body { background:url(https://forumupload.ru/uploads/001b/f1/af/2/275096.jpg) fixed top center!important;background-size:cover!important;background-repeat:no-repeat; } body { background:url(https://forumupload.ru/uploads/001b/f1/af/2/326086.jpg) fixed top center!important;background-size:cover!important;background-repeat:no-repeat; } body { background:url(https://forumupload.ru/uploads/001b/f1/af/2/398389.jpg) fixed top center!important;background-size:cover!important;background-repeat:no-repeat; } body { background:url(https://forumupload.ru/uploads/001b/f1/af/2/194174.jpg) fixed top center!important;background-size:cover!important;background-repeat:no-repeat; } body { background:url(https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/4/657648.jpg) fixed top center!important;background-size:cover!important;background-repeat:no-repeat; }
Очень ждём в игру
«Сказания Тейвата» - это множество увлекательных сюжетных линий, в которых гармонично соседствуют дружеские чаепития, детективные расследования и динамичные сражения, определяющие судьбу регионов и даже богов. Присоединяйтесь и начните своё путешествие вместе с нами!

Genshin Impact: Tales of Teyvat

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Genshin Impact: Tales of Teyvat » Архив отыгранного » [20.02.501] Под фальшивыми звёздами


[20.02.501] Под фальшивыми звёздами

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

[html]
<!-- Добавь ep-body значение style="margin-left: 130px;" если используешь сообщение без профиля -->
<div class="ep-body" style="margin-left: 130px;">
  <div class="ep-textbox">
    <div class="ep-title">
      Под фальшивыми звёздами
    </div>
    <div class="ep-subtitle">
      <p><a href="https://genshintales.ru/profile.php?id=90" target="_blank">Итэр</a>, <a href="https://genshintales.ru/profile.php?id=271" target="_blank">Тарталья</a>,  позже - <a href="https://genshintales.ru/profile.php?id=310" target="_blank">Чжун Ли</a></p>
    </div>
    <div class="ep-description">
      Пока Ли Юэ пожирает пламя и смерть, из моря звезд на берег выброшен Кит. <br>Пройди его следами, <br>Звёздный Путник, и реши судьбу.
    </div>

    <div class="ep-buttons">
      <div class="ep-coord">
        20.02.501 - Ночь
        <br>Горы Ли Юэ
      </div>

      <div class="ep-tag">
        Без ограничений
      </div>
    </div>

  </div>
</div>

<link rel="stylesheet" href="https://forumstatic.ru/files/0014/98/d3/48798.css">
<!-- КАРТИНКА -->
<style>
  :root {
    /* ссылка на картинку */
    --epbgp: url("https://i.imgur.com/aEW6sX4.png");
    /* сдвиг изображения по горизонтали и вертикали */
    --eppos: 0% 0%;
  }
</style>
[/html]
[hideprofile]

[sign] [/sign]

Отредактировано Tartaglia (2023-09-13 21:20:50)

+3

2

Двое ангелов ушли. А были поданы словно на блюде - протяни руку и забери себе две жизни, в новый счет, в бесконечный список убитых тобой. Но Нечестивые глубины не отняли эти две жизни. Два клинка не нашли своей цели. Душу наполняет до краев отчаянная ярость и гнев, не утоленный голод пожирает сам себя, выедая неаккуратные куски. Слышится треск, внутри ломается на половинки мир. Половинки - еще раз, на четверти. И так треск за хрустом, пока сознание не топится в мелкой крошке. Но все резко затихает. Остается в мыслях чистейшая пустота. Вестник и Чтец ушли, а значит они встретятся в будущем. Главное не цель, главное - момент. Чайльд погнался за кровью и чуть сам себя не лишил сладости боя. Раз ангелы выжили, значит они точно еще встретятся. Скрестят оружия, закружатся в бешеном танце боя. Нечестивые глубины зарокотали в хриплом смехе. И тут же смолкли. Все внутри сжалось, будто ребра пронзали плоть тела.

Вокруг все еще бушевало пожарище. Вились языки яркого пламени, жадно пожирающие все. Сейчас можно было подумать, анализировать. Мимо пробежали хиличурлы, во вспышке прокрались маги. Они уходили - Тарталья их словно и не видел. В голове вился жужжащий расколотый рой, то и дело затихавший, оставляя в пустоте. Так длилось, пока мысли не стали подобны ярким стеклышкам, что формировались, блестели, а после ярко вспыхивали сотней осколков, растворяясь в глубинах разума. Сознание ускользало, Чайльд уже не чувствовал себя. Тело сжало инстинктами. Дышать было невозможно.

Беги. Беги. Беги. Беги. Б̶е̴г̶и̷.̴ ̶ Б̵̛̭Е̷̦̏Г̶̳̆И̶̩̐.̷̩̑

Противник покинул поле боя, а Чайльд должен отступить. Время героям сиять, принимать победу или её... останки. Тарталья получил желаемый бой, даже скрестил оружие с посланником Бездны, чьему стилю когда-то давно был обучен. Казалось бы этого должно хватить сполна, но нет. Было мало. Кит хотел пожрать уже сам себя от этого голода.
Среди запаха горящего окружения заплясал запах грозы - так резонировали Электро и Гидро, обернутые в звездный саван тонкой материи. Запах продержался еще какое-то время, несмотря на то, что яркая и резкая вспышка молнии на месте Предвестника давно рассыпалась. Остались лишь после него оборванные звезды, что таяли на земле, не принадлежа этой реальности.

Чайльд замер на скалах. Под его ногами была видна разбитая Золотая Палата. Взрыв задел даже стоящие здесь силы. Отрешенно Нечестивые Глубины взирали единственным глазом на здание и площадку. Остатки псов Бездны рвали собой пространство. Люди, добивающие их, обязательно выживут. О раненых позаботятся и побеспокоятся.
Сейчас Тарталья с трудом находил в себе силы, чтоб парить над землей. Взгляд мазнул свет путешественника. Даже в бойне, укрытый копотью и кровью, он сиял так же ярко. Раз он там - значит люди внизу точно в безопасности. Паймон привлечет внимание всех выживших сил и лекарей. Шумная парочка, тянущая и закручивающая вокруг себя события и внимание.
Король Демонов не задумывался, увидит кто его или нет из стоящих внизу. Для чужого глаза он непременно выглядит как враг, как самый настоящий злодей. Сил на новый рывок не было, но очередной приступ завывшего инстинкта заставил ускорить парение, то и дело отталкиваясь ногами. Пока сердце словно не было схвачено чьими-то когтями, напоминая о пределах и границах. Она была все ближе. Нет времени вальяжно прогуливаться. 

Дальше. Еще дальше! Чайльд не осознавал, что происходит, его захватила одна мысль, что билась в унисон с инстинктом. Отработанное годами, вложенное в голову еще тогда, в глубинах с изнанки этого мира. В такие моменты лишь её голос он слышал особенно четко. Ведь если он перестанет слушать этот голос - значит, Аякс мертв. Если всплывают на поверхность такие чувства - беги! Тебя не должны видеть! Не должны найти! Не сразу. Быстрее... Еще быстрее! Мир принадлежит сильным, но сила просит цену. И с того, кто сражается с богами, втаптывая их, спросят больше всего.

Одиннадцатый Предвестник рухнул на траву на каком-то холме. Ветки безлиственных крон деревьев укрыли бы его от неба, но он им был противен. Тарталья осознал себя в горизонтальном положении. Король Демонов все еще держал преобразованное тело. Боли не было. Мыслей не было. Ничего не было, он даже не слышал мир вокруг, лишь смутно видел очертания. Аякс видел... тысячи маленьких звезд там, далеко на куполе неба, несмотря на тяжелый дым, что застилал его. Судя по направлению, Гавань была... северо-восточнее. Может и просто восточнее. Пожарище было сильным. Белые искорки же над ним... этот небесный блеск, каким бы он там ни был, заставлял концентрироваться на себе. Это было все, что сейчас оставалось у Небесного кита, что изломал свою судьбу, вкусив звезды. Сосредоточься именно на этом блеске. Смотри.
Маска, что была его лицом, не ощущала ни ветра ни холода. Плащ, прижатый к траве, метался под ним, пока не раскинулся по полянке, вычерняя скудную зелень, выжимая по капле жизнь из окружения. Энтропия грозилась переиначить этот кусочек местности, выжирая её кусками. Может это будет лучший исход?
Чайльд моргнул. Нет, это лицо не могло моргать и не было ему это нужно. Скорее померкло сознание, опустошая мысли. Лишая памяти. Даруя мгновения забвения.
Звезды сдвинулись. Он не должен спать. Он не должен позволять сознанию уйти. Сконцентрируйся, сосредоточь свою волю. Аякс впился когтями в землю. Сколько он тут лежит?..

Звезды сдвинулись еще дальше. Адреналин, зажавший человеческое тело, стал отступать. Первое, что ощутил Чайльд - ветер. Холодный горный, с примесью моря - ветер, что нес в себе запах соли, гари и крови. Запах гнилья и страха. Закружилась голова, в глазах темнело. В глазах... Нечестивые Глубины истаяли, оставив юношеское тело, что не могло их больше держать. И так продержался дольше нужного. Главное, что он успел уйти от Золотой Палаты и всех, кто там был. Теперь же лежал он на выжженной земле, будто бы на собственной луже крови. Была ли кровь? Были ли раны? Была ли боль? 
Вместо шелеста, криков и чего-либо еще - звон в голове. Глаза так и не смогли пересчитать расплывшиеся звезды.

Не вырубись, чтоб тебя! Не смей спать! Нельзя! Дыши!

Он сделал вдох. Резкий, глубокий и жадный. Тело словно этого и ждало. Только вдох не прошел через легкие, затерялся и застрял в глотке. Лишенные света глаза расширились, впиваясь в залитое гарью дыма небо. Тело выгнуло. 

Больно. Больно. Больно. Больно. Б̴о̸л̴ь̵н̵о̶.̵ Б̸̤͊О̵̰̌Л̶̲̎Ь̵͈͒Н̶̳̃О̵̱͒.̵͙͗

Боль для Тартальи была напоминанием, что он еще живой. Всегда. Но сейчас он почувствовал себя не просто живым. Танцующий со смертью в вечном бою Аякс ощутил её вновь так близко. Он сам протянул ей руку, уверенно ведя новый круг их бешеного танца. Раз еще было больно - значит он в мире живых. Пока еще там, где ему бы хотелось быть. До одури больно, что хотелось кричать и рвать глотку, но вместо крика он смеялся. Не слыша свой голос, он оглушительно хохотал в небо, выстраивая в памяти кусочки произошедших событий. Но все забрало себе оглушающее пламя. Огонь. Как же он хотел утопить весь проклятый огонь в пучинах. Осколки мыслей вновь собирались во что-то осязаемое, выстраивалась картина. Кусочек за кусочком воспоминания клались в последовательность - и осыпались с новым приступом боли. Настоящее не закреплялось больше в его голове.

Смех перешел в хрип, но вскоре затих и он.

- Спасибо за такой танец, Принцесса. Оглушительный и великолепный. Но чего вы добивались? Он... он не выйдет на это приглашение, уж я то знаю, - это не было похоже на речь и даже на хрип или стон. Но складывались слова, словно осколки или ошметки чего-либо. Собеседников у Тартальи не было. Лишь равнодушный блеск холодных звезд.

Стало холоднее. Нужно было осмотреть себя, заставить сесть. Нет, так хорошо лежать и просто считать огоньки на небосводе. Считать... сколько он сосчитал? За сотню точно было уже. Или... три?.. Звезды сплющились в темноте. Такие маленькие расплывчатые искорки где-то там, далеко-далеко, что даже копье не долетит - проверял. Стрела? Быть может стрелой, да. Погасшие искорки резко вспыхнули.

Дыши. Дыши. ДЫШИ. ВСТАНЬ.

Он встал на ноги. Буквально вскочил, резко. Ударило в голову последствие такого действия, но Чайльд замер, запрокинув голову к небу. Было не просто больно. Ощущение, словно тело разрывало на мелкие части. Будто бы до Тартальи добрались гончие Разрыва. Он точно знал, что никто не укусил его. Он точно помнил. Памяти нельзя сейчас верить. Плечо кольнуло холодом. Точно, тот Вестник Бездны ранил его в плечо и не только. Они обменялись многими ударами, раня друг друга в сладостной схватке боя. Все порезы и ушибы ныли, но Чайльд почти этого не чувствовал мгновения назад. Мгновения? Он ощущал каждый осколок боли мышцами и костями - словно были они пронзенные иголками, миллиардами иголок застрявших в теле, а то и прошедших насквозь. Было мучительно больно, ощущения катились по всему телу. За каждую попытку думать - тупая боль в голове, что мешала мысли и разгоняла их. В таком состоянии он еще не был. Или был? Сложно было сказать. Потом он сообразит, что произошло, когда сможет думать. Сейчас  Чайльд не ощущает что способен хоть к каким-то попыткам выстраивать мысли - главное работают инстинкты. Ничего страшного. В агонии огня боли было сложно анализировать.

Так он и стоял, пытаясь вытерпеть, пережить. Потом он упадет. Рухнет на остатки травы, сев на колени. Будет терпеть, сжав зубы. Потом… потом было бы неплохо прийти в себя и пойти искать агентов Фатуи. Наверняка эти проныры уже носятся по всем окрестностям - собирают информацию, проверяют выживших. Быть может кто-то действительно и работает честно, потом эта информация в знак доброй воли ляжет в руки миллелитам. Быть может он найдет кого-то из своих ребят. Но сейчас это не то что должно его беспокоить. Сейчас нужно преодолеть это чувство, что заставляет забиться под стоящий рядом камень от боли, заставляет осознать свою слабость. Пока ты чувствуешь боль - ты живешь. Пока ты становишься сильнее - ты платишь болью. Он стал еще сильнее после этой ночи. Каждая смерть противника толкает ненасытного Кита вперед. Каждый шрам - ошибка, которую не допустит в следующий раз.

Не угасай, не смей!

Моргнул.

В этот раз звезды не сдвинулись, они утонули в темноте ушедшего сознания. Тарталья и правда осел наземь, опершись на камень, стоящий рядом. Было холодно. Было темно. Было больно. Он пытался в руках хоть как-то удержать клочки сознания, тяжело дыша.

[icon]https://i.imgur.com/hUp5IjH.png[/icon]

Отредактировано Tartaglia (2023-08-27 15:16:42)

+4

3

Бой был длинным и изматывающим. Всё тело протестовало против того, как Путешественник распоряжался им, раздавая приказы подоспевшим миллелитам и лекарям.

Те что не медики - что удивительно - пытались перечить, утверждая что Итэр, конечно, молодец, но распоряжаться ими могут лишь Воля небес и Цисин.

- Калека в отключке или спящая красавица? - Ядовито поинтересовался блондин, которому сейчас было абсолютно точно не до политеса.

Взгляд Паймон метался от военных к напарнику, малышка даже не знала что сказать, продолжая просто махать ладошками над бессознательным самураем.

Врачи оказались тоже не в настроении пререкаться и ринулись к раненным, чуть ли не на бегу начиная применять к ним свои умения.

- Мне плевать что там вы себе думаете, но немедленно - и если я говорю немедленно, то это не через неделю, не завтра и даже не через час, а сию секунду - начинайте эвакуацию в Нефритовый Дворец. Никто не должен видеть Волю Небес и Нефритовое равновесие в таком состоянии. Вам мало паники, как я погляжу? Хочется спровоцировать собственный народ на мародерство в такое время? Сил много, я посмотрю? - Шипел не хуже змеи Итэр, отчего миллелитам ничего не оставалось как сдаться под напором аргументов.

Слова Путешественника были не так уж и далеки от истины. После смерти Моракса и недавней битвы с Осиалом почти в самой Гавани, новое нападение было ужасным. Врачи молчали, только травы, припарки и какие-то снадобья мелькали из рук в руки. Если жители увидят своих главных защитников такими, беспорядков не избежать. Не все граждане законопослушны, а бедствия подобно этому всегда вытаскивает наружу всё самое худшее. Да и Путешественник, всё же, не последнее лицо для Ли Юэ.

- - Вы с нами? - Спросил тот что посмелее.

- Нет. Осмотрю местность. Вдруг ещё нужна помощь или остались недобитыми враги. - Отозвался блондин. - Паймон, проследи чтобы они не напортачили. Я скоро вернусь. - Не дав малышке начать спор, Итэр быстро побежал в сторону где видел подозрительно знакомый силуэт.

Всё болит. Он движется на одном лишь упрямстве, хотя пару раз чуть не соскользнул со скалы, взбираясь выше. Гавань окутана дымом и огнём и выглядит зловеще под этим звездным небом. Итэр старается поменьше смотреть в эту сторону, чтобы не начать сожалеть. Сейчас не время. Голову пеплом можно будет посыпать позже.

Юноша чувствует что взял след. Трава примята, кровь на темной зелени, небольшие темные прогалины, где земли касалась чужеродная энергия....

Фигура впереди и впрямь принадлежала тому, о ком подумал Итэр. Выглядел Тарталья ещё  хуже чем сам Путешественник и те, кто приняли бой у палаты. И не удивительно. Опять использовал свой дурацкий фокус. А ведь не вылечился нормально - вероятно - ещё после последнего.

- Чайлд! - Выкрикнул он, пролетая оставшееся расстояние уже на коленях. Кажется штаны такого обращения не оценили. Как и сами колени. Но блондин всерьёз волновался о трупном виде того, кто честно обещал врать ему ещё долгую и долгую жизнь.

Нет, Итэр злился на предвестника. И обижался. Но не хотел его смерти. Всё же, в какой-то степени, Чайлд был ему понятнее и как-то ближе всех остальных жителей Тейвата. Нет, с Паймон, конечно, не сравнится, но вот после неё....

Мало кто был столь откровенно честен в своей лжи, а в чем-то ещё оставался ребёнком. Итэр правда умел ценить подобное. Особенно когда столь близок к тому чтобы потерять это.

- Идиота кусок! Говорил же тебе не играть с этой дрянью. - Прорычал блондин, срывая с пояса рыжего его игрушку и швыряя её в мешок, откуда уже выуживал экспериментальное средство, которое подсунул ему травник Гуй, и которое Итэр должен был испытать ещё неделю назад, но так и не выбрал подопытного.- Глотай. Глотай, я сказал, придурок малолетний! - Заталкивая травы и порошок в горло Чайлда, Итэр со всевозможным рвением заливал эту непонятную - но очень хотелось надеяться что лечебную - смесь водой из фляги.

+3

4

Нависает златовласое лицо над ним, едва ли может опознать его угасающее сознание.
Пришла меня добить?..” - слова чуть не срываются с губ. Собственно лицо исказила усмешка: конечно, какова честь - сама Бездна вернулась довершить свое дело. Словно белый фарфор кожа, стекло глаз полное золота равнодушия. И тяжелый саван, который идет за ней, когда она шевелится. Мириады искр и безразличие тьмы. Эти ощущения душат. А нужно ли мертвецам дышать?   

Глаза резко широко раскрылись. Хорошо, что охладевшие губы едва шевелились - вместо стеклянных и безразличных глаз сосуда Бездны Тарталья видит полные осуждения и света глаза путешественника. Осознание цены ошибки лишает сил окончательно, но вот сам Итэр не дает и шанса провалиться в бездну забвения, вливая в него что-то, перетряхивая.
Горькое дерет горло, хочется зайтись кашлем, но заставляют проглотить. Что за варево в него впихивает путешественник рыжий и знать не хочет. Добьет - и благостно, боль уйдет.
После очередного глотка воды силой хватает руку парня и отводит от себя фляжку, наконец делая вдох и вытирая рот рукой. Словно горсть иголок проглотил.
- Товарищ, есть и более простые методы добить врага, но ты явно хочешь видеть мои мучения? И какое такое зло я тебе сотворил? Хотя нет, не говори, ха, - заходится то ли смехом, то кашлем Чайльд, пытаясь хоть как-то сесть, оперевшись о камень. Чудо, что не разбил о него голову. А ведь могли кончиться мучения. Не было бы ни боли, ни терзаний тела. Только свобода среди звёзд.

Горькое лекарство может быть и помогло, а может и нет - не было понятно. Все тело от малейшего движения продолжала пронизывать боль. Такое не заглушить и не вылечить. От этого нет средства, это просто плата за силу. Силу, что в этот раз еще и спасла жизнь. Хотя многие с ним не согласятся, учитывая как хочется свернуться на траве и не шевелиться. Один из таких не согласных сейчас прожигал его золотом глаз. Лучше бы ударил.

- Везет тебе видеть меня в таком состоянии. Специально ищешь? Завязывай с этим, встречи есть и с приятными обстоятельствами, - Чайльд улыбается. Сквозь силу, сквозь боль, но он должен улыбаться. Не просто это, когда Итэр то двоится, а то и троится на глазах. Была же одна близнец у него. И где малютка Паймон? Хотя, наверное и хорошо что нет её рядом. Причитания компаньона путешественника он бы уже не вынес, как и её мельтешения вокруг.

Сквозь боль прорывается колющее ощущение пустоты. Чего-то не хватает. Не очень важного, но ощущение целостности нет. Словно кусочек потерялся, а где теперь его найдешь в этих проклятых горах?
Хмурится Тарталья, усаживаясь лучше. Если замереть и стараться едва дышать - и не больно почти. Совсем не больно - убеждает себя в этом Чайльд. Просто заткнуться и терпеть нужно, а не улыбаться путешественнику как будто и не происходит ничего. 
- Ну-ну, товарищ. Живой я, не видишь? Целый даже. Руки и ноги на месте, даже голова на плечах осталась. И не из такого выкарабкивались, - вновь заходится кашлем, выдыхая натужно. Хлопает себя рукой, цепляется за собственный пояс, где ладонь холодит элементом гидро. Не откликается второе.
Вот надо было Итэру пойти за ним. И от раза к разу находит он его все в состоянии хуже. Шел бы ты, путешественник, сиять перед другими. Здесь, в захолустье второстепенных злодеев навряд ли кому-то нужен твой свет.
Тарталья смотрит на него, силиться и перебарывает себя.
- Лучше скажи, ты не видишь нигде здесь мой... - он ладонью показывает пальцами размер, в который легко встанет глаз Порчи. Не уж-то в полуобмороке не показалось и Итэр действительно забрал его себе? Бред какой-то.

[icon]https://i.imgur.com/hUp5IjH.png[/icon]

+4

5

- Давай-давай. Поговори мне ещё. - Рычит путешественник, нарезая обеспокоенные круг вокруг Тартальи. Его надо к лекарям. Но к каким? Кто в Ли Юэ достаточно добр чтобы протянуть руку Предвестнику? Да и как довести его до лекаря в таком состоянии? Самому? Но как оставить этого рыжего идиота одного? С него ведь станется ещё во что-нибудь вляпаться. Сяо? Что-то не было уверенности что адепт будет в восторге от его просьбы. И вот как быть?
Итэр ненавидел чувство беспомощности. Оно вызывало панику и невроз. А они, в свою очередь, могли стать причинами новых травм и увечий.

- Чтобы я перестал встречать тебя в таком состоянии, достаточно просто перестать играть с огнем, Чайлд. - Рыкнул блондин, сжимая кулаки покрепче. Нет, ей богу , если бы не опасения членонавредить рыжему так, что тот таки представится - итак душа еле в теле держится - он точно поставил бы Одиннадцатому еще пару синяков.- Ты мне, помнится, недавно дружбу обещал.... Опять брехал? На кой черт мне сдался мертвый друг? Предлагаешь поставить твой труп в Чайнике? Или сделать из тебя вторую ЦиЦи?

А Тарталье словно бы всё не почем. Словно не видит болезненной паники Итэра. Словно не он сам болезненно морщится, только в своём воспаленном мозгу представляя что ЭТО улыбка. Что блондин купится на его показное балагурство. Да, с памятью у Путешественника не очень, но даже он не сможет позабыть эффект от использования этой чудовищной формы. Его неделю потом кошмары мучали. А сегодня... Заметь его кто угодно кроме Итэра и Чайлда могли просто... Убить. А он переживает о своей глупой опасной игрушке. Ах да, он же и впрямь сорвал проклятое украшение с юноши.

- Не отдам. - Категорично заявляет блондин, скрещивая руки на груди.- А попытаешься встать и отобрать, нам даже драться не придется. Достаточно тебя просто пнуть. И не вводи меня в искушение. Я не потеряю друга из-за его идиотизма.

+4

6

Поднятая рука как-то и сама опускается. Тарталья смотрит на путешественника, а улыбка сползает с лица, трещат маски. Удобно за ними прятаться, но в чем-то блондин был прав. Достаточно быстро одиннадцатый мрачнеет.

Отобрал? Украл? Забрал?
Но тупит взгляд он не из-за потери глаза Порчи, а из-за самих слов. Итэр сам его другом признал. Оттого и давить из себя улыбку не хочется. Врать особо не хочется. Выдыхает Чайльд, морщась от нового приступа боли, смотря устало в золото глаз. Но все равно так и тянет усмехнуться. 

- Главное сам его особо не трогай. Ладно обычные люди, владельцы глаза Бога или такие, как я. Что будет с тобой от такого контакта - понятия не имею. А устраивать здесь испытательный полигон Доктора не очень-то хочется, - качает головой рыжий. Все же, несмотря на калибровку, глаз Порчи все равно мог оказать неизвестное воздействие на путешественника. Тот использовал силы элементов по странным обстоятельствам, которые не были ясны даже после нескольких стычек с ним. Но требовалось прояснить детали со стороны Тартальи. Тот сжал и разжал ладонь, проверяя свой самоконтроль.

- Глаз Порчи вредит мне не так и много, это больше знак, что я - Предвестник. То, что ты видел, Ненасытные глубины, это… - Тарталья опирается на камень, тихо шипя от боли и размещаясь так, чтоб не шевелиться. - Это техника. Я вроде не упоминал это. Или говорил? Не помню уже, но то, что ты видел, эти доспехи - моя особая техника. Не глаз Порчи. И я просто должен отточить её лучше, - юноша смотрит в сторону, на горящий Ли Юэ у горизонта.
- Я никому не рассказывал этой истории. Странное ощущение, ха-а.. Подростком я провалился в неведомую бездну. Сколько бы потом не искал туда дорогу обратно - так и не нашел. Там я обучился почти всему, чем владею. Меня воспитывала Наставница. Такая таинственная, не особо разговорчивая. Но она очень строгий учитель. В следующий раз я заставлю её использовать обе руки в бою со мной, - коснувшись воспоминаний о Скирк Чайльд как-то и меняется в лице. Три месяца обернулись тремя днями, но разделили жизнь Аякса на до и после. Рукой он проводит по волосам, убирая их с лица. Откидывает голову назад, зажмурившись.
- Так что могу и глаз Бога отдать тебе. Со мной все еще останется эта сила. Когда ищешь вызова в каждом дне, чтоб стать сильнее, можно отбросить все. А я обязан стать сильнее.

Звезды над ними частично закрыты густым вязким дымом. Это создает провалы в небе, темнее самой небесной черноты. Невольно мыслями он проваливается в прошлое, вновь заглядывает в глаза “нечто” неосознанно. Внутри что-то противно зашевелилось, словно заскрежетало. Судорожно и долго выдыхает рыжий, переживая новый приступ боли, что вонзается подобно десятку монстров. Впиваются клыки-иглы, терзают тело физически.
- Тот мальчишка вроде живой. Те, кто одарены пиро - горят ярко во всех смыслах. Не думал, что пострадаю от пробуждения чьего-то глаза Бога, - тихо смеется, тут же зашипев. - Но там взрывчатки у чурлов было - чтоб сразу часть гор взорвать будто.

[icon]https://i.imgur.com/hUp5IjH.png[/icon]

+4

7

Итэр слушает внимательно, не перебивая. В какой-то момент даже опускается на траву рядом. Ноги уже не держат его вертикально. То ли адреналин от схватки прошел, то ли рассказ Чайлда выбил у него почву под ногами... Сейчас разве разберешь? Столько всего ему принесла эта ночь и отнюдь не радостного.

И тело, в кои-то веке, было в полной гармонии с душой - болели они одинаково сильно. Хотелось заползти под какой-нибудь камень и там и остаться. А не думать о событиях сегодняшних и не только. И не пытаться спасти всех и вся. Особенно того кто так страстно рвется на тот свет, явно не собираясь зарывать это дар от Бездны, а наоборот. Стило только подпустить кого-то к себе ближе и он уже фактически ходячий труп. Может пора было задуматься, а не он ли делает своих близких несчастными? Хотя Тарталья упал в Бездну до его появления в Тейвате... Но теория всё же стоила обдумывания.

А ещё надо решить что-то с лечением, но Путешественник совершенно не мог придумать как быть. Искать фатуи чтобы те спасали своего начальника?Была ещё какая-то более светлая мысль, но блондин пока никак не мог ухватить её.

- И тебя это устраивает? - Спросил он рыжего, не поднимая взгляда от травы. Итэр не даст ему сменить тему так легко. Семейное упрямство требует того, чтобы довести разговор до конца. Чтобы прояснить всё и сразу. Даже если им обоим это неприятно.- Такая вот жизнь. Вечная схватка. Поиск боя. Хождение по острию каждый день. Смерть идущая по пятам.

+3

8

Больше не мельтешит путешественник, усевшись неподалеку. Легче так смотреть на него краем глаза. Даже в таком состоянии всем телом ощущает Тарталья каждое движение. Пусть и когда он осторожно делает медленный, глубокий вдох боль откидывает на край сознания. Хочется свернуться клубком прям где сидит. Ни шевелиться, ни дышать, ни жить. Умереть на несколько часов, пока приступ боли не уйдет. Потом, когда станет легче, тогда он выдохнет спокойнее. Станет же. Станет. Всегда было так.

Мертвая синева глаз сталкивается с упрямым золотом напротив. Не дает избежать темы. Такой славный бой был, а ты все о ранах - так и говорит взгляд Предвестника. Даже как-то и стыдно перед Итэром. Что боевой товарищ там себе надумал? Или... не привык терять кого-то? Чуть склоняет рыжую голову к плечу Чайльд, разглядывая путешественника. Вот как. Может понять его чувства, прекрасно может. По крайней мере знавал таких людей.

- Защита семьи. Интересные знакомства. Новые впечатления, - парирует он, выскребая силы на нормальную, даже искреннюю, улыбку. - Бой не только про сражение и смерть, хотя этого не отнять. Прежде всего так ты лучше можешь узнать людей, проверить и испытать свои силы. Такая у меня работа, быть старшим братом и Предвестником Фатуи. Соглашусь, вторая часть этой работы та еще яма. Знаешь… - улыбка становится безумно-хищной. - Если бы были в тебе амбиции, мы бы вдвоем точно... Хотя, ты и один наверняка справишься.
Глухо смеется, роняя голову вниз.

Не спать! Не смей!
Словно сам себя за волосы поднимает, ощущает затылком когти Глубин, резко и надрывно выдыхая. Перед глазами мелькает лицо того парнишки, что он чуть не забил насмерть в первые недели возвращения из Бездны. Это ощущение не понять никому, да он и сам его понимал плохо. А потом идет целая вереница вспышек-эмоций, которые погружают все глубже, заталкивают все дальше на дно. Еще есть куда падать. Еще есть какие цепи тащить за собой. 

- Не важна победа или поражение. Важен процесс. Я должен становиться сильнее, и самый верный способ - постоянная тренировка. И нет, постой, постой! Отдыхать я тоже умею. Между прочим я три дня назад вернулся из Снежной! - и тихое шипение досады. - Подарки… чурлы, с собой не захватил, прости. Передам на следующем ужине. Тевкр там про тебя столько историй уже нарассказывал. Ждут в гости легендарного путешественника и его серебристую сударыню-компаньона всей компанией. Станешь известнее меня - точно ревновать буду.
Приопускает он плечи, ощущая как накатывает холодная слабость. Руку вытягивает в сторону Итэра. Кисть чуть дрогнула, но в целом раскрытая вверх ладонь держится твердо.
- Дай мне его. Хоть прижгу. Шрамом больше, шрамом меньше. 

[icon]https://i.imgur.com/hUp5IjH.png[/icon]

Отредактировано Tartaglia (2023-09-07 10:08:09)

+3

9

Итэр смотрит и слушает внимательно. Словно бы та капля искренности, которую он усмотрел в словах и улыбке Тартальи, для него достаточно чтобы понять что движет рыжим фатуи. И не то чтобы слова совсем не находили отклика в сердце звездного странника. Семья была бесценна и для него. Но высказать понимание сейчас, значит практически оказать поддержку в том, что Чайлд всё дальше и дальше будет испытывать Судьбу, проверяя на прочность как далеко он сможет зайти. А Судьба, как блондин неоднократно убеждался, очень не любит когда кто-то её испытывает. Тарталья же абсолютно не знает когда следует остановиться. Когда храбрость превращается в неоправданное безрассудство. Когда вместо благодарности от семьи можно.... Нет. Не сейчас.

Подарки? Только самый лучший продавец игрушек из Снежной, в такой ситуации может думать о подарках. Если бы Предвестник не выглядел так, будто любой чих может его добить, Итэр точно приложил бы его кулаком по голове. И снова он о своей холодной игрушке.

- Не дам. - Отрезал блондин. По-детски, конечно, но для этого ответа была причина куда большая чем упрямство.- В таком состоянии пользоваться ещё и этим... Нет.

Путешественник покачал головой и даже чуть нахмурился для убедительности.

- Это хорошо что ты упомянул брата. Тевкр же был бы так счастлив увидеть тебя таким. Или не увидеть, но узнать что его любимый брат, умер в далекой стране, потому что не знал когда нужно остановиться с экспериментами. Раз уж эта отвратная штука не вредит тебе, то у тебя целых два источника силы. И ты мог бы остановиться на них. Тренироваться с ними. Оттачивать мастерство. И не превращать себя в живой труп. Защита должна строиться на том, что ты сможешь прийти после к семье и обнять их. Убедиться что с ними всё хорошо и ты выполнил свою задачу на все 100%. То что ты делаешь это попытки самоубийства. - Отозвался Итэр, не сводя глаз с Тартальи.- Тебя это устраивает, я понял. А остальных? Меня, очевидно, нет. Но на моё мнение по этому вопросу ты, также очевидно, плевал с высокой колокольни. Но что бы сказали твои родные? Что сказал бы Чжун Ли?

Кстати, вот эта светлая мысль что крутилась в голове и не устаканивалась. Моракс же явно как-то связан с Чайлдом. Во все хитросплетения их взаимоотношений Итэр пока не проник, да и особо не стремился. Но для Чайлда новоиспеченный консультант был явно не последней персоной. Может для бывшего Архонта тоже? Но как с ним связаться? Придет ли он также как Сяо? Ну, других гениальных озарений у него нет, поэтому....

- ЧЖУУУУУУУУУУН ЛИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИ!!! - Набрав в легкие побольше воздуха, позвал он.

+5

10

На отказ пальцы едва вздрагивают и сжимают воздух. Улыбается без грусти в глазах Тарталья, положив руку на раненое плечо и прикидывая, сможет ли удержать в таком состоянии водяное лезвие до момента, пока доберется к ближайшему лекарю или врачу. Мысли путались. 
То, как Итэр волнуется по-эгоистичному приятно. Даже если проклинает и отчитывает. От его замечаний лишь улыбается сильнее. Вот потому-то Тарталья и уходит от людей, чтоб его не видели в таком состоянии. Когда Предвестник ранен он должен оставаться стойким примером своим людям. Какой из него пример сейчас? Когда ему просто хочется лечь на пожухлую траву и не шевелиться. Зато, он был жив. Не хотелось думать, что было бы, если бы не Нечестивые Глубины. Вот там уже точно так отчитывать путешественник не смог бы. Некого было бы. Но не скажешь же, что могло быть хуже - для всего всегда можно найти вариант лучше, менее опасный. Не подвергаться опасности изначально. Наверное этой формулировке Чайльд и не понимал, ведь он не подвергся опасности. Совершенно. А держать меч в ножнах и не использовать его только заставит оружие заржаветь. Ржаветь Тарталья и не думал. Это была гонка за силой.   

Разговор о семье вызывает теплые чувства, что уносят на грань между сном и бодрствованием опасно и окончательно. Только на прошлой неделе возился с ними радостно в снегу, пил горячий чай из тяжелого самовара и обсуждал приключения. Это кажется иной жизнью, такой зыбкой, такой легко разрушаемой. Потому так ретиво и оберегаемой. А ведь умереть героем для младших было бы не так уж и плохо. Главное, чтоб Тарталья остался хоть в каком-то смысле хорошим парнем, которым не был. Злодеи не заслуживают хороших концовок, и Аякс это прекрасно знает.

- Эй, Итэр, да кто же знал что я отхвачу в этот раз так. Бой он такой непридска… - путешественник не Паймон, перебить можно попробовать, но блондин успевает закончить мысль до того, как Чайльд прервал бы его. Рыжий затихает. Даже на губах замерла полуулыбка, пока взгляд уходит куда-то сквозь путешественника.
Если бы не маг Бездны, по прибытию Тарталья точно бы пошел сразу в бюро ритуальных услуг. Или в “Три чашки”.  Куда-то, где смог бы сразу настигнуть его.
Чайльд соврет, если скажет, что не скучает. Соврет, если скажет что не знал, где встретиться. Главный лжец, что ненавидит ложь.

Думать что ответить путешественнику одиннадцатый просто не успевает - смотрит на Итэра, кричащего в небо. Вот так просто? Неожиданный звонкий крик оглушил, отгоняя все посторонние мысли. После того взрыва он как-то эхом и в голове еще проносится. Сам поднимает взгляд на звезды Чайльд. Казалось, внутри сжимают всё когти совести, но нет.
- Интересный способ молиться и взывать к архонту, - Тарталья тихо смеется, пусть это и отдает куда-то под ребра. А сам опускает взгляд. Тянется к тому, что было на сердце.
- Никогда не умел высказывать почтение и доносить мысли богам. Проще получить аудиенцию, чем, - неопределенный жест не раненной рукой в воздухе. Выдыхает рыжий в сторону, стараясь не концентрироваться на боли от каждого случайного движения.
- Эй, господин. Ты же в порядке? Я знаю, знаю это, - едва слышно шепчет Тарталья куда-то в сторону, стараясь уловить это золотистое тепло. Иногда только оно и удерживало у края пропасти, куда он вот-вот да свалится. - Итэр шуму тут подымет, если ты не придешь. А, и я… Кажется, я перестарался в этот раз, ха? О, Царица, что я несу.
Тарталья обреченно качает головой, закрывая лицо ладонью, продолжая посмеиваться и едва вздрагивать от боли.

[icon]https://i.imgur.com/hUp5IjH.png[/icon]

+5

11

Интересный? Ну какой есть. Другого он не знает, если честно. Архонты всегда являлись к нему сами, при том незванными. И раскрывались перед ним когда сами того желали. Кто с запросом на помощь, кто с тем чтобы выставить его идиотом. Но всё же сами.

- ЧЖУУУУУУН ЛИИИИИИИИ!

Сяо рассказывал как можно позвать его в случае необходимости. Кричать не обязательно, обычно это Паймон среди них тот кто начинает оглашать своим звонким голосом округу. Итэр из тех кто зовет негромко. На грани слышимости, словно боясь побеспокоить.

- ЧЖУУУУУУН ЛИИИИИИИИ!

Просто повод сегодня дурной. И беспокоит его. А Паймон рядом нет. Вот и приходится напрягать голосовые связки чтобы позвать геоархонта. Можно попробовать поорать имя Венти, но придет ли тот не в свой регион? И станет ли помогать Фатуи? От Моракса хоть можно ожидать поддержки. Хотя бы в вопросе лечения.

- ЧЖУУУУУУУУУУУУУН ЛИИИИИИИИИИ...

Тарталья что-то негромко шепчет и уставшему, избитому и паникующему Итэру, видевшему сегодня столько горя и собравшему немало близких смертельных звоночков, это кажется предзнаменованием горячки и бреда. Слова не расслышать изза шума и звона в ушах. Он роется в сумке, извлекая оттуда прихваченную с ночевки в рыбацком доме бутылку со спиртным. Он честно хотел отдать её кому-нибудь, поддерживая легенду "маленького" путешественника, но сейчас ему вспомнились давние уроки придворных лекарей о том как использовать алкоголь при ранениях.

- ЧЖУУУУУН ЛИИИИИИ!!! -

Кажется он орет прямо в лицо обалдевшему Чайлду, но за назревающим слезоразливом - он живой человек, в конце концов - плохо видит. А уж когда блондин в панике выливает едва ли не всю бутылку на те раны которые видит, Предвестник и вовсе шипит что-то, что явно не похоже на благодарность.

- ЧЖУУУУН ЛИИИИИИ!!!

Как заведенная пластинка кричит он, практически срывая горло и заходясь кашлем рядом с Тартальей. Если Моракс не отзовется и сейчас, придется звать Сяо и угрозами, шантажом и подкупом искать тому лекаря.

- Чжуууун Лиииииии.....

+4

12

То, как дерет глотку Итэр, продолжая взывать к мертвому богу, рыжего погружает дальше на тонкое лезвие между реальностью и сном. Сам Чайльд только и может что тянуться своим существом за золотым светом, что мелькает малой искрой где-то в глубине мертвых синих глазах, отражаясь от чего-то.  Запрокинув голову, он старается вновь пересчитать звезды за облаками гари, но обнаруживает, что все плывет. Смеха больше нет, только кривая улыбка. И не из таких передряг выбирался. Просто надо закрыть глаза и дать телу и разуму отдых. Когда уйдет боль от Нечестивых Глубин станет легче. Можно будет это перешагнуть и идти дальше. Останавливаться нельзя. 

Но провалиться в забытье не дают. Путешественник кричит в этот раз прямо ему в лицо, отчего Тарталья болезненно хмурится и отворачивается. Слишком волнуется за него герой двух регионов. Как тут спокойно закрыть глаза и отпустить сознание? 

- Если ты думаешь, что он через меня тебя точно услышит - это так не работает. Так. Стой, что ты… Товар-рищ, чтоб тебя, а! Дай сюда! - лучше бы миллелиты насадили его на копья, чем Чайльд сейчас дергался в принципе. Раненое плечо обдает резкой болью, сопровождается это еще и характерным запахом алкоголя. Сейчас думать о том, откуда взялась бутылка с ними здесь, да еще и в руках путешественника, времени нет. Да и то, что блондинчик не просто сбежавший из дому подросток с мечом наперевес и так было понятно. Приходится отбирать бутылку у Итэра, и в этот момент Предвестник видит его глаза. Вроде и не обманывает, и не юлит, а мелькает легкая досада. Ставя бутылку на землю ненадолго, он треплет здоровой рукой затылок парнишки. Рука при том не дрогнет даже, силы и не думали оставлять Предвестника. Дай отдых и можно устроить еще один реванш, будто говорит своим видом одиннадцатый.
- Это пустяк, ты словно раненых не видел. Сам же меня отделывал, на мне все заживает быстро, - приходится продолжать улыбаться. Он и правда же в порядке. Рассеянный взгляд возвращается к бутылке. Впрочем, чего нет? Окромя полевой обработки, он еще и в себя пару глотков делает. Обычно это может дать эффект, но не в его случае.
Выдыхая, Чайльд выругался так, как могу выругаться только прошедший военную подготовку Снежной человек. Не сдерживаясь. Совсем не достойное рыцаря поведение. Сейчас не то место, чтоб думать о воспитании, образе - все уже было испорчено, а прямо перед ним едва сдерживающий слезы и сорвавший горло путешественник. Чудная ситуация.

Алголь дал возможность отделить мысли от массы боли, которую представляло сейчас из себя тело Тартальи. Хмурится рыжий, оглядывая рану на плече да тут же усмехается. Весь рукав был черным в ночной темноте аж до перчатки. И правда бы прижечь, да спорить с путешественником и отбирать у него глаз Порчи сейчас не хотелось. Приходилось экстренно думать, что делать, пока вырванное сознание было на это еще способно.
- Надо было одевать черное. Практичнее, - отшучивается рыжий, стараясь не думать как его будут отчитывать медики и сколько будет шрамов. Славный был бой. Очень славный.   

[icon]https://i.imgur.com/hUp5IjH.png[/icon]

+3

13

Бескрайнее полотно ночного неба скрывалось за змеящимися клубами дыма, вздымавшимися тёмными мордами в самую ввысь, будто пытаясь в порыве бескрайней жадности дотянуться бесплотными клыками до россыпи безучастно холодных звёзд.

Ночь не была тиха и не стремилась к тишине. Полнился воздух криками и мольбами тех, кто отчаянно жаждал помощи, но не все из них могли достигнуть чужих ушей. Тихие голоса робко взывали к почившему богу, будто бог этот мог восстать из мёртвых, лишь бы спасти свой народ.

Чжун Ли мог лишь молча взирать на представшую перед глазами картину, вдыхая полной грудью прохладный воздух. Ему ли не знать, что всех не спасти - будь ты воспетым героем из легенд или живым богом. Для подобного чуда требовалось много сил - слишком много для одного существа. Но что касается нескольких? Пусть и любил он Гавань, пусть терзал душу открывшийся вид, но следом приходило мягко разливающееся успокоение - они справятся. Не сломятся, встретившись с угрозой, не сдадутся, сложив руки и приняв судьбу в молчаливом смирении проигравших. На стороне Ли Юэ было достаточно ярких и самоотверженных личностей. А что до Гавани... её всегда можно было отстроить потом.

Но беспокойным камнем на сердце обернулся открывшийся перед ним вид - как и недавний разговор с терпким привкусом чайных трав. Была ещё одна причина для волнений, заставлявшая брови невольно хмуриться, поселяя на лице непрошенные эмоции. Вернее - несколько причин. И обе из них сейчас служили тем ещё источником головной боли.

Он явился тихо, будто и всегда был рядом - среди раскидистых деревьев и развалившихся камней подобно органичному элементу местного экстерьера. Спокойным взором янтарных глаз скользнул по двум фигурам, что взывали к нему - не Мораксу, но Чжун Ли. Сердце предательски дрогнуло, узрев чужую кровь.
Действительно, нельзя было спасти всех... потому что у Чжун Ли были те, кому он желал помочь в первую очередь. И, как простой смертный, ныне он имел на это право.

- Поберегите силы для более важных вещей. - Вместо приветствия мягким голосом возвестил он о своём присутствии, будто пытаясь успокоить тех, кто отдал столько сил на борьбу. Вопреки каменной маске, что почти граничила выражением своим с безразличием, сам консультант уже бегло оглядел израненных воинов, впрочем, взглядом своим невольно сторонился задерживаться на златовласом юноше, словно избегая собственных тяжелых мыслей. Вот так сначала увидеться с ней, и сразу же следом с ним - судьба действительно плела любопытные интриги. К счастью, едва ли это выглядело подозрительным при наличии одного синеглазого безумца, так и не научившегося знать меру. Безумца, что, приблизившись к границе, которую нельзя было преступать, отчего-то беспокоился о нём самом, пытаясь за шутками скрыть своё собственное состояние. Перестарался - слишком мягкое слово. - Полагаю, вы позвали меня не для того, чтобы проконсультироваться насчёт особенностей некоторых традиций Ли Юэ. - Конечно нет. Ведь он не мог не понимать всю серьёзность ситуации. Но, кто знает, может столь простая фраза сможет скинуть хоть часть повисшего в воздухе напряжения.

Чужая боль доносилась словно из-под толщи непроглядных вод, но в тоже время ощущалась столь отчётливо, будто своя собственная.

Бывшее оружие, что умело лишь убивать, вряд ли таило в себе нераскрытый талант лекаря - это златовласый путешественник должен был осознавать даже без своей серебристой спутницы, чьё отсутствие сейчас воспринималось с облегчением. Будь она здесь - паника могла бы слишком глубоко вонзиться в разум отравленными иглами, заставляя принимать поспешные и оттого неверные решения. Но было ли ошибкой позвать его сейчас?
Нет, не было. Будь здесь кто угодно на его месте - протянул бы он руку тому, чья дурная слава давно распростёрлась за границы далёкого родного края?
И всё же кое-что он мог сделать даже сейчас - и с изящным взмахом руки в воздухе замерцала россыпь золотистых искр, окутывая поверженного Предвестника тёплым коконом спасительного щита. Этого было мало - но достаточно, чтобы тот не смел окончательно нырнуть в беспроглядную тьму.

Чжун Ли держался учтиво, отчасти холодно, будто боялся проявить больше эмоций, чем нужно, но едва скрывал плящущее в янтаре глаз переживание с безмолвным посылом, что так и не сорвался с губ. И всё же он надеялся, что слова эти доберутся до адресата - не важно, кратким взором или потеплевшим ощущением в груди. Должны были добраться.

«Всё хорошо. Я рядом.»

[icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/310/397520.png[/icon]

Отредактировано Zhongli (2023-10-03 18:11:06)

+5

14

- Это пустяк, ты словно раненых не видел. - Голос безнадежно сорван, поэтому остается только слушать что говорит Чайлд и радоваться тому, что Сяо придет и на хрип, если понадобится.

Раненых? Видел. Других. Абстрактных раненных. Их ему тоже было жалко, но с этими раненными обычно уже или занимались лекари или они были окружены теми, кто знал что делать. Итэр не знал. Едва ли не весь Тейват был свято уверен что Путешественник решит любую проблему - но он не мог. Он просто действовал как умел и надеялся что не делает хуже.

Вот забота о раненных, к примеру, была вне его компетенции. У них были уроки, они с Люмин даже тренировались иногда. Но у Итэра всегда получалось не очень. Особенно когда в роли раненного выступал кто-то знакомый. Кто-то, к кому он не мог относиться хорошо в силу различных обстоятельств, но и плохо относиться тоже было неправильно.
- Сам же меня отделывал, на мне все заживает быстро, - продолжает Тарталья, а Путешественник лишь смотрит на него не скрывая в золоте глаз своей усталости.
Отделывал. Даже не в полную силу. Если бы хотел убить, то мог бы и сделал это без игр с будущим трупом. Жестокость ещё не завладела его сердцем настолько, чтобы забыть уроки Мастера Меча.

И нет, не быстро. Хотя на памятной встрече с Синьорой Чайлд и выглядел вполне бодро и словно даже и не пострадавшим, но история с Тевкром была немногим позже и там Предвестник уже не был так бодр.

В воздухе появился знакомый запах, присущий лишь одному - ныне- человеку. Слишком много времени в своё время провел с ним Итэр, чтобы сейчас не признать нового участника их постановки. Юноша прекрасно понимал что звал не лекаря, но разбирался же он в травах в конце концов. Может знает какую надо дать пожевать чтобы хотя бы немного помочь с ранами? Да и Сяо в его присутствии вряд ли решится послать Путешественника с его просьбой помочь фатуи. Адепты, конечно, вроде уверены что Властелин Камня мертв, но врядли не признают его если увидят. А на конспирацию Чжун Ли блондину было откровенно наплевать сейчас. Жизнь Чайлда была важнее. Почему, об этом Итэр подумает позже, когда будет время и спокойствие подумать.

Пока что он отпрянул от Предвестника и напряжённо наблюдал за тем, что предпримет бывший архонт. Следя за каждым жестом и движением, позабыв что когда-то давно его просили так не делать. Что-то царапнуло внутри, словно привлекая внимание, буквально требуя чтобы юноша заметил и запомнил это что-то. Правда что конкретно, Итэр пока не понимал, поэтому бережно складывал в копилку памяти всё. Потом разберётся. Тогда же когда и с отношением к рыжему.

Упорно молчит Путешественник, чувствуя себя несколько лишним здесь. Его, собственно, и замечать перестали, когда двое оказались в поле зрения друг друга. Итэр не был незнакомцем для этого ощущения. Не требовалось особых знаний и уроков. Достаточно просто наблюдать и видеть. Две вещи подвластные тому кто всю жизнь этим занимался, делая людям вокруг неуютно и неудобно.

+4

15

Выброшенный из толщи вод монструозный звездный кит может так и не найти сил вернуться. В привычном ему океане, где не стихает гром битвы и лязг оружия, не бывает безмятежно. Потому так приятно прорезать волны, бороться с течениями и ветрами, выдирать свое право на жизнь из чьих-то когтей, доказывать свою силу ради веселья. А если никто не противостоит киту, погружая его в спокойную воду, то он сам вскипятит океан, только бы не быть в спокойствие ни на мгновение.

Он почувствовал до того, как увидел. И не решился смотреть. Такой естественный, часть этих гор, этой земли, даже раздираемой пожарищем и едва отгремевшей битвой. Недвижимый и спокойный. Тарталья даже дышать стал не так надрывно, прислушиваясь к этим ощущениям. Алкоголь все еще позволял мыслить относительно ясно, пусть боль подбиралась вновь, вонзая когти и прогрызая тело. Невольно цепляется за чувства Предвестник, пытаясь удержать в своих руках. Кажутся они нереальными, слишком зыбким мороком, но каждый шаг ближе словно разубеждает его. Чжун Ли и правда откликнулся. Правда был здесь. Правда пришел. То, что у путешественника получится, и сомневаться не надо было. У самого Чайльда взывать к богам получалось из рук вон паршиво.   
Итэр отпрянул сам, окончательно сорвав голос и поддавшись собственной усталости. Хотя напряжение чуть ли не физически чувствуется в его взгляде. И что на уме у этого блондинчика? Когда не нужно карабкаться вместе, а есть кому присмотреть за ними - так и отдохнуть можно ведь. Даже глаза закрыть. Расслабиться. Бутылка была поставлена на пожухлую траву, ближе к путешественнику.
 
Гео ощущается мягким теплом, что согревает и стабилизирует состояние. Не дали сорваться в пучину, но ни досады, ни радости нет. Просто погружение в состояние покоя. Значит, еще продолжит жить. И ведь умереть по такой глупой причине было бы слишком обидно. Даже в битве с Богом было бы обидно, еще столько предстоит свершить!
Гео-энергия словно отсекает и тяжелые цепи, и заставляет сгинуть плащ из теней. Словно и нет шлейфа тяжелой крови, словно можно поддаться этому мягкому и заботливому течению, что призывает остановиться. Юноша делает глубокий вдох без боли, чувствуя, как стало легче всему телу. Но то ли ищет в себе силы, то ли стыдиться поднять глаза. Ни то, ни другое. 

- Проконсультироваться можно было в некоторых особенностях, но кажется купон госпожи Ху Тао я забыл в Банке. Наверное надо его носить во внутреннем кармане, - садится Тарталья прямее, удобнее, находя в себе силы ответить в тон пришедшему. Отголоски боли еще тлели в теле, но не раздирали его на части, не закручивали в приступе. Словно заставил иглы замереть, прекратить терзать ненадолго. 
Убеждаясь, что боль ушла отливом, больше не мнется и не хватается за крупицы силы, подняв взгляд на Чжун Ли прямо. Мертвая синева глаз подхватывает его свет. Отложенное оружие не было обнажено сегодня, иначе бы тогда ступал рядом с ними Чжун Ли. Отчего-то Чайльд готов был ставить на то, что даже в такой ситуации нашлось время на чашку чая-другую. Беженцев и пострадавших надо успокоить, и сколько же забот ляжет теперь на ритуальное бюро… Работа всегда оставалась работой. Но теперь он был здесь. С ними. 
Даже говорить ничего не нужно было, пусть и кажется пришедший невероятно холодным и отстраненным. Кто-то бы сказал - конечно, ведь Гавань пережила подобный кошмар. Тарталья же знал, что не от того сдерживает свои эмоции бывшее божество. И улыбается ему, чуть щуря собственные глаза.   

- Рад видеть тебя, господин, - даже едва махнул ладонью в приветливом жесте, пусть и залита собственной кровью. - Суетливо было последние дни в Гавани, а я ведь только вернулся. В следующий раз можно не устраивать подобное на мой приезд, но думаю это я Цисин передам, - тихо посмеивается, ведь не отзываются ребра теперь болью. Может позже донакатит, потому рыжий лишнего движения не делает.   
Сейчас не хотелось думать о том, из чего сложилась вся цепочка событий. В какой момент все пошло не так и привело к тому, что они в этой точке. Да даже то, что он пострадает от пробуждения чужого глаза Бога Траталья и предполагать не мог! Что говорить о более далеко идущих событиях, плясавших тенями за пределами очерченного золотом барьера. Теперь он счастлив краткой возможности, укрытый теплым гео, перевести дух. Несколько часов боли ждут еще впереди, но сейчас рядом те, кому он мог доверять не пустым словом. В компании кого можно действительно расслабиться. Чайльд всегда сражался один. Даже сегодня едва ли его можно было назвать хорошим товарищем по оружию для того копейщика, что пробудил глаз Бога. В бою проще рассчитывать только на себя. И вот над ним переживает Итэр, неподалеку сдерживает свои эмоции Чжун Ли.
Тарталья ощущает это теплое счастье, ведь он мог разделить эмоции, какие бы они ни были от прошедшего боя сразу с двумя товарищами! Один из них, правда, был к сердцу ближе. Был в сердце. 

Недолго дает Предвестник висеть тонкой, натянувшейся было тишине, что если пропадет может спугнуть как и бывшего бога, так и путешественника.
- Видит Царица, на моих похоронах и то веселее будет! - продолжает посмеиваться Чайльд, сев совсем вальяжно и удобно, еще не находящий в себе силы подняться на ноги. Он сейчас точно упадет, несмотря на помощь Чжун Ли. - А раз вы меня хоронить не собираетесь, то придется вам и дальше со мной уживаться. И только попробуйте не прийти на следующую нашу встречу! И про сударыню Паймон не забудь, - грозится Итэру рыжий. - Это напомнило мне как я рыбачил на дрейфующий льдине. Холод моря, стена снега, не видно, где заканчивается вода, а начинается небо. Бело-серое месиво, заполнившее весь мир. И поглотивший его холод. Потрясающее чувство, хоть уловом была всего-то полуметровая рыбина. Даже как оскорбление выглядело. 
А звезды едва пробиваются сквозь гарь, закоптившую небо. Чайльд смотрит на них, вверх, задрав голову. Больше их не нужно считать, потому интерес быстро теряется, падая на спутников вниманием.
- Мне бы еще немного прийти в себя, и можем решать что делать дальше. Господин, можешь осмотреть Итэра? Наш золотой рыцарь бился с Гончими Разрыва, сам видел! Да, у самой Золотой Палаты, - улыбка кажется ставшей чуть кривоватой, но место своего поражение не вызывает сильных чувств у Тартальи. Опускает он взгляд по другой причине. Тон голоса становится тише. - Полная дорога чурлов, культиваторы. Там еще было два Вестника, высоких таких. Гидро и электро. Почти убил обоих. Ушли через портал. Не понял я, что это за нападение такое было.
И упирает взгляд в Чжун Ли. Если подумать, они не виделись всего пару недель, а уже скребущаяся тоска была согрета одним видом консультанта бюро. Даже улыбается он слишком довольно, неподходяще ситуации.

[icon]https://i.imgur.com/XIVe5m2.png[/icon]

Отредактировано Tartaglia (2023-09-18 19:40:48)

+6

16

Ничего не молвил на чужую фразу, уцепившуюся за его собственные слова, но всё же выдохнул тихо - раз сил хватает нарушать тишину словами, в которых нет ни скорби, ни сожаления - значит, цели своей Чжун Ли достиг. Заставил отхлынуть волны боли, тело содрогающие, не позволил погрузиться на чернильное дно водоворотом ран. Облегчение, что принадлежало не ему, странным теплом отдается, и радостью. Неясной, непонятной - была ли причина для подобных эмоций? В тёмных глазах плясало довольство, лишь для них одних свойственное - кто ещё с таким же наслаждением раз за разом бросался в самую гущу событий, ведомый лишь собственной жаждой битвы, даже если танец этот проходил по кромке небытия?

Объяснения слушал тихо, не вмешиваясь, не удивившись тому, как уставший разум поверженного Предвестника о льдинах заговорил, да столь живо - что глаза прикрой, и встанет посреди тьмы пелена оттенков сероты, в которых угадай ещё - где небо, а где море.
Пусть выговаривается, пока собственная усталость потоком разливается по телу, вырываясь обрывками фраз.

Златовласый путешественник же молчал. Не забывал о нём бывший архонт - не смел забыть. Но вряд ли тот не вымолвил ни слова лишь от стеснения или отсутствия рядом вечной спутницы - крик о помощи был столь громогласен, что мучением могла оказаться попытка выдавить из себя хотя бы ещё пару дежурных фраз вежливости ради. И в то же время Чжун Ли был рад этому - кто знал, сколько Итэру позволили узнать о творящемся, и кто знает, какие вопросы сейчас крутились у него на уме, вот-вот готовые сорваться с языка в попытке раздобыть хоть крупицы информации от того, кто ею, вероятно, владел. Но консультант помнил о своем обещании, не собирался ни словом обмолвиться о случившемся.
Итэр более чем заслуживал знать правды. Но ещё более он заслуживал возможности узреть полную картину происходящего - не через призму чужого восприятия и однобокости изложения, что неизбежно исказили бы его собственное понимание.

К счастью или сожалению, по этому пути он должен был двинуться сам.

Убедившись, что Чайльду опасность более не угрожала, Чжун Ли легко кивает - и тепло щита окутало уставшего путешественника, оградив того от ветра и ночной прохлады. На пока это лучшая помощь, которую он мог предложить, и лучшая признательность.
- Хотел бы я, чтобы повод для встречи был более радостным... Вы храбро сражались. Отдыхайте, я сохраню ваш покой. - Обращался к обоим, как к воинам, что не должны были, но встали на сторону Гавани в числе защитников. Гончие, культиваторы, Вестники... не вмешайся они - и потерь среди обычных людей могло стать несоизмеримо больше. Сколь глупо было это отрицать, столь же печально осознавать.

Сам же в молчаливости хмуро обдумывал, что дальше делать. Передать Предвестника в руки лекарям было желательно, но опасно - живо было в сердцах жителей Ли Юэ недоверие, и сильнее оно расцвело в эту ночь. Не говоря уже о том, что в собственном сердце беспокойство разливалось лишь от одной мысли о подобном. Не хотелось чужую слабость выставлять напоказ и оставлять без присмотра.
Но покой был необходим - обоим. После того, как дух переведут, успокоятся да осознают, что худшее осталось позади - можно будет и обсудить, что дальше делать. И что-то подсказывало, что путешественнику захочется вновь воссоединиться со своей маленькой спутницей.

[icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/310/397520.png[/icon]

Отредактировано Zhongli (2023-10-03 18:10:57)

+4

17

Итэр продолжал молчать.

Он не ответил ни на слова Чайлда, хотя хотел встать и стукнуть рыжего по его дурной голове, чтобы - быть может - выбить оттуда всю эту невероятную дурость, которую, по какой-то причине оттуда не хочет выбивать никто другой. От улыбки и взглядов, которые Предвестник посылает в сторону появившегося архонта, у Итэра сводит зубы так, словно их склеило карамелью. И, пожалуй, в ближайшую неделю он откажется от сладкого.

Не ответил блондин и на благодарность Чжун Ли, подавив в себе детское желание сбросить с себя наложенный гео покров, что зудом расползался по коже, словно стая жалящих муравьев. Не потому что бывший архонт выполнил свою задачу плохо. Отнюдь. Просто Тарталья в своей болтовне упомянул имя, которое царапало память неприятнейшим воспоминанием.

Хорошая мина при плохой игре.... В тот раз она вышла на славу. Он словно бы и сам был среди тех кто всё знал с самого начала, и лишь играл с предвестниками и богами. Он перенес ложь с королевским достоинством.

- Я хочу знать, что тебе предложил крио архонт
- Паймон не представляет, на что можно обменять Сердце Бога
-  Если быть откровенным, то такой вещи не существует. Насчет того, что положила Царица на свою сторону весов.... Ты узнаешь об этом сам, в будущих путешествиях

Наверняка если бы знал какие воспоминания всколыхнет и на какие мысли натолкнет своими речами, Тарталья постарался бы избежать упоминания своего любимого архонта. И немного пригасил бы свои эмоции, относительно появившегося на их поляне мужчины. Нет, правда, он смог бы. Итэр в него почти верил. Но сейчас...

Сейчас зуд нарастал. Раздражением, спрятанным в мыслях. Гневом, удерживаемым в сердце. Воспоминаниями, которые сводились лишь к одному - правды ему никогда не скажут. Ни эти двое, ни - скорее всего - ещё добрая половина Тейвата. Тарталья честно об этом предупредил. Чжун Ли... Чжун Ли об этом соврал. И проигнорировал слишком много вопросов, чтобы Итэр - так любивший танцы на граблях - собирался задавать ему новые.

И ведь он знал. Бывший архонт определенно, совершенно точно, бесспорно что-то знал. Путешественник не смог бы объяснить это никому кроме себя и Люмин. Это было в позе, во взгляде, в движениях. Знание, которое не откроется, какие бы вопросы не были заданы. Тайна, слишком глубокая, чтобы открывать её, даже тому кому это знание весьма облегчило бы жизнь.

И это бесило. Эта недосказанность. Эта стоическая таинственность. Этот запах.... Запах чего-то знакомого. Нежный аромат сливок и топленого молока, оттеняемые нотами морской соли. Он, определенно, сегодня уже чувствовал этот запах. Эта знакомовость была нервирующей, навязчивой, но ускользающей. Что бесило вдвойне....

Щит всё же разлетается, золотистыми искрами кружась в воздухе и опускаясь в ночную траву чтобы погаснуть. Красивое зрелище, если бы он, конечно, на него смотрел.

"Даже прочный как скала щит бывшего архонта, не способен удержать внутри всю ту злость что кипит внутри словно котел с ведьминым зельем. Это, право, так в моем стиле. Хотеть видеть кого-то, а потом, ровно в ту минуту как этот кто-то явится - хотеть чтобы он ушел. Хочу ли я ему врезать? Определенно нет. Тарталье лучше сейчас вообще не двигаться. Я бы, на его месте, и дышал через раз. А если нападу, то он, естественно вмешается".

Бешено клокочет в усталом теле энергия. Ищет выход боль, злость и раздражение. Итэр шатается так, словно не вылил на Чайлда бутылку алкоголя, а выпил её. И всё же упрямо подбирает рюкзак, завязывая его плотнее необходимого. До телепорта ещё предстоит добраться. А Чайлду и впрямь лучше бы поскорее оказаться рядом с медицинской помощью, а не разговоры разговаривать.  Хотя похоже присутствие Чжун Ли его делает много счастливее. И как будто здоровее. Не в пример Путешественнику.

- Пусть свои вылечат. Не уверен что жители Ли Юэ сейчас готовы с радостью помочь Предвестнику. - Морщится от боли в горле, но упрямо хрипит Итэр, закидывая рюкзак на плечо.

Объяснять ничего не надо, да он и не обязан. Но и Чжун Ли и Чайлд поймут. Странно было бы не понять, после того как словно пузырь разлетелся гео покров ещё минуту назад.

- Я не буду задавать вопросов. Очевидно ответов на них - во всяком случае правдивых - я не услышу. Я не стану спрашивать о связи между вами - её наличие также очевидно, как горящая гавань где-то там внизу. Но раз уж она есть - верх идиотизма ей пренебрегать. Ладно Тарталья, но от Вас, господин Чжун Ли, подобной халатности я не ожидал. - То как нарочито вежливо он выговаривает имя бывшего архонта, не оставляет простора для фантазии. Путешественник всё ещё зол за обман. За секреты.  За что-то очень глубокое.- Он уже дважды нарывается на бой, который не выиграть даже Предвестнику. Даже такому как он. - Врядли Тарталья под "никому не рассказывал" имел ввиду и Чжун Ли, но всё же, Итэр не стал затрагивать вопрос Бездны, лишь обозначив намеком. Если знает - поймет о чем речь.- И с этим тоже предстоит разбираться Вам, господин консультант. Привяжите его к кровати, заприте в комнате без окон, замуруйте в скалу, если это поможет. Но уж оправдайте связь. - Горло болело. Оно вообще было несколько недовольно тем, сколько слов из него выдавливал блондин.- Чайлд... Увижу на улице, узнаю что на работе - отравлю. И больше не буду твоим другом.

Поджав губы, блондин буквально скатился вниз, решительно шатаясь в сторону телепорта.

Возможно получить медицинскую помощь неплохо бы и ему самому. Запах соленой карамели и теста, продолжал щекотать его рецепторы, заставляя мозг ловить ускользающую знакомовость за хвост. Пока что - безуспешно.

Отредактировано Aether (2023-09-30 21:31:45)

+4

18

Тонкие острые зубья впиваются, вновь повисая на конечностях и теле. Боль расходится рябью. Вдох дается тяжко, но нужно было себя пересилить. Так провожает Тарталья тепло приятной элементальной энергии, что поддерживала. Осталась довольная улыбка, что просто уже не могла сойти с лица. Не хотелось сидеть на месте долго, но и сорваться в движение было нельзя. Да и куда они пойдут - дым за горным массивом не успокаивается, но редеет. Потому наслаждается Тарталья полностью моментом, глядя на консультанта. 

И на это есть время?
Спокойствия под этими проклятыми звездами было невозможным. Это нагнеталось в чернеющем воздухе, между моментом излома слов и тишины. Когда хочется выдохнуть и опустить плечи, но слова застревают все равно в глотке не высказанные. Осыпается золотая пыль, на которую Чайльд медленно переводит взгляд. Он почти чувствует эти эмоции и уверен, что их понимает и Чжун Ли - все же он просто вложенный в ножны меч, который обнажится только в особом случае. Итэр не допустит глупости, ведь знает на сколько поступит глупо в этом случае сам Предвестник.
Тарталья не шевелится, понимая, что несмотря на намеренье ничто не свершится. Желание столкнуться с клинком товарища никуда не девалось. И вот сейчас его настроение подстать - в злости можно черпать силу.

Дай выход этим эмоциям, выплесни их в бою, растворись без остатка в звоне и мощи!

Но вместо вызова звучат слова. Хочется не столько сражаться с Итэром сколь позаботиться. Подняв глаза на товарища он просто смотрит. Следит за словами, что вырываются с хрипом и упрямством. Жалуется он так, что рыжий щурит глаза в улыбке. Советы дает. И Тарталья на угрозу лишь всё улыбается. Мертвая синева глаз незыблема в своей пустоте. 

- Как же ты в меня не веришь, товарищ, - тихо выдыхает в след уходящему блондину Предвестник. Остается надеяться, что он доберется дальше сам, а не свалится от усталости раньше. То, что Итэр унес с собой глаз Порчи волнует мало - пересечься с ним вновь не сложно, как и вернуть регалию. Беспокойно скорее, как повлияет на него это маленькое заблуждение. Вот счастье было бы Доктору, но при одной мысли о нем настроение почти сразу готово испортиться. Хотелось верить, что условия сделки порядком попортили кровь срезов. Иначе зачем это все было? И так поступился принципами, взяв чужие руки для исполнения того, чего не смог сделать сам. Не те руки, которых было желание коснуться. Но те, о которых хотелось рассказать и умолчать одновременно.

Наладить контакт позже будет не просто, но может удастся рассказать хоть что-то. Врать было противно, словно ставило в ряд с прочими Предвестниками. Есть такое слово, как “надо”. Противное такое слово.

Предвестник почти сразу переводит свое внимание к Чжун Ли. Весь ворох мыслей останавливается и развеивается. Добрые слова уже отзвучали в спину давно скрывшемуся путешественнику. Теперь остались они одни: мертвое божество и не-мертвое оружие. Нет, не так. Два человека - вот кем они сейчас были.
Упирая руку в камень, помогая себе подняться, юноша встает на ноги. Неспешно и медленно. Его только стабилизировали, каждое движение еще отдает болью, что впилось в само тело и не будет так просто вытравлено. Это не обычное перенапряжение. Он действительно чуть не отдал жизнь. Наверняка благостнее было бы прекратить страдания по мнению лекарей, если бы им Тарталья на глаза попался. Сам же он не намеривался так просто сдаваться. И благо были те, кто о нём позаботится. Всего двое. Один был не обязан идти за ним. Второй не обязан был приходить на зов. Обычно он привык забирать долги, а не быть должным. Эта мысль вызывает усмешку на опущенном лице.
Теперь стоит Чайльд прямо, делая глубокий и медленный вдох. Теперь не тянет так легко нарушать тишину. Или просто не хочется лишний раз её тронуть. Ощущается она совсем мягкой, невесомой.
Слишком быстро сокращает между ними расстояние юноша и замирает, только руку протянуть и остается - такая пауза теперь. Синие глаза неотрывно и приковано глядят в золото напротив. Будто сам себя натягивая на цепи, не дает шагнуть ближе так просто. Все же убитая битвой форма Предвестника не располагала к близкому контакту. Тарталья сражается с собой, прежде чем сделать этот последний шаг и уткнуться лбом в плечо мужчины. Не нужно было ни магии, ни божественных сил. Тянет спиртной отдушкой, что перемешалась с кровью и впиталась в частично разодранную куртку. Здоровая рука приобнимает, цепляя ткань и украшения на спине. Расслабляется он слишком быстро, проваливаясь в чужое тепло.

Мой.
Нужно было наскрести слова, сказать что-то, что поможет сейчас. Он уже не потеряет сознание, но усталость диктовала свои условия, придавленная болью. Держался Аякс только на том, что был не один. Пальцы без дрожи перебирают локоны длинного хвоста волос.
- Там Восьмая в городе. Еще отчитываться заставят за вмешательство, доказывай что помогал. Как дипломат не мог оказаться в стороне в тяжелый час для дружественного королевства, - чеканит привычно и тихо. Не первый раз во что-то влез. - Надеюсь хоть на начало боя свидетели есть, - сетовать можно было еще долго. Нужно было прикинуть расклад. Не первый год на службе, знает что ожидать дальше. Скорее всего Леди рассыплется в оскорблениях, причитая не без злорадства. Если действительно где-то рядом будет Сказитель - добавит пару едких колкостей. Будто он коллег не знает. Предвестники не меняются, когда дело не касается защиты Снежной или Царицы. К друг другу они безжалостны. Не хочет о них думать Аякс, не сейчас.

- Не хочу их видеть. Устал, - роняя свой вердикт, он поднимает чуть голову, стараясь заглянуть в глаза Чжун Ли. Близко. - Прости что доставил тебе хлопот, господин.
Проваливается секундная пауза, перебираются слова и крепнущие чувства, что захватывают вихрем мысли и рыжую голову. Хочется одновременно говорить так много и не говорить ничего. Молчание красноречиво, но она и на толику не отразит то, отчего забилось сильнее сердце. Синева отражает золото.
- Я скучал.

[icon]https://i.imgur.com/XIVe5m2.png[/icon]

Отредактировано Tartaglia (2023-10-01 21:44:21)

+3

19

Чжун Ли взглядом проводил янтарные искры, мягко оседавшие в ночном воздухе вокруг златовласого Путешественника отголосками разбитой ауры. К чужому гневу он был готов. Как и к тому, что усталость и злость, поглощавшие Итэра изнутри и острыми клыками впившиеся в его душу, найдут выход в резких словах, обращенных к тому, кто мог их выслушать, и отчасти того, кто подобное заслужил.

В свою очередь мужчина не гневался в ответ, молчаливо выслушивая хриплую тираду. Оправдываться он не собирался - и вряд ли Итэр нуждался в подобном. Не желал и возражать, позволяя чужим эмоциям вылиться наружу в тот момент, когда это было необходимее всего. Не дёрнулся, когда тот, кинув напоследок угрозу, развернулся и побрёл назад, в поисках лишь одной ему известной цели.

Но всё же Итэр ошибался.

В том, что Чжун Ли солгал бы ему - о нет, он сказал бы правду. Правду, что не имел права говорить больше. Только эта самая правда не удовлетворила бы его аппетиты и не залечила ноющее сердце. Он ведь не глуп, и должен был осознавать это - но вот признать... признать, определенно, было куда труднее. И архонт мог лишь надеяться, что когда-нибудь Путешественник сможет его понять - и его самого, и мотивы, скованные тяжелыми цепями контрактов.
В том, что он словно ответственен был за чужие раны. Мог бы - укрыл в безопасности, подальше от битв и крови, но Итэр не хуже него самого должен был ведать о сложном характере Предвестника, ради спасения которого он и искал так отчаянно помощи во тьме ночи, озаренной царившим внизу пожаром. Должен был знать, как сложно удержать того, кто жил битвами, в клетке, какой бы уютной она ни была.
В том, что «свои» протянут руку помощи израненному товарищу, а не воспользуются его слабостью в извечной грызне. Уж очень знакомы были их схемы и помыслы, в которых даже другие Предвестники были лишь штрихами на широком полотне собственных планов.

О нет, этого нельзя было допустить.

С уходом Путешественника настала тишина, столь ощутимая, что руку протяни - и почувствуешь, как скользит она незримой вуалью сквозь тонкие пальцы. С Итэром всё будет хорошо - и ночная прогулка наедине с собой поможет ему привести собственные беспокойные мысли в порядок. Теперь осталось лишь одно дело... но от этого не менее важное.

Лучше бы продолжал лежать. Берёг драгоценные остатки сил, не растрачивал их попусту, сосредоточившись лишь на собственном лечении - но нет, и вот бездонные глаза напротив смотрят на него. Так нерешительно, так ожидающе, пока их обладатель замер, словно не желая сделать последний шаг в незримой борьбе.
И всё же делая его.
Веет от рыжих волос кровью и спиртом, отзываясь хмуростью на лице мужчины. Пока Чайльд не видит - можно. Пока он утыкается в плечо, ища долгожданной опоры, треснула маска невозмутимости, обернувшись кипящим изнутри беспокойством.
Это было близко. Столь близко, как никогда ранее - но не расстояние между ними, а леденящие когти смерти, почти вцепившиеся в свою добычу мёртвой хваткой. Но вместо жалоб Чайльд оправдывался. Раздумывал вслух о коллегах. Переживал о ненужных оправданиях.

Пытался быть сильным даже сейчас. Для себя или для него?

Не отпустит.
И потому чужое признание воспринимает одобрением собственным мыслям. Руками тянет за чужую спину, приобнимая мягко - словно лишние усилие тотчас болью отзовётся в израненном теле. К себе прижимает бережно, как самое хрупкое сокровище, что драгоценным теплом ощущалось.
- Отчёты подождут... как и твои коллеги. Все их них могут подождать достаточно, пока ты не захочешь вновь увидеть их. - Чжун Ли замолкает нерешительно, привычно пытаясь всколыхнувшиеся эмоции затушить, но всё же сдается со слабой улыбкой. И, спустя краткую паузу, на чужую честность откликается собственной, взирая на синеву глаз, которым не желал лгать: - Я тоже.

Он не вернёт его фатуи и не отдаст на растерзание тем, кто вместо помощи с радостью предложит забвение. Не позволит себе не откликнуться на доверие, тонкой нитью вплетённое в жесты и тихие слова.

Россыпью искр и остатками тепла тает их присутствие на ставшем столь одиноким холме, по которому волнами заплясала изумрудная трава, потревоженная вздохом ветра.

[icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/310/397520.png[/icon]

+3


Вы здесь » Genshin Impact: Tales of Teyvat » Архив отыгранного » [20.02.501] Под фальшивыми звёздами


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно