя за окном… Да и в целом, пожалуй, окна.

На краю сознания происходил анализ: о Дужье, о беретах, о целях и планах — но весь остальной герцог позволил себе расслабиться. Слегка улыбнулся под взглядом Теи «надеюсь-у-вас-нет-наклеек-на-лице», встал ровнее, подавив желание повернуться, дабы его было удобней рассмотреть и с боков, и сзади. Вдруг у него вырос хвост?

К рукам Теи он наклонился без сомнений, попросту сев на одно колено. Чуть откинул назад голову, увеличивая расстояние между их взглядами, чтоб не смутить внезапным и резким сокращением дистанции.

— Хотите поправить? Прошу, — улыбнулся он, выжидая, — Буду вам благодарен.

***

Пол гулко звенел от тяжёлых шагов Ризли, мелодично — от каблуков Теи. В крепости было спокойно и пустовато. Многие разошлись по домам — конечно, кто мог это сделать; остальные отдыхали в бараках. Лишь в столовой стайка заключённых активно спорила о результатах последнего турнира по панкратиону. Ризли замедлил шаг, прислушиваясь — он не был на матчах в тот день, и любопытствовал, кто победил — но, заметив его и помощницу, беседа стремительно смолкла.

Ну и ладно, не очень-то и хотелось.

Участники «Беретов» ещё не разошлись, хотя, похоже, думали об этом. Острый взгляд герцога издалека приметил странную неподвижность в их позах. Словно, лишённые задачи, они выключались из мира. Но чем ближе подходили Ризли и Тея, тем более живыми становились люди. И вот уже одни склонились над книгами, обсуждая сложный абзац учебника — какая удача! — по математике. Другие суетились неподалёку в активной и беспорядочной деятельности.

Никто не смотрел на гостей напрямую — но мимолётные взгляды украдкой Ризли чувствовал волной по позвоночнику.

В пространство стремительно ворвался Дужье.

— Герцог! И леди де Роз! Мы не ждали вас так поздно… — он излучал радушие, но в голосе звенели нервозные нотки. Должно быть, это оттого, что он так торопился встретить их в лучшем виде.

— Всё в порядке, оставим церемонии, — улыбнулся в ответ Ризли, и сел на стул, кивнув Тее на соседний. Дужье остался стоять перед ними, словно перед комиссией, — Я лишь зашёл проведать, как у вас дела. Что изучаете? Математику?

— Да, видите ли, — глава общества гордо выпрямился, — Мы надеемся, что познания в таких естественных и вместе с тем сложных вещах принесут людям невероятную пользу. Речь не только о том, чтобы складывать и вычитать… — он неопределённо взмахнул рукой, изображая, видимо, сложение и вычитание, — Но и умение мыслить совершенно особым образом.

— Похвальное стремление, — кивнул Ризли, — И, какое совпадение, леди де Роз как раз делилась со мной своим желанием быть полезной. Кстати, она прекрасно разбирается в математике.

— Вы так великодушны, — вежливо склонил голову Дужье, — Но нам кажется, что самостоятельное освоение таких вещей — важный шаг на пути…

— Как и способность принимать помощь, не правда ли? — герцог неспешно встал, всем видом олицетворяя спокойствие и расслабленность, — Уверен, вы научитесь и этому. Я настаиваю, — и он дружелюбно положил руку на плечо Дужье.

Глава общества стремительно позеленел.

— Да, конечно, благодарю вас за эту возможность…

— Прекрасно. Скоро я отпущу к вам Тею для обсуждения нюансов. А пока…

Он кивком попросил Тею следовать за ним, и, отойдя подальше от ушей и взглядов общества «Берет», обернулся к ней с льдистой задумчивостью.

— Как вам наша беседа? Помимо того, что я был невежлив.

Отредактировано Wriothesley (2023-11-30 11:51:50)

0

6

[indent]Де-юре невозможно оказывать помощь и быть беспомощной в одной и той же ситуации. И хотя эти свойства в своей природе не противоположны, они взаимоисключающи в контексте контроля над этой самой ситуацией.

[indent]Де-факто Теа, вопреки собственным позывам и реакциям, теперь полагалась на исключительную способность сжать внутри грудной клетки комок панических импульсов, учащающих ритм сердца и вызывающих неловкую дрожь в руках. Абсолютный рефлекс в укрытии взгляда, неспособного вдруг сфокусироваться на самом близком объекте, — неожиданно близком, обезоруживающе близком. Возмущение неуместно: условия ровно такие, какие и были как будто бы запрошены. Кто же знал, что это окажется так... Так... Так. Словарный запас закономерно теряется, остаётся лишь унимать тремор и поправлять узел галстука и его плотную ленту по своим чутким до миллиметровой аккуратности требованиям. Дольше нужного, быстрее возможного.

[indent]«Скрепя сердце», так обычно изъясняют люди.

[indent]— Вот теперь всё в порядке, — с отведённой за ухо прядью Теа увела и свой взгляд. Опять.

[indent]Лёгкое чувство дежа вю: как будто бы в родной альма-матер идёт с уважаемым научным руководителем мимо толпы студентов, и все живые обсуждения и кофейные темы вдруг пресекаются. Вид идеальный, к форме не придраться, но содержимое отдаёт чем-то... недосягаемым. Интуиция подсказывает: присмотрись, прислушайся.

[indent]Теа тем и занялась. Осталась позади Ризли, на ногах, так лучше видно; только сделала реверанс, даром что уже здоровались с Дужье. В разговор герцога не вмешивалась, раз не спрашивали, зато увлеклась интересной головоломкой. Как будто бы игра на внимательность: найди десять отличий между текущей картинкой и той, что видела ранее. Между текущей картинкой и реальной человеческой, ведь люди в милых беретах больше походили на игроков в морские фигуры. Стоит только заволноваться, — не морю, но чему-то такому же прибойному и сильному, — как замирают.

[indent]Девушка у тележки с книжками так и не перевернула страницу, хотя смотрит в книгу уже не первую пару минут. На одной странице книги такого формата печатается как правило около пятидесяти строк, по пятьдесят пять символов в каждой. Это более двух с половиной тысяч знаков или приблизительно пятьсот двадцать одно слова — при условии, что средняя длина фонтэйнского слова составляет пять целых и двадцать две сотые символа. То есть пятьдесят предложений со средней длиной предложения десять и тридцать восемь сотых слова. Обычный человек тратит на чтение такой страницы около минуты. Даже если предположить, что в книге сложный материал, а девушка откровенно не может сфокусироваться на странице, — морщины на лбу, опущенные брови, поджатые губы, подушечки пальцев в давлении сминают бумагу... — всё равно медленно.

[indent]Разумеется, за всё время разговора эта несчастная девушка так и не перевернёт страницы.

[indent]Мужчина у меловой доски сидит в напряжённой позе: он сутул, плечи вывернуты вперёд, пальцы, сжимающие мел, откровенно краснее бледной ладони. Отсюда скрежета почти неслышно, только если совсем прислушаться, в паузах между словами Ризли и Дужье едва долетает колкий для музыкального слуха треск мела о доску. Точка, в которой мужчина поставил мелок, крошит навершие, но символы дальше не вырисовываются, только эта дрожащая точка. Не запятая, не следующая цифра в записи. Счёт столбиком совсем прост, но даже вспомнив предыстории многих учеников здесь и накинув к тому, что за момент считается в уме, добрую пару минут, всё равно не сходится. Делить на единицу проще всего, запиши ту же самую цифру, на которую смотришь сейчас, перейди к следующему разряду.

[indent]Разумеется, за всё время разговора этот несчастный мужчина так и не запишет ни числа.

[indent]Пара за столиком молчит над чашками чая. Ощущается на особенном контрасте с тем чаепитием, которое было у Теа недавно. Она не видит ни приятного ожидания в поддувании на жар, чтобы скорее попробовать чай, ни в целом интереса к собственным чашкам. Они держат руки на них, цепляются за ручки, больше не за что, словно совсем не горячо. Не смотрят ни друг на друга, ни на сервиз на столе, только изредка бросают украдкой пугливые взгляды в сторону беседующих Ризли и Дужье. Конечно, при герцоге многим становится не по себе, уж Теа это знает, но как-то совсем горьким и тягостным ей кажется это чаепитие. Нарезанный кекс на столе стоит нетронутым, аккуратно разложен, порезан словно для витрины, а не застолья, и ни кусочка на блюдцах гостей.

[indent]Разумеется, за всё время разговора эта несчастная пара так и не сделает ни глотка чая.

[indent]По крайней мере с Дужье они попрощались как с настоящим человеком. Теа и сама вдруг стала нахмуренная, собранная внутрь себя, и на закономерный вопрос Ризли она ответила с задержкой, смахнув сосредоточенное чувство странного, опасного с коротким и тихим выдохом.

[indent]— Невежливы не больше обычного, — она постаралась улыбнуться, но ускользающий взгляд выдавал отсутствие шутливого настроения, — Скажите, вам не показалось это собрание... странным?

[indent]Теа прижала к губам костяшки покрытых перчатками пальцев, взяв момент перед тем, как пояснить свой вопрос.

[indent]— Не сам месьё Дужье. Не скажу, что он был смущён вашим присутствием больше, чем кто-либо обычно. Но все остальные как будто бы боялись даже шевельнуться или пискнуть. Я бы предположила, что это вы оказываете на них такой эффект, но...

[indent]Но почему-то не сходилось, даже если логика говорила о том, что между тем, как встречала начиналась, и тем, как она заканчивалась, была лишь одна новая переменная — сам герцог. Возможно, не сходилось из-за того, что Теа могла отследить, куда обращались быстрые пугливые взгляды: не к тому же человеку, на которого смотрела она сама. Рациональному объяснению это не поддавалось, а объявлять герцогу, что не смотреть на него — это странно... Вот уж кому было бы говорить при таком о странностях.

[indent]— ...забудьте. Наверное, я вообразила нечто большее, чем просто смущение.

[indent]Теа нахмурилась и опустила лицо. Аргументировать свою тревожность она не могла, а, значит, не стоило просто так обвинять людей. Она-то знала, как легко неосторожные слова могли ломать судьбы, — особенно здесь, в Меропиде.

[icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/350/264133.png[/icon]

Отредактировано Thea de Roze (2023-12-04 21:45:14)

0

7

Не каждый в крепости боялся Ризли — для следующих правилам и совести он был лишь мирным правителем подводного царства — но всё же к страху других он привык. К оцепенению и неловким жестам, к взглядам в пол или стену, лишь бы не в глаза.

Глаза пугали людей больше наручников и шрамов, и хотя Ризли был не против, всё же не знал, почему. Честно смотрелся утром в зеркало. Нормальные глаза, как у всех. Они вообще видели вертикальные зрачки судьи?

Страх других сопровождал Ризли, порой съёживаясь до небольшого опасения, порой прорастая в полноценный ужас. Страх шёл впереди и отступал за его шагами. Порой, уходя, герцог чувствовал ветер спиной — это облегчённые вздохи сплетались в один. «Наконец-то ушёл».

Но сейчас ветра не было.

Ризли с Теей отходили всё дальше, и он ждал: вот-вот за спиной все незримо расслабятся, голоса зазвучат громче, страницы начнут листаться, а чашки звенеть о блюдца. Но — нет. Что бы ни пугало людей, оно было всё ещё там.

***

— ...забудьте. Наверное, я вообразила нечто большее, чем просто смущение.

Ризли нахмурился. Он был согласен с ощущениями Теи, а ещё не любил, когда она принижала свои способности.

Первым порывом было — кончиками пальцев поймать за подбородок, поднять лицо, чтоб взглянуть в глаза и сказать, что чувствует то же самое: с людьми «Берета» что-то не так. Рука взметнулась, но тут герцог вспомнил недавнее смятение, и лишь неловко взлохматил свой затылок, и так встрёпанный больше обычного.

— Нет, я тоже это заметил. Что-то неуловимое в воздухе, — Ризли рассеянно прокрутил наручники, явным признаком сомнения, — Мне не хочется вас отправлять к ним, если быть честным. Там что-то не так, и если они вас обидят…

Он пожал плечами, отвёл взгляд, лишая возможности рассмотреть в нём все вещи, которые он собирался сделать с обидчиками Теи.

— …В общем, я предпочёл бы этого избежать. Но если вы пообещаете быть осторожной, и прийти ко мне сразу — сразу — как только почувствуете неладное… То ваша помощь бы мне помогла. Что скажете? Побудете с ними немного? В конце концов, — он усмехнулся, — Не можем же мы их оставить без математики. Даже я разобрался бы с тем уравнением быстрее.

Отредактировано Wriothesley (2023-12-06 10:05:05)

+1

8

[indent]Теа ответила на удивление ясно и спокойно, подняв взгляд к герцогу. В её высоком и намеренно приглушённом голосе звучали одновременно и необъяснимая уверенность, и некоторая растроганность:

[indent]— Не волнуйтесь, отказ или незаинтересованность меня не обидят. Даже если они не буду заниматься и не примут мою помощь, ничего страшного не случится. Но если вдруг что-то пойдёт не так, я сразу же дам вам знать, хорошо?

[indent]Всё-таки что они, группа заключённых, могли сделать здесь, в Меропиде, где всё всегда в установленном герцогом порядке?..

[indent]Дужье согласился, к удивлению Теа. И хотя по нему было видно, что делает он это нехотя, его тон оставался предельно вежливым и дружелюбным, и в ощутимой натянутости происходящего Теа могла лишь почувствовать себя чуть пристыженной за навязчивость.

[indent]К занятию присоединилось несколько участников Общества Беретов. Они казались растерянными и даже немного напуганными, поэтому Теа поспешила их утешить и подбодрить, заверив, что математика вовсе не так страшна, если с ней познакомиться поближе. Пока её взрослые ученики устраивались с тетрадями на стульях кругом, она сама встала возле меловой доски и начала занятие. Путешествие в мир чисел начался с самого простого: со знакомства с цифрами, со счётным рядом, с простейшими операциями. Теа старалась объяснять подробно и доступно, формулируя математические действия простым языком, однако напряжение так никуда и не уходило.

[indent]— ...таким образом получается отрицательное число — это число меньше нуля.

[indent]— Но ведь ноль — это ничто?

[indent]— Верно.

[indent]— Как может быть меньше, чем ничто?

[indent]— Рассмотрим на бытовой ситуации. Положим, у вас есть десять купонов. Это положительное число. В обед вы отдаёте их за дополнительную мягкую булочку к чаю. Это ноль. Понимаете?

[indent]— Кажется, да...

[indent]— Допустим, на ужин вам так же захотелось мягкую булочку, но купонов у вас уже нет. Ноль. Однако месьё Дужье любезно занимает вам десять купонов. Теперь вы должны ему.

[indent]Теа не сразу заметила, как формулировка повлияла на её учеников. Она не поняла, почему вдруг они стали оглядываться, почему вдруг потяжелел их взгляд. В тот момент ей показалось, что им просто нелегко даётся тема, поэтому она заключила:

[indent]— Это и есть отрицательное число. У вас нет купонов, а когда они появятся, первоочерёдно вам потребуется вернуть их месьё Дужье, так что первых десяти купонов, которые вы заработаете на следующий день, у вас как будто бы заведомо нет. Когда вы отдадите их, у вас снова будет ноль. И уже затем вы сможете уйти в плюс. Так понятнее?..

[indent]С очевидной задержкой люди закивали. Теа теперь уже приметила, что кто-то на этих словах смотрел себе под ноги, а кто-то заламывал пальцы. Неужели концепция купонных долгов так тяжела для заключённых? Хотя это было неудивительно, иначе такой потребности в умении вести подсчёты попросту не было бы.

[indent]— Давайте сделаем перерыв, хорошо? А затем с новыми силами вернёмся к сложению и вычитанию.

[indent]С улыбкой Теа отложила мелок в сторону и отошла, чтобы размять ноги. Без форменного берета на голове её волосы чувствовали себя сегодня особенно свободно и непослушно, а потому всё занятие норовили залезть в глаза. Коварные кудри выпадали из-за уха, щекотали нос, и Теа постоянно приходилось поправлять причёску. Это не осталось незамеченный: к ней, осторожничая и явно смущаясь, подошла очень робкая девушка и протянула что-то в откровенно трясущихся руках.

[indent]— Вот, возьмите, пожалуйста, — она даже взгляда не поднимала.

[indent]Теа увидела в её руках заколку. Бантик на булавке казался очаровательным, но, что самое главное, таким уместным и нужным...

[indent]— Ох, ну что вы, как я могу принять...

[indent]— Я н-н-настаиваю... — почему-то девушка была, несмотря на решительные намерения, сама по себе как будто бы очень встревоженной.

[indent]Присмотревшись, Теа заметила, что заколка эта явно ручной работы, и теперь жест девушки показался ей настолько любезным и красивым, что отказаться она уже никак не могла. Она осторожно взяла бантик в руки и благодарно поклонилась девушке.

[indent]— Благодарю, вы меня выручили. Как видите, сегодня это гнездо особенно разбойно. И это посреди Меропида!..

[indent]Она надеялась, что такая шутка хотя бы немного расслабит напряжённую атмосферу, но вышло, кажется, наоборот. Из-за упоминания названия крепости девушка словно взволновалась ещё больше и чуть ли не сбежала. Она так торопилась удалиться, что у Теа даже не было возможности уточнить, всё ли было понятно в уроке и не нужно ли что-то повторить. Оставалось только одно: приструнить этот завитки хаоса на её голове...

[indent]Мягкий свет от тусклой лампы освещал лицо Теа, сосредоточенно смотревшей на маленькую заколку в своих руках. Глубоко вдохнув, она медленно подняла заколку к своим густым, вьющимся волосам, готовая закрепить их у края лица. Ей казалось, что она была осторожной, но неожиданно острая для заколки игла пронзила её кожу. Теа вздрогнула, но не выпустила из рук заколку. От внезапной, почему-то особенно проникающе колкой боли, вдруг начало учащаться дыхание.

[indent]Но это было не просто уколом. Сквозь тонкую кожу, проникая глубже в тело, распространялось что-то тёмное и холодное. Это было подобно чёрному яду, который медленно просачивался через её вены, заполняя все уголки её тела. Она почувствовала, как её кожа стала более тонкой, а сердце начало биться быстрее. Теа безвольно опустила руку, которой держала до этого заколку. Она почувствовала, как её колени подкашиваются, и она поспешила сесть на стул, прислонившись к его спинке. Её дыхание стало неровным, а глаза расширились словно от фантомного чувства страха и отчаяния.

[indent]Она попыталась подняться, но тяжёлый чёрный яд продолжал своё путешествие по телу, вызывая у неё чувство холода и чистого, острого испуга. Она сжала руку сильнее, ощущая как холод начинает проникать в её пальцы, вызывая паралич. Её тело было сковано, а взгляд продолжал скользить по комнате, ища помощи, но всё, что она видела, это тусклый свет лампы, освещающий её вдруг такой одинокий и отстранённый силуэт.

[indent]Теа ощутила, как невыносимая тяжесть отчаяния начинают поглощать её подобно хладимому густому омуту. Она сжала руку ещё сильнее, в последней попытке противостоять этому чёрному яду, но всё, что она смогла сделать, это лишь слабо вздрогнуть. Её тело сжалось на стуле беспомощно, глаза были широко открыты, а волосы упали на лицо, лишь подчёркивая уязвимость.

[indent]Как будто бы совсем вдали, вне досягаемости, раздался голос Дужье:

[indent]— Кажется, леди де Роз плохо себя чувствует. Я отведу её в лазарет...

[indent]Чужие руки на плечах ощущались тяжёлыми, обволакивающими тенями, и вместо голоса Дужье Теа отчётливо слышала другой, сильный, властный, непроницаемо беспристрастный и объявляющий приговор, раз за разом повторяя его, пока слова эти не обратились гремучими змеями, не расползлись кругом, взвиваясь, не стали выгибаться на листе бумаги, — откуда он в руках?.. — складываясь в слова такие же безучастные, как у судьи, информирующие о кончине без капли соучастия. Затем все змеи изогнулись вверх, и в вибрациях их длинных языков Теа отчётливо слышала лишь одно обвинение, единственно справедливое.

Это её вина.

[icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/350/264133.png[/icon]

+2

9

Ризли спал плохо.

Что-то не давало ему покоя — смутное подозрение, необъяснимое чувство опасности — заставляя вертеться в кровати, то накрываясь одеялом с головой, то отбрасывая его в сторону. Всегда чуткое чувство времени — что удивительно для того, кто прожил в крепости без окон больше половины жизни — теперь путалось, утверждая, что прошёл час, и одновременно всего минута, и в то же время — сто лет.

Поняв, что сна ему не дождаться, он раздражённо сел на кровати. Настенные часы показывали четыре утра.

Для встречи с Теей было слишком рано — вряд ли она обрадуется герцогу на пороге своей спальни. Поэтому, решив проведать её как можно скорее, но в более приемлемое время, Ризли чередой привычных действий — душ, ремешки, одежда, поверх ещё ремешки и цепи, наручники на пояс как дополнение композиции «невероятно грозный начальник» — выгнал себя в кабинет. Как минимум за чаем.

Неспешно шёл по крепости, сонно кивая таким же сонным охранникам на ночном дежурстве.

И еле успел поймать за плечи одного из них, не вписавшегося в поворот.

— Герцог! Господин Ризли! Ваша Светлость!

— И это всё я, — кивнул герцог, аккуратно поставив стражника на пол, — Утренняя пробежка?

— Нет, я... Искал вас! Мы кое-что нашли!

В свете желтоватых ламп, приглушённых на ночь, Ризли не сразу узнал его — но теперь улыбнулся. Этот парень, Люка, совсем недавно на службе, Меропид был первой его работой. Забавное сочетание юности со рвением к работе. Немного раздражающее в такое дурацкое утро.

— Ваша Светлость, мы не уверены, но кажется, это... Контрабанда, — испуганным шёпотом продолжил стражник.

Ни покоя, ни бодрящего чая. Что ж, этого стоило ожидать.

***

Среди ящиков с грузом — одежда, продукты, медикаменты, и, о боги, стаканчики для коктейлей Сиджвин, вот что стоит назвать контрабандой и запретить на законодательном уровне — вокруг одной из коробок стояли навытяжку двое охранников.

Ризли пару секунд полюбовался на них, таких грозных перед лицом опасности. Вдруг из коробки что-то выскочит, и лишь они будут последней надеждой крепости?.. Например, не сертифицированные конфеты, или лишняя зубная паста. Вот ужас-то.

Вздохнув — «что-то я слишком ворчлив сегодня» — герцог присел, открывая коробку. Как он и ожидал, внутри — ничего интересного. Цветные нитки для рукоделия, пара дешёвых украшений, и вправду конфеты... Под всем сомнительным богатством прятался крупный чёрный кристалл. Вот и настоящая контрабанда.

Не особо раздумывая, он поднял камень на ладони.

В глазах стремительно потемнело.

— Герцог? Ваша Светлость, с вами всё в порядке?

Голоса раздавались будто сквозь толщу воды, в которой тонул Ризли, бестолково бултыхаясь. На краю сознания мелькнуло спасительное «но я же умею плавать», и растворилось без остатка в ужасе и давлении.

Вокруг темно. Тусклого света хватает лишь на то, чтоб обозначить кровь — реки чёртовой крови — на полу и на стенах. Ботинки в крови, руки тоже. Правой он бил, вонзая длинный осколок в тёплую плоть тех, кого называл кого-то семьёй. Левой прикрывал рваную рану на шее. Ни радости, ни облегчения, только ужас, заставляющий снова и снова замахиваться. Сколько ударов нужно десятилетнему ребёнку, чтобы убить двоих взрослых? Как понять, что пора остановиться?

Глубже — осколком в тело, с отвратительным хлюпаньем. Глубже в ночные кошмары, которых Ризли не помнил наутро.

— Надо как-то помочь ему! Позови медсестру! Нет, ты зови, я побуду с Его Светлостью! Сам буди Сиджвин, я пока что в своём уме!

...Взгляды в больнице, украдкой, шёпот за спиной. «Тот самый мальчик-убийца, как он мог, маленькое чудовище. Не подходи слишком близко, будь осторожна».
...Он виноват, но не чувствует за собой вины, а значит, он проклятый зверь, место которому за решёткой. Без надежды на нормальную жизнь.
...Спокойный взгляд верховного судьи. Он ведь уже признался, он согласен на наказание — так почему на него всё ещё смотрят, не отрываясь, нечеловеческие кварцевые глаза?

За этот кварц, безумно пугавший его в детстве, но сейчас вызывающий непрошенную, дурацкую, неуместную улыбку посреди чудовищ, и хватается герцог в своём сознании. Сил хватает лишь на то, чтоб разжать ладонь.

Кристалл покатился по полу, обиженно звякая. Никто не поднял его — не отрываясь, охранники смотрели на Ризли, который уткнулся спиной в стену, восстанавливая дыхание.

***

Минуту спустя Ризли рискнул открыть глаза. Мир был стабилен и прекрасен. Испуганные взгляды стражников, родной Меропид, и ни капли непрошенной крови.

— Люка, — чуть хрипло окликнул он младшего, — Твоё задание: спрячься здесь и посмотри, кто придёт за этой коробкой. Не останавливай его, просто доложи мне. Если к полудню никто не явится, ты свободен, тебя заменит Жером.

— Но, герцог! — встрепенулся юный охранник, — Я могу и до вечера тут остаться, мне не нужна замена. Или даже до завтрашнего утра.

— После ночного дежурства?.. Давай предположим, что мне просто жалко платить тебе сверхурочные.

— А это правда, Ваша Светлость?

— Нет.

Обернув ладонь платком, Ризли осторожно коснулся кристалла. Без спецэффектов, отлично. Он сунул его в карман, в третий раз уверил стражников, что он в полном порядке, и помощь ему не нужна. И с независимым видом отправился в кабинет.

Одной чашка чая тут не обойтись.

Отредактировано Wriothesley (2023-12-07 14:14:44)

+1

10

[indent]Дужье действительно увёл Теа, но не в лазарет. Он и его люди позднее утверждали, что урок до конца не был проведён: леди де Роз почувствовала себя плохо и удалилась к себе, от помощи и сопровождения к врачу настойчиво отказалась.

[indent]В потерянном крыле крепости, там, где стены утолщаются до непредставимых масштабов, начинается подземелье. Это место, где тьма воплотилась в материю, и где каждый шорох и каждое движение воздуха пронизаны непонятною тревогой. Время замирает в обманчивой тишине. Буйные водоросли, покрытые серебристым налётом, прорастают вокруг крепких металлических зубцов, словно ядовитые змеи, охраняющие свою территорию. Рыбьи скелеты, с пронзительно яркими огнями в пустых глазницах, дрожащими от нарастающего давления ужаса, сторонятся этого места, пока плывут под высоким потолком, словно зная о тех мрачных тайнах, которые хранит в своих недрах это подземелье. Сверху свисают ржавые цепи, облепленными бурыми моллюсками, набухшими от соли и крови морскими звёздами. Тишина прерывается в тот момент, когда с колокольным звоном ударяются друг о друга эти цепи. По ком они звонят?..

[indent]Подземелье представляет собой лабиринт. Каждый поворот, каждый коридор, каждый туннель ведёт в новую тьму, в новую неизвестность. Здесь нет ни единого источника света, и только прикосновение к стенам, покрытым влагой и лишайником, указывает путь. Воздух здесь плотный, тяжёлый и влажный, словно дыхание спящего монстра. Вдоль коридоров подземелья расположены темницы. Они спрятаны в нишах стен, укрыты за массивными железными решетками. Цепи, свисающие с потолка, скрипят при каждом движении воздуха, словно поддаваясь вечной коррозии времени. Внутри клеток — тишина и покой, с усилием навязанное желание наказания. Но это не покой мирных снов, это покой, который высекается в теле болью обсидиановой остроты, как сладкое принятие грешности и несовершенства плоти и духа, как перемирие с невозможностью повлиять на ход времени, а оттого — добровольное заключение в этой раковине наутилуса забытых дней из ржавого металла. Тут и там разбросаны инструменты пыток, ржавые от крови и времени. В этих комнатах, как ни странно, витает запах глубоководного страха, — смрад плоти, распуганный жестокостью, солью и песком вымыт прочь.

[indent]Теа лежала в одной из клеток, — волосы разбросаны вокруг головы на влажном холодном полу, и только крохотная заколочка держит пряди дальше от лица, чтобы воздух, тяжёлый, сырой, металлический, касался растерявших румянец щёк такими заботливыми пробирающими руками стыда. Всепоглощающая тьма обволакивала сырую, холодную темницу. Не было источников света, лишь изредка проникающий сквозь запертые металлические двери свет от светильников в соседнем зале рисовал призрачные тени на стенах, украшенных влажными мхами. Как никогда хрупкое тело было скручено в бесформенный клубок, словно Теа пыталась укрыться от неумолимого холода, пронизывающего её до костей.

[indent]Она лежала неподвижно, как будто была частью самой темницы, статуей, вырезанной из коралла и забытой здесь вечность назад. Её одежда, вымокшая, была потускневшей и истонченной, разорванной в нескольких местах, плотно прилегающей к бледной коже. Лицо Теа было обращено к полу, лишь слегка приоткрытые губы в ней живое существо, когда та рвано выдыхала с короткой судорогой в теле. Слёзы, которые когда-то текли по её лицу, давно высохли, оставив лишь солоноватые следы на веснушчатых щеках. Зелёные глаза были закрыты, в мире не было места для реальности, Теа словно ушла в себя, исключив все ощущения и впечатления, которые могли причинить ей боль.

[indent]Вокруг царило мертвенное молчание, лишь иногда нарушаемое каплями воды, стекавшими с потолка на холодный пол. Звуки эти были такими глухими и недолгими, что напоминали биение замерзающего сердца. Сырость в воздухе была настолько густой, что Теа могла почувствовать её вкус, когда вдыхала воздух. Тяжесть и давящая тоска наполняли помещение, они проникали в каждый уголок темницы, в каждую трещину в стене, в каждое волокно тяжёлой от влаги одежды. Это была тяжесть отчаяния и безысходности, которые были такой же неотъемлемой частью этой темницы, как и сырость, холод и тьма.

[indent]Теа лежала там, в темноте, в полном забвении, не реагируя на окружающий мир. Она погрузилась в себя, словно пытаясь отстраниться от жестокости внешнего мира. В её мире не было места для страха, для боли, для отчаяния, для ошибок и груза ответственности. Внутри неё была лишь пустота, бесконечная и глубокая, поглощающая все эмоции и ощущения. Ничего страшного, если она останется здесь, даже наоборот: от беспомощности её, бесполезности так больше никто не пострадает. Не будет образ отца преследовать по пятам, напоминая о том, как важно быть внимательной в бумагах и словах, как легко сломать по неосторожности чужую жизнь. Не будут дух матери ночами проникать под одеяло морозящим дуновением, чтобы напомнить наверняка, как легко прервать чужое дыхание своим безразличие и невмешательством. Здесь она не сможет сорвать строительство корабля недостаточным усердием, подставить герцога наивной глупостью или навредить всей крепости нехваткой ума. Здесь ей самое место.

[icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/350/264133.png[/icon]

+2

11

Над Фонтейном поднялось солнце — но не для жителей Меропида. Здесь лишь ярче сияли лампы, прогоняя сонный полумрак. Ризли выслушал Люку с непроницаемым лицом, затем кивнул — «можешь идти».

И — отсчитав десять секунд с момента, как остался один — со всей силы врезал кулаком в стену. Железные кольца впились в пальцы, усиливая боль. Отрезвляюще. То, что нужно.

Ярость любезно подвинулась, уступила место рассудку. Рассеянно слизнув капли крови, проступившие на сгибе пальцев, Ризли повторил про себя доклад стражника. Итак, им известно, что за коробкой пришёл один из общества «Берет», явно думая, что кристалл ещё там — и уволок её в неизвестном направлении. Что Теи нет ни в спальне, ни в лазарете, и с вечера её никто не видел. Что ни Дужье, ни большей части общества нигде не видно — лишь пара запуганных парней сомнамбулически перекладывают книги, создавая крайне неубедительную иллюзию полезной деятельности.

При мысли, что кристалл использовали на Тее, хотелось пробить в стене дыру до самого Первозданного Моря. Но — он закрыл глаза, успокаиваясь  — это удобнее делать головами виновных.

Щёлкнул чайник, сообщив о закипевшей воде. Ризли поставил четыре чашки, и холодно улыбнулся, когда Люка вернулся в кабинет — теперь с двумя из «Беретов», что всё утро копошились с книгами. Подчиняясь взгляду, стражник не грубо, но уверенно пихнул их ближе.

— Выпьем чаю и поговорим, — предложил герцог самым дружелюбным тоном, на который был сейчас способен.

***

Запугивать не было смысла — они и так дрожали от каждого шороха. Поэтому Ризли пообещал то единственное, что могло их успокоить. Безопасность. Он подробно рассказал, сколько охранников оставит в кабинете — самом защищённом месте крепости — чтобы они сторожили несчастных. Пообещал честью герцога, что не позволит снова случиться пыткам. Терпеливо влил в обоих по чашке чая с успокаивающими травами.

И наконец получил ответ.

Может, силой он добился бы своего быстрее — но ребятам и так хватало страданий.

А для кого-то страдания были лишь впереди.

***

На поиски настоящей базы «Беретов» с Ризли отправились двадцать охранников — но к заброшенному участку цеха он добрался лишь с пятью. Остальные взяли под стражу: своего начальника; всех, кто должен был патрулировать эту часть крепости; всех, кто пытался их остановить.

Этак ему скоро понадобится тюрьма побольше.

Чуть пригнувшись, герцог первый прошёл сквозь дренажную трубу. Шаги стражников гулким эхом раздавались позади. Пахло сыростью, под ногами врассыпную бросались ящерицы и лягушки. С потолка что-то капало на затылок, стекало по загривку, вызывая озноб. Неуютное место.

Многочисленные туннели сплетались, уводили в сторону, почти не давая подсказок. Ризли полагался лишь на чутьё: в одних коридорах воздух будто сгущался в плотную массу, мешая дышать — и их он обходил стороной, выбирая другие. Чувствовал себя поисковой собакой, идущей по следу из незаметных знаков. Отколотый камень. След ботинка на влажном мху. Едва ощутимое чувство чужого страха.

Как бы он ни был готов к любому подвоху, Ризли всё же вздрогнул, когда совсем рядом, у стены, что-то пошевелилось. Глаза, привыкшие к темноте, различили в нише стены, незамеченной раньше, массивную решётку. За ней, свернувшись, лежало тёмной массой… Большое животное? Человек?

Тихий стон из клетки подсказывал, что всё-таки человек.

Махнув рукой стражникам — «оставайтесь здесь» — герцог быстро прошёл вперёд, пересчитывая клетки. Их было не меньше десятка, за каждым — пленник. Они не отзывались на голос Ризли, не просили их выпустить, только всхлипывали порой.

Тея может быть здесь.

Ризли на пробу дёрнул решётку — заперто. Страх и ярость текли по венам, требуя вырвать металл из стены, но разумом он понимал: привлечёт слишком много шума. Нащупав замок, герцог пустил сквозь пальцы холод. Для него это были лишь едва покалывающие кожу морозные искры. Для металла — полная заморозка. Он снова рванул дверь на себя, и замок раскололся, открывая путь.

Ризли осторожно зашёл в клетку, уже понимая, что здесь — не Тея. С трудом узнал парня, который пил чай — а точнее, сидел перед кружкой, забывая, как дышать — ещё вчера в фальшивой квартире «Беретов». Теперь он выглядел хуже. Обречённость во впалых глазах сменилась ужасом, стоило герцогу осторожно коснуться плеча.

— Н-не трогай меня… Уходи! Он узнает! Я не хочу…

Ризли прошипел сквозь зубы слова, которых не следует знать герцогу. Он прошёл по коридору, разламывая замки, открывая каждую клетку. Они теряли время, и Дужье, быть может, уже готовился к встрече — но оставить их здесь взаперти Ризли не мог.

Открыв очередную дверь, он наконец узнал Тею в лежащей на полу фигуре. Каркнул хриплым, чужим голосом: «Она здесь. Мне нужно несколько минут. Следите за остальными, дайте знать, если что».

Неспешно, чтобы не напугать, Ризли опустился перед Теей. Мягко коснулся плеча, собрал разметавшиеся кудри, стараясь не тревожить иглу. Хотел притянуть девушку к себе, но передумал — никакого давления, подсказала ему интуиция — и просто сел ближе, едва касаясь, на расстоянии тепла.

— Тея?.. Я здесь. Всё закончилось.

Отредактировано Wriothesley (2023-12-09 13:02:03)

+1

12

[indent]Тёмная вода закрывается над Теа густой, липкой пеленой стыда. Она пытается подняться к поверхности, но чёрная жидкость, словно живая, сжимает её, тянет вниз, обхватывая лодыжки костлявыми пальцами худого, малодушного и честолюбивого бича. Каждый её вздох превращается в глухую муку, ведь вместо воздуха в лёгкие хлынул леденящий кумар самого подлого из предательств — веры своей своими же руками.

[indent]Теа, может, и пытается звать на помощь, но её голос тонет в беззвучии подводного мира — под-водного, не того, привычного, облачённого в сталь и труд, а глубокого и бескрайнего, без границ-этажей и шестерёнок всех правил, без понятного и смыслового, без единой капли о чувстве контроля. Теа остаётся одна со своими демонами, которые подстерегают её в этой чёрной бездне. Они шепчут ей о тех грехах, что она так и не смогла простить себе, о предательствах, облачая в пророческое сукно прегрешения каждую ошибку, каждый упущенный шанс, — но под водой судей нет, зачем, толщ воды надёжнее сдавливает грудь и выбивает все оправдания из лёгких.

[indent]Пальцами перебирать по ржавой пластине металла плюгавого мха комок, не расцарапать до крови, только ногти наобломать, но как же отчаянно мерзко собирается в слизь водянистая зелень, за такую не ухватиться, не подобрать точки опоры меж гладких от влаги ржавых плит.

[indent]Внутренняя борьба становится всё ожесточённее по мере того, как распалённое стыдом тело начинает жарить болезнью. Теа пытается отогнать от себя сквозящие, брезжащие тени, но они кажутся непобедимыми. Страх, что она никогда не сможет избавиться от чувства вины, что она навсегда останется пленницей своих ошибок, разъедает её изнутри. На утро нужно быть львом, но выходило только лишь розой, — бесполезной, что и цветок, скоротечной, быстроспелой, опадавшей при первом же несезоне и провале.

[indent]Отец цветов не любил, хоть и уважал выбор клиентов. Для своего дома он выбрал фруктовый сад: стоит круглый год, а к погоде приносит плоды, буквальные, собирай и готовь лимонад, собирай и готовь меренги.

[indent]Теа вспоминает лицо того, кто когда-то был для неё призмой, что преломляла весь свет и направляла по нужным лучам. Она отчётливо понимает, что предала его, предала свои обещания, и вот теперь эта призма вся испещрена, исколота и помутнела. Забыла про подводные коэффициенты, простые оптические законы, про плотность воды и уравнения проникновения света, — какова же тупица.

[indent]Если не справлюсь с расчётами скорости света в глубине своей совести, как смогу сохранить лицо перед монсеньорами и принести хоть какой-то толк?.. Абсолютный показатель преломления вещества, это же так просто, n равно C на V, где С — скорость света в вакууме, а V — скорость света в этом хладимом мраке. Согласно условиям задачи, коэффициент преломления света в воде — все мои сожаления в степени каждый из допущенных ошибок. Какое это число? Как мне убедиться, что коэффициент верен? Постойте, степень должна быть из несовершенного, всего упущенного, каждого из сожалений... Как мне записать, и где записать, и на чём записать, всё плывёт, всё плывёт, всё плывёт, всё н-е-и-с-ч-и-с-л-и-м-о.

[indent]Внезапно, в глубине этой мрачной пучины, Теа вдруг не видит никакого мерцания. Никакого тусклого света, который мог бы казаться невероятно ярким на фоне всепоглощающей тьмы. Ей бы, может, и захотелось к нему приблизиться, но вода становится разве что всё более тягучей, словно все мрачные нерешённые задачи, которые не давали ей двигаться вперёд. Пучина манит её, обещая избавление и покой. Сдаться так просто.

[indent]Чуда не происходит, — в Меропиде так не устроено, чтобы вдруг всё решалось само собой, а на труд усердный глубокий, самый сложный (над собой) никаких сил моральных. Только голос на фоне, звонче лязга проржавевших цепей, сильнее хвата измученного сова...

[indent]Что ещё за сов такой, подожди, теряю нить реальности? Разве не должно быть другое слово? Почему сокращаю, к чему так тянусь? Ах, кажется, стойкое отравляющее вещество, это похоже на логичный контекст. Да, всё верно, яд, — и раз он стойкий и отравляющий, будет ли он оставаться на коже, в воздухе, повсюду кругом опасным для тех, кто будет рядом? Неужели так всё закончится?

[indent]Всё закончится: звучит ещё раз, на десять чужих голосов и лишь один условно знакомый. Знакомый ли? В прямом смысле да, она его знает и может разобрать на оттенки, за год научилась и на полутона, как будто бы снова занималась сольфеджио. Где-то осторожность гармоничным аккордом встраивается в основной минор; шутливый мажор там, где позиция требует сгладить углы. Какие углы?.. Прямые, острые? Углы чего?.. Задача со звёздочкой на музыкальную гармонию геометрической формы Его Светлости... Не решить.

[indent]Подождите, Его Светлость?.. Откуда? Как? Тут же сов!

[indent]— ...не кончилось... — заключает Теа, наконец, вслух со всей возможной серьёзной невменяемостью, и её голос, скользкий, утекающий прочь, застревает между её руками и полом, — ...сов... Дужье... там... люди... пытки... скорее... я догоню...

[indent]Там — далее по коридору, откуда то и дело разносится удар молота о наковальню. Молота чужого нарциссического безумия — о наковальню податливой разъеденной воли людского бессилия перед своим нутром. В грохоте кузнечном не только звуки металла, гулкие, жёсткие, но ещё и жестокие плотские, от редкого выкрика, оборванно долетающего через не один поворот в лабиринте подземелья, от хлёсткого удара, от эха отделённых голосов.

[indent]Теа, возможно, и пытается встать, но тело, слабое и пока ещё не завершённое в своей физической форме, с трудом возвращается из пучин. Не было ни чуда, ни волшебного выныривания прочь от своих безобразных менж, а оттого сознание не помещает за пазуху, всё ещё растекается холодными каплями пота с вкраплением яд по металлическим плитам. За ажурным воротом белая от болезни шея вытягивается, но взгляд, дрожащий и рассеянный, едва находит картинки перед собой.

[indent]Всё неисчислимое по-прежнему плывёт, а язык заплетается. Стойкий отравляющий сон закончился; нестойкая отравленная реальность ничуть не приветливее для тягостной слабости. Теа едва-едва поднимается, руки дрожит, но нельзя упасть ещё ниже перед герцогом, — хотя, казалось бы, куда... На выбеленных жудой щеках налитый отравленным видом совсем нездоровый румянец; это же пылкая, чумная краснота в глазах, и взгляд, дрожащий, ищет чужой уверенности, потому что нужно цепляться за что-то.

[indent]— ...нельзя терять время... — слова путано улетают прочь с губ и повисают в холодном эхо несвязным логосом, — ...его даже не просчитать... Нужно остановить... Дужье...

[indent]На «месьё» в уравнении места не находится.

[icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/350/490771.png[/icon]

+1

13

Ризли решает идти один.

Стражники недовольны, но только Люка решается высказать общее «Ваша светлость, вы точно справитесь? Я в вас не сомневаюсь, но… Очень не хотелось бы видеть Дужье новым начальником тюрьмы». Герцог позволяет себе улыбку — «Это не так работает» — и избавляется от спутников чередой коротких указаний.

Люка — уводит Тею в лазарет, осторожно придерживая за локоть, и на ходу убеждает, что именно там она поможет герцогу больше всего, для неё есть большая-большая задача, с которой больше никто не справится.

Трое — приводят в чувство, насколько это возможно, других пленников, помогают им выбраться следом.

Один — мчится вперёд остальных, чтоб предупредить Сиджвин о скором нашествии в её мед.кабинет измученных людей с иглами в головах.

На этом стражники заканчиваются. Ризли ныряет в очередную трубу, следуя за приглушёнными голосами из туннелей.

Под ногами хрустит подмороженный мох. Здесь уже нет ни лягушек, ни летучих мышей, тропы, проторенные людьми, ведут глубже в переплетения коридоров. Пару загадок Ризли решает наспех, остальные механизмы, созданные запутать и задержать, просто проламывает насквозь. Это существенно ускоряет путь, а заодно помогает сбросить часть едкого желания убивать.

Которое вспыхивает с новой силой, когда туннель врастает хвостом в просторный зал. Перед Дужье сидят четверо, на коленях. Остальные стоят полукругом, нервно наблюдая. Похоже, здесь все «Беретовцы» — кроме тех, кого вытащили из клеток. Прекрасно, не нужно потом ловить их по всей крепости, заставляя лечиться.

— …Нарушили правила нашего общества! Пытались сбежать! — гневно ораторствует Дужье, сжимая в руках, скрытых перчатками, чёрный кристалл, — Хотели предупредить герцога. И я ещё раз повторяю для всех и каждого: герцог в курсе обо всём, и он на нашей стороне!

— А вот с этого места, пожалуйста, поподробней.

Ризли неспешно пересекает зал, словно рисуясь своим неминуемым приближением — но в действительности лишь даёт себе время, чтобы заметить детали. Жандарматонов, пока пассивно стоящих по углам, ожидающих приказа. Колонны, чтоб пленные прятались, пока герцог будет устраивать тут вакханалию недовольства. Расширенные зрачки Дужье, явно не ждавшего Ризли так скоро. Где-то ошибся в просчётах? Какая досада.

Он что-то лепечет о власти, которой у Ризли и так слишком много, о преступлениях и расплате. Герцогу это не интересно. Он отвечает лишь остальным, замеревшим в ужасе, не знающим, бежать или остаться.

— Я не был в курсе. И приношу свои извинения. В лазарете вас ждёт медсестра, чтобы извлечь иглы, там же вы сможете поесть. Слова о том, что вы заслужили это — полная чушь. За преступления вас сослали в Меропид, и теперь мне решать, что с вами делать. Моё решение таково: убирайтесь отсюда и бегом в лазарет.

Пленники переглядываются в нерешительности, и Ризли рявкает:

— Живо!

Этот язык им понятней, чем речи о правах и извинениях. Один за другим члены «Берета» отходят назад, за спину герцога, и пускаются наутёк. Остаются лишь четверо на коленях, и сам Дужье, отступающий с улыбкой.

— Ваша светлость, я слышал, вы получили это место и титул, устроив мятеж и прогнав предыдущего хозяина тюрьмы. Кто бы мог подумать, что история повторится, — он хрипло смеётся, и спиной утыкается в приборную панель, судорожно нажимает ряд кнопок, — Но я не буду марать руки лично. Для этого есть они.

Жандарматоны оживают. Они с неотвратимой неспешностью окружают Ризли, и он, если быть честным с собой, рад. Ярость требует выхода, и даже забей он Дужье до смерти — чего не было в планах — это не принесло бы настоящего облегчения.

Другое дело — механизмы, не чувствующие боли. Герцог и не помнит, как давно дрался в полную силу, не беспокоясь за чужие кости и жизни.

Он, не скрывая улыбку, активирует перчатки. И первым ныряет под руку жандарматона, чтобы ударить того со спины.

Проблема меков — в их неспешности. Они бестолково машут руками, задевая друг друга, смертельно опасные для человека удары проходят над головой Ризли, и там, где он был секунду назад. Воздух становится холоднее, под ногами дрожит корочка льда, и даже стены покрываются инеем. С громким хрустом замороженный металл разваливается на куски.

Врагов много, но ярости больше.

Очерчивая круг перчатками, герцог преграждает путь меков ледяными скалами, дозирует так врагов: не больше трёх на одного. Отходит назад, чтоб не споткнуться об осколки механизмов, валяющихся повсюду. Краем глаза замечает — те четверо наконец вышли из анабиоза, прячутся за колоннами, и Дужье где-то с ними.

Удар в корпус, подсечка, кулак опускается на затылок — и последний жандарматон падает у ног герцога, теряя по пути голову. Она катится по полу с хрустом, оставляя за собой растаявший ручеёк. Теплеет.

Ризли выпрямляется, тяжело дышит. Завтра тело будет ныть от непривычной нагрузки, пара пропущенных по касательной ударов напомнят о себе противными синяками. Но сейчас он доволен. Адреналин, утихая, сворачивается в крови привычным клубком. «Всё же приятно иногда не сдерживаться» — отмечает герцог про себя, и ищет глазами Дужье.

Улыбка пропадает с лица.

Дужье перепуган, на лице ссадина — видимо, прилетело какой-нибудь шестерёнкой, — но смотрит прямо и дерзко. За шкирку он держит пленника — кажется, его зовут Фейссоль?.. — и над головой уже занёс чёрный кристалл, угрожая вонзить его в иглу.

— Стой смирно! Ты же не позволишь ему страдать?

— Он и так уже страдает, — пожимает плечами Ризли, тем не менее, послушно замерев.

— Это мелочи по сравнению с тем, что он испытает, — Дужье нервно облизывается, — Если я вгоню всю жидкость одним махом. Вряд ли он останется в своём уме. Возьмёшь на себя ответственность?

— И ты говоришь со мной об ответственности, — герцог откровенно тянет время, заметив за спиной противника шевеление, — Ты подвёл доверие стольких людей, и ради чего? Ради власти? Думаешь, сможешь управлять крепостью лучше меня?

— Не строй из себя святого! Каждый знает, что крепость это золотая жила, и весь твой альтруизм лишь ради того, чтобы…

Не закончив свою — наверняка чрезвычайно ценную — мысль, Дужье бледнеет и оседает на пол, роняет кристалл. Светловолосая девушка, тяжело дыша, опускает камень, окрашенный кровью.

— Фейссоль! Ты в порядке?

— Всё хорошо, Авис. Он… Ничего не сделал.

Резко шагая вперёд — ребята вздрагивают — Ризли заводит руки Дужье за спину, скрепляет наручниками. Мельком осматривает его голову. Жить будет. Чёрный кристалл, обёрнутый платком, отправляется в его карман.

***

В лазарете шумно, и это радует Ризли. Он опасался увидеть лишь бледные тени, подобие людей. Но, отогревшись и поев, избавившись от игл в головах, пленники заметно повеселели. Конечно, до настоящего исцеления ещё далеко. Но они могут хотя бы поддержать друг друга.

Подавляя желание сразу проверить Тею — это наверняка заденет всех прочих, кто оказался здесь по его вине — герцог спрашивает каждого о самочувствии. Выслушивает истории, похожие друг на друга — о прекрасном на первый взгляд обществе «Берет», о Дужье, который казался таким хорошим, пока всё не обернулось ложью. Ризли не хватает за плечом Теи, чтоб попросить её делать заметки: о будущих проверках, о кристаллах, о психологической помощи для бывших пленников — и это напоминает, что он всё ещё не спросил, как она.

Сиджвин гонит пациентов в палаты — отдых и ещё раз отдых! — и герцог наконец находит взглядом Тею, садится на край её кровати.

В голове за право быть озвученными бьются встрёпанные мысли, но Ризли знает помощницу, и первым делом отчитывается:

— Мы вытащили всех. Дужье жив, но слегка ранен, он сейчас в карцере. Сиджвин осмотрит его позже. Иглы извлечены, и все в безопасности, — он молчит, собираясь с духом, — Как вы? И сможете ли вы меня простить?

Отредактировано Wriothesley (2023-12-19 14:57:04)

+1

14

[indent]Первым было: «Но Его Светлость!». Затем: «Там люди!». Уже потом: «Моя книга!». Только напоследок: «...и мой Глаз Бога!».

[indent]Но сопротивление было бесполезно; со всей форсирующей заботой Люка Теа сдаётся и прекращает жалкие попытки сколько даже не вырваться, а хотя бы выказать недовольство. То и дело оглядываясь, она позволяет увести себя прочь из подземелья. По мере того, как они поднимаются на этажи выше, в пространстве вокруг, — а следом и в лёгких, — появляется воздух. С тяжелеющей в конечностях истомой кровь вновь разгоняется в теле, а суетливая мысль выбирается совестливо из подсознания. Неудача. Система уравнений решения не имеет.

[indent]Одни стражи сопровождали длинные, шатающиеся тени заключённых. Они плыли по извилистой, сложной системе коридоров Меропида. Другие осторожно транспортировали носилки, на которых лежали истощённые болезнью тела. Стены лазарета, обшитые плотными листами металла, казались прибежищем спокойствия среди хаоса, но за тяжёлыми дверьми царила суматоха. Медсёстры в белоснежных фартуках, украшенных крестами и сердцами, суетились меж кроватей, разнося склянки с зельями и компрессы, впитавшие в себя эссенцию лечебных трав.

[indent]Как только люди с носилками переступали порог лазарета, мелюзины тут же подбегали, помогали осторожно перекладывать больных на постели, устланные белоснежными простынями, и принимались за свою тяжёлую, методичную работу без права на промедление, сомнение и испуг. В воздухе витали ароматы спирта и мирры, которые смешивались с запахом свежего льняного полотна, впитывающего кровь и пот. Свет ламп, наполненных тёплой Усией, омывал комнату мягким и успокаивающим сиянием.

[indent]Среди прочих медсестёр, разумеется, выделалась одна особенная —  Сигевин, чьи руки, как говорили, могли исцелить любого в этой крепости. Она опускала крохотные ладони на лбы, прощупывала запястья, вслушивалась в сердца, а затем точно выписывала микстуры и уход — лечебные капли живительной энергии падали на израненные тела, заживляя места уколов, промывая царапины, возвращая силу. Подобно капитану корабля во время шторма, она успевала раздавать указания медсёстрам, подключать к работе освободившихся стражников и вместе с этим заботиться о больных.

[indent]В этот раз, когда двери лазарета распахнулись, чтобы впустить новую партию больных, взгляд Сигевин встретился со взглядом другой сотрудницы крепости, чьё лицо не выражало ничего, кроме отчаянной тревоги. Сигевин только лишь кивнула Теа, словно передавая часть своей невидимой силы, и та, казалось, пусть едва, но выдохнула.

[indent]Сну Теа не сдалась. Хотя бы покою уступила нехотя. Она приняла лекарство. Она немного полежала. Села в постели, подмяла подушку и обняла, чтобы, частично спрятав лицо, наблюдать за происходящим в лазарете, не мешаясь медсёстрам. Она ни на секунду не могла закрыть своих глаз, словно там, под веками, ещё оставалась чёрная, тягучая субстанция, способная утопить жалкую иллюзию безопасности в тот же самый миг, как хоть капля попадёт на радужку дрожащего глаза. Моргала до слёз редко, с подкожным чувством, что миг тьмы — и мир кругом вновь рухнет в жуткое подсознательное подполье реальности.

[indent]Когда обильное питьё и тепло привели её в чувство, а тело не покидали лишь чувства разочарования в себе и периодической тошноты, Теа всё-таки поднялась на ноги. Она допытывала мелюзин — с чем помочь, что делать, а на все строжайшие рекомендации вернуться назад в постель уверяла, что чувствует себя много лучше, а уж приуроченная к какой-либо пользе точно мигом будет полностью восстановлена. В конце концов Сигевин уступила, но, разумеется, со своим умыслом, иначе не быть ей старшей сестрой: она, повторно осмотрев Теа, решила разрешить ей помочь с заполнением бумаг. Сигевин ясно понимала теперь природу недуга в Меропиде и самые страшные из его последствий, а потому рассудила, что за кабинетной работой болезная сможет отвлечься от тревоги, успокоиться, а уж под присмотром медсестёр ничего теперь не случится. Главное — пить побольше горячей воды...

[indent]Как сторговались — Теа осталась в постели, даром что с бумагами и карандашом. По-настоящему ответственного ей не поручили, но инвентарные расчёты заполнить дали вместе со всеми выписанными за неспокойный вечер рецептами. Так Теа и застал Ризли: та не сразу не заметила появление посетителя, слишком сфокусированная на закреплённом на планшете листе бумаги перед собой. Поэтому, когда она подняла взгляд, её как никогда бледное лицо казалось растерянным, и лишь через чуть неловкую паузу Теа отреагировала, отобразив у себя в голове то, что произнёс Ризли.

[indent] — Хвала Архонту, — выдохнула она и прижала ладонь с карандашом к тяжёлой от смутного сердца груди.

[indent]Ещё некоторое время она молчала, обдумывая подходящие слова. В этот момента она отвела взгляд, чтобы не столкнуть свою тревогу с беспокойством Ризли, — ни к чему хорошему и понятливому это привести никак не могло. Теа даже отложила планшет в сторону и положила ладони, сцепленные, на одеяло, и произнесла тихо, но на удивление спокойным и рассудительным тоном:

[indent]— Знаете, я и сама думала извиняться перед вами. Но затем я начала рассчитывать, что вы можете ответить, вопреки моим собственным сомнениям. Если я правильно полагаю, самым тяжёлым сейчас является вопрос «Что можно было сделать лучше или иначе, чтобы этого не допустить?»

[indent]Теа выдержала небольшую паузу, достаточную для того, чтобы, наконец, закрыть глаза, покрасневшие и опухшие. Долгожданный покой в темноте, статичной, пустой, условной — нужной, чтобы отдохнуть мыслям и взгляду.

[indent]— Дужье частично прав: в ваших руках сосредотачиваются все ресурсы и информация крепости, и помимо того, что это огромная ответственность, это ещё и источник огромных возможностей. Но он катастрофически недальновиден и узколоб в том, как этими возможностями распорядиться.

[indent]Последние слова Теа, нахмуренная, произнесла так возмущённо, а затем с наивно обиженной злобой сжала в ладонях одеяло и даже стукнула кулаками о свои ноги. Сердитая, она тяжело вздохнула, но продолжила уже собраннее:

[indent]— Ваша власть, помимо всего прочего, открывает возможности для других людей, а так же является источником вдохновения. Я выбрала вмешаться в дела этой группы по вашему примеру, хотя бездействие, очевидно, было проще и безопаснее. Жалею ли я о своём выборе? Нет. Откажусь ли я от следующей возможности принести пользу? Нет. Буду ли я бдительнее в следующий раз? Я постараюсь.

[indent]Она сделала то, что делала лучше всего: непонятный, необъятный поток собственных чувств и переживаний, слов и таких же неясных эмоций герцога, всё это разложила на воображаемой доске перед собой, отсортировала, привела в порядок, расписала в разные системы переменных и логически соединила между собой причинно-следственной связью сквозь события. Общее информационное поле и логика помогали выражать её собственные переживания, но, что самое главное, принять и оправдать другие, дать им смысл и доступный ответ. Система уравнений, наконец, была решена.

[indent]— Поэтому я не приму ваших извинений, потому что в них нет никакой необходимости. Надеюсь, вы позволите мне такую наглость, — Теа, наконец, обернулась на Ризли и виновато улыбнулась.

0

15

Ризли коротко сжал тонкие пальцы Теи, устало кивнул, принимая её решение.

Поймал — пусть не с первого раза — Сиджвин, чтоб узнать, нужна ли ей помощь.

Отправил помощника наверх за лекарствами. Меропиду ещё никогда не требовались сонные и успокаивающие травы в таком количестве.

Он делал, что нужно, но мыслями был далеко — в том самом «что можно было сделать лучше или иначе?».

Закончив с делами, он велел держать его в курсе любых изменений, и рухнул на диван в кабинете, для верности накрыв лицо какими-то отчётами. Не смотря на безумный день, которому предшествовала ночь без сна, тело не желало погружаться в дрёму ни на секунду.

Тревога сплеталась с отчаянием, и Ризли даже провёл ладонью по встрёпанным волосам, чтоб убедиться, не торчит ли из затылка игла. Мысли кружились, как коршуны:

«Почему никто не пришёл за помощью?».
«Почему мою стражу так легко подкупить?»
«В какой момент стало возможным то, что случилось?»

Раз за разом прокручивая в голове мрачные вопросы, Ризли смотрел будто со стороны, как с них осыпается конструктивная часть, превращая поиск причин и решений в откровенную безысходность.

«Потому что ты хреновый начальник»
«Кто угодно был бы лучше тебя. Может, даже Дужье. Иди открой дверь и выпусти его»

Поймав мысль за чёрный хвост, герцог приблизил её, пристально рассматривая. Определённо, именно это делало с ним — и всеми, кто попался в ловушку — чёрная жидкость из кристалла. Внушала вину за всё, что случилось — сейчас и 500 лет назад, за всё, что происходит в мире — и предлагала единственным выходом самоуничтожение.

«Мир станет лучше, если тебя не станет»

Всё вставало на свои места. Будь вера Ризли в собственное ничтожество по-настоящему крепка, он пришёл бы к Нёвиллету с просьбой освободить его от должности и искупать в Первозданном Море. У него есть ответственность за других — и её он постарался бы снять.

«Смотрите, месье, я медленно снимаю с себя ответственность…» — мелькнуло непрошенным коварством в голове, — «Нет, Ризли, не время, думай о деле»

Остальные, попавшие в ловушку Дужье, могли пропустить этот пункт и сразу погрузиться в мысли о недостойности. Они могли думать: кто я такой, весь нехороший, чтоб мне помогал герцог? Чтоб кто-нибудь мне помогал?

Играть на страхе и отчаянии — важный навык начальника тюрьмы, но эта игра была временной. Напугай, пригрози, напомни, что помощь не придёт — и получи ответы.

Дужье затянул игру и использовал в своих целях.

Что теперь?.. Ризли вздохнул, отставляя в сторону документы.

Как заплатку на дыре в штанах — рано или поздно развалится, но для начала и это неплохо — он решил использовать убеждение. Пусть каждый знает, что к герцогу можно прийти за помощью. Ничтожество ты или нет, подвергся насилию или спровоцировал его — тебя выслушают и напоят чаем, прежде чем впечатать носом в пол. Если ты заслужил, конечно.

Но в идеале тюрьме бы неплохо пересобрать личность преступника заново. Дать опоры, которых не было раньше; не только забрать возможность творить беспредел, но и обучить новому способу жить. И даже — иному взгляду на самого себя.

Как это сделать, Ризли пока не знал. Но был уверен, что придумает, если немного поспит.

Обречённость отступила — теперь у него был план. Поднявшись с дивана, он небрежно расправил воротник, и вернулся в лазарет, где, заполняя бумаги, сидела Теа. Выглядела она лучше, и это грело сонную душу.

— Давайте я научу вас драться? Чтоб, если что, вы дали подобным Дужье в глаз? — шепнул он на ухо, подкравшись со спины.

Отредактировано Wriothesley (2023-12-26 12:11:19)

0


Вы здесь » Genshin Impact: Tales of Teyvat » Архив » [1.05.501] Путь в клетку и обратно


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно