body { background:url(https://forumupload.ru/uploads/001b/f1/af/2/275096.jpg) fixed top center!important;background-size:cover!important;background-repeat:no-repeat; } body { background:url(https://forumupload.ru/uploads/001b/f1/af/2/326086.jpg) fixed top center!important;background-size:cover!important;background-repeat:no-repeat; } body { background:url(https://forumupload.ru/uploads/001b/f1/af/2/398389.jpg) fixed top center!important;background-size:cover!important;background-repeat:no-repeat; } body { background:url(https://forumupload.ru/uploads/001b/f1/af/2/194174.jpg) fixed top center!important;background-size:cover!important;background-repeat:no-repeat; } body { background:url(https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/4/657648.jpg) fixed top center!important;background-size:cover!important;background-repeat:no-repeat; }
Очень ждём в игру
«Сказания Тейвата» - это множество увлекательных сюжетных линий, в которых гармонично соседствуют дружеские чаепития, детективные расследования и динамичные сражения, определяющие судьбу регионов и даже богов. Присоединяйтесь и начните своё путешествие вместе с нами!

Genshin Impact: Tales of Teyvat

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Genshin Impact: Tales of Teyvat » Эпизоды настоящего » [15.07.500] Бананьяка I: А вас тоже бесит, что сумка-бананка...


[15.07.500] Бананьяка I: А вас тоже бесит, что сумка-бананка...

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

[html]
<div class="ep-box">
  <div class="ep-title">
    Бананьяка I: А вас тоже бесит,  <br>что сумка-бананка...
  </div>
  <div class="ep-date">
    15 августа 500 г.,
    <br>лес Авидья
  </div>
  <div class="ep-chars">
    <p><a href="https://genshintales.ru/profile.php?id=247">al Haitham</a>, <a href="https://genshintales.ru/profile.php?id=194">Tighnari</a></p>
  </div>
  <div class="ep-description">
    <p>Привет, меня зовут аль-Хайтам,<br>
А это друг моего соседа — Тигнари.<br>
Он никогда не забывает чистить зубы утром и вечером,<br>
но только этого НЕ-ДОС-ТА-ТОЧ-НО.<br>
Как только ты проглотил финик, вафли, шоколад,<br>
питу и сладчайший лимонад, не забудь пожевать дирол кидс.<br>
Теперь банановый.</p>
  </div>
  <div class="reward-title">Награда за задание:</div>
  <div class="reward"><img src="https://i.pinimg.com/originals/ca/57/5b/ca575bc595713822b92880db4219881a.png" alt="Бананы
    ">
    <div class="reward-value">5</div>
  </div>
  <div class="reward"><img src="https://i.pinimg.com/originals/ca/57/5b/ca575bc595713822b92880db4219881a.png" alt="Банан(?)">
    <div class="reward-value">1</div>
  </div>

 
  <div class="post-timing">cрок написания постов: ∞
    <br>banana nana bana na na na
  </div>
</div>
<link rel="stylesheet" href="https://forumstatic.ru/files/0014/98/d3/47782.css?v=11">

[/html]

Отредактировано al Haitham (2023-10-05 17:21:17)

+9

2

[indent]Абсолютно ничего не предвещало беды.

[indent]Более того, ввиду временного отсутствия соседа дома аль-Хайтам мог вдоволь насладиться компанией самого себя. Только вот незадача: не на кого было скинуть половину обязанностей по дому, что означало непосредственное выпинывание себя ранним утречком на базар за провиантом — ведь еда дома закончилась, а надо было что-то быстренько сообразить себе на обед, тем более что после ему предстояло отправиться по делам в окрестности леса Авидьи. Стоило только сделать шаг на рынок, как в нос ударил запах специй, отчего даже начала немного кружиться голова, а глаза разбегались от разнообразия сочных фруктов и спелых овощей, но господину секретарю спешка была совершенно не в году, и он старательно выбирал для себя всё самое лучшее, попутно расспрашивая продавцов о вкусовых свойствах, о том, когда сорвали плод и при каких условиях он был выращен.

[indent]Шоппинг можно было бы посчитать завершённым, да пойти домой, но зоркий глаз рождённого под созвездием сокола вдруг зацепился за грибы, что прежде он в продаже не видал. Шляпка необычной формы переливалась яркими цветами, возбуждая аппетит, а посему было решено — купить и сегодня же употребить в пищу. Запросив у хозяина лавки чем больше, тем лучше, аль-Хайтам был сопровождён сладчайшими комплиментами и товаром, упакованным со всей душой.

[indent]Домой аль-Хайтам примчался в приподнятом настроении. Вывалил все покупки на кухонный стол и принялся к приготовлению.

[indent]Блюда из грибов уж точно не были чем-то диковинным в Сумеру, тем более что как-то раз аль-Хайтам от скуки на рабочем месте предавался чтению руководства: «1000 и 7 грибных яств к вашему столу». Ещё тогда его поразила фантазия людей, но в целом все рецепты можно было строго поделить на несколько разделов — по принципу приготовления. Менялись лишь гарниры и вид грибов, но суть оставалась более-менее одинаковой, за некоторыми лишь исключениями. Что-то мудрить и изобретать в этот раз Хайтам не стал: помыл грибы, порезал кубиками и бросил на сковородку, обжариваться в масле. Параллельно добавляя к этому всему другие ингредиенты. И вроде бы всё выглядело аппетитно, вот только по визуальной оценке грибов казалось как-то маловато, поэтому все остальные, что прежде было решено оставить на потом, всё-таки пошли в ход. Готово! А пахнет — просто сказочно.

[indent]Дело оставалось за малым: отобедать, скинуть всю грязную посуду в раковину — и в путь. Набив желудок до отвала, пока ни единого кусочка не осталось, он проследовал на выход.

[indent]Путь выдался неблизкий, и покинув черту города он начал замечать некоторые… Странности. Чем ближе к лесу он подходил, тем отчётливее ощущал на себе чужой взгляд. Останавливаться так просто было глупо и, возможно, рискованно, тем более что чуть позже он услышал чей-то голос, пробивающийся сквозь музыку в наушниках. Пару метров спустя лес стал меняться прямо на глазах: папоротник переливался, а грибы выпрыгивали из земли и зарывались обратно. Синий камень вдруг как-то косо посмотрел на Хайтама, и тот ответил ему тем же — отчего первый обиженно отвернулся. Ну и поделом ему, не стоит бросать такой презрительный взгляд, тем более в присутствии сумерских роз — те охали и ахали, кокетничая друг с другом, пока не начали вести спор о том, кого они были более рады видеть к чаепитию: Великую властительницу Рукхадевату или Алого Короля собственной персоной, пока позади них к облакам стремились высокие толстые стебли мяты, впиваясь в небесный купол своими острыми голубыми верхушками. Постояв ещё какое-то время, понаблюдав за всем этим буйством красок и персонажей, аль-Хайтам пришёл к выводу: что-то не так. Благо, совсем недалеко располагается лагерь дозорных, куда он, собственно, и направлялся, а уже там просить о помощи… С чем-то.

[indent]Ускоряя шаг, он пробирался через кусты, стараясь сократить путь насколько это было возможно, тем более, что тропа внезапно закончилась и начала упираться прямо в скалу. Но вот несчастье! Одна из веток задела набедренную сумку аль-Хайтама, и, как только тот дёрнулся вперёд, она впилась в ткань, прорезая её прямо-таки некрасиво. Выпало всё: ключи, книга… Пришлось оперативно подбирать всё это добро, и уже так продолжать свой путь.

[indent]Каково же было его удивление, когда на своём пути он встретил… Фенека с головой, лицом, телом и конечностями человека — судя по всему, искомого Тигнари. Тот, кажется, был один, за исключением странного нимба из диковинных грибов, который распался, стоило только какой-то ветке хрустнуть под каблуком аль-Хайтама. Но хотя бы в этой части лес уже казался более привычным, зелёным…

[indent]- Здравствуй, — непринуждённо выпалил абсолютно точно вменяемый секретарь, легонько покачнувшись. И на какое-то время затих в попытке подыскать слова для объяснения того, что с ним случилось. Пока внезапная мысль не посетила его светлую голову, — мне нужны бананы.

[indent]Чтобы поскорее от слов перейти ближе к делу и не прослыть пустословом, он кивнул в сторону барахла, которое удерживал в руке — ведь всё было, в принципе, довольно очевидно.

[icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/247/944438.gif[/icon][nick]al Hɐitham[/nick]

Отредактировано al Haitham (2023-05-12 16:09:20)

+6

3

 Тигнари посмотрел на аль-Хайтама. Следом за ним на секретаря Мудрецов посмотрела раскинутая по изумрудной траве, радужная после искристого дождя грибница. Повторяющие цвета и узоры из перьев всех тропических птиц шляпки грибов, вздутые, пружинистые, игриво яркие, налились солнечным светом и раздулись ещё шире, — разумеется, они ждали гостей, иначе быть не могло, ведь такое погожее время, чтобы дождевикам знаться с академиками. Тигнари не любил академиков, но спорить с грибницей было бы как минимум вежливо.

 Он, сидящий по пояс в траве, обнимал сейчас свои колени и прижимал к ним светлую щёку. Уши его, опущенные на лицо, волнообразно качнулись, едва-едва поднимаясь, словно поприветствовали аль-Хайтама в жесте похожем на взмах рукой. Тигнари, в свою очередь, даже головы не поднял, только глаза, чуть припухшие, заметно покрасневшие, со слезливыми отчётливо розовыми, — на фоне отсутствия румянца, — нижними веками. Улыбнулся мягко и кротко, словно знаменуя истину, известную ему и грибами, и протяжно выдохнул. Наклонил голову вбок, а затем вдруг поднял из травы руку и прижал к губам. Шикнул приглушённо на аль-Хайтама и недовольно прошептал:

 — Ш-ш-ш-ш-ш! Будь тише, они уснули.

 Кем бы они ни были, себя они сейчас не выдавали. В густо разросшемся цимбопогоне сложно было разглядеть, кто именно отдыхал в свежей зелени, исполненной ароматами дождя, цитрусов и цветастых грибов. Вероятно, сочетание это в своём ярком букете было настолько аппетитным, что Тигнари, договорив, вновь склонил голову так, что лицо его и уши защекотал лемонграсс, и юноша, долго не думая, откусил длинную травинку перед собой. Пожевал недолго, освежая кислинкой рот и ум, а затем потёр глаза. Аль-Хайтам всё ещё был на месте со всем своим барахлом. Ладно, грибы были не правы.

 — Как жаль, что ты не хочешь исчезать, но что уж тут поделаешь. У меня нет бананов.

 Тигнари был честен. У него был лемонграсс, подозрительно красивые грибы, роскошный распушившийся хвост и приподнятое состояние духа. Бананов у него не было. На этом можно было бы и закончить взаимодействие с аль-Хайтамом, но дозорное чутьё на пару с прозорливостью ботаника уже запустили в голове Тигнари целую схему сложных мыслей, обычно не имевших места в своей суете, но теперь таких поспешных, что ум да разум за ними угнаться не смогли.

 — Но многолетние травянистые растения семейства Банановых широко распространены в восточной и центральной частях Авидьи и насчитывают не менее пяти различных видов, которые можно встретить в тропическом лесу. Тебе придётся быть немного конкретнее в том, какие бананы тебе нужны: розовые бархатные бананы, зелёные бананы, карликовые бананы, жёлтые бананы. Возможно, тебя интересуют легендарные полосатые бананы?..

 Остановить ботаника-энтузиаста было тяжело. Тигнари, несмотря на свой до этого отрешённый и меланхоличный вид, заговорил вдруг быстро, отрывисто, делая звонкий акцент на каждом слове «банан», которое он произносил, и при этом уши его, словно аккомпанируя голосу, поднимались и опускались в такт. Лишь тогда, когда перечисление бананов было окончено, Тигнари вновь осел в траве и уши его вновь мягко прижались к бледным щекам.

 — Бананы, понимаешь?.. Они разные. Совсем как мы.

[icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/194/533878.png[/icon][sign]pfp by lemon owl[/sign]

+5

4

[indent]Небольшая консультация существа, которое вроде как должно было являться тем самым Тигнари, пришлась как никогда кстати: меньшего и нельзя было ожидать от того, перед кем склоняли свои бутоны колокольчики Ли Юэ, кому воспевали оды мондштадские сесилии и ветряные астры — пусть даже аль-Хайтам некогда прежде никогда не слышал их песен, но как будто бы сейчас сам архонт ветра ветрами разносил по всему Тейвату звуковые соцветия с самых разных уголков земли. Если очень внимательно вслушиваться, то как раз неподалёку от них звучал какой-то боевой саундтрек, а потом бдзынь — видимо, кто-то опять разбирается с грибами, хорьками или с фунгусами. Прямо как тогда, когда в очередной раз Кавех напился до такой степени, что при одном только взгляде на него нельзя было точно идентифицировать: это перед тобой человек или плесенник стоит. Кстати говоря, заметка на попозже: надо оставить ему хотя бы половинку банана. Для мозгов полезно.

https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/247/563734.png

[indent]Аль-Хайтам внимательно выслушал господина Фенека, внимал каждому его слову, жадно черпая информацию о разнообразии бананов. Кивал головой, сощурив глаза: как удивителен банановый мир, оказывается. Но что более впечатлило служащего Академии, так это заменяющиеся во время рассказа уши на бананы. С таким визуальным подкреплением преподносимая фенеком информация усваивалась лучшим образом и оставляла неизгладимое впечатление. Поразительно.

[indent]Сказать по правде, именно после таких занимательных лекций в очередной раз понимаешь, что Академия потеряла достаточно ценный кадр в лице Тигнари. Давно уж было известно, что среди Мудрецов и педагогического состава сидят сплошные дураки и неучи, в этом сомнений уже не оставалось никаких. Тем более, никто из них ни в жизнь не смог бы отличить один банан от другого. Нет, они могли бы так просто обратиться в Акашу и получить ответ на любой из своих запросов, в том числе и этот, но заставило ли бы это и их мозги хоть как-то шевелиться? Нет. И в этом всё современное научное сообщество Сумеру — они привыкли только и делать, что пользоваться той информацией, до которой спокойно в два счёта могут дотянуться, и всецело доверяют ей. Но только тот, кто способен критически мыслить и размышлять, в действительности сможет докопаться до самой сути бытия, мироздания и необходимого в конкретной ситуации банана.

[indent]- Я понимаю, — наконец подал голос аль-Хайтам, — я всё понимаю.

[indent]Он опустил взгляд на свои вещи, что всё это время продолжал держать в руках. Пришло время определиться с выбором: нельзя относиться к этому процессу беспечно. Дело важное, серьёзное.

[indent]Высококачественная банановая кожура ценилась всегда, но при этом необходимо определиться с функцией: помимо прямо-таки открытого выражения статуса хотелось чего-то практичного, чтобы сумка прослужила как можно дольше. Карликовые бананы были сразу отброшены как вариант, потому что даже если аккуратно надрезать каждый и сшить между собой, мы не получаем единое полотно. Это какой-то пэтчворк — не то, совершенно не нужный вайб. Легендарные полосатые бананы как будто бы являлись оптимальным решением, но в то же время даже он, будучи человеком совершенно далёким от того, чтобы следить и следовать разным трендам, осознавал, что мода меняется стремительно. Уже завтра никто и не вспомнит про эти сумки из полосатых бананов от кутюр и взамен им все перейдут на прет-а-порте бананчики, уже завтра никто... Завтра. А ведь до этого периода времени оставалось всего ничего, но в то же время так много.

[indent]Всё, решено.

[indent]- Мне нужны зелёные бананы. Не слишком спелые, зелёные.

[indent]Таково было твёрдое решение аль-Хайтама. Обоснование он сложил в своей голове, и был на все цифры мира процентов уверен в своих намерениях. Несмотря на твёрдую кожуру в момент сбора, этот материал подходил ему как ничто другое по ряду параметров. Пока изделие будет в процессе, при выделке кожура достаточно размякнет и станет более податливой, чтобы в конечном счёте принять форму сумки.

[indent]- Где их можно найти?

[nick]al Hɐitham[/nick][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/247/600613.png[/icon]

+5

5

[indent]Слова аль-Хайтама врезаются в ноздри сильным, настоящим запахом бананов, едва протискиваются в проход, а затем забивают всю дыхательную систему эссенцией тропических плодов. Осознавший всю банановую тяжесть речи аль-Хайтама, Тигнари, логично, перестаёт дышать. Это только закономерно: очень сложно дышать, когда тебе поперёк горла и разума встаёт идея о зелёном банане. И мысль эта, само собой, занимает его достаточно, чтобы оцепеневшее тело мощным рефлексом не вытащило бы Тигнари из попытки задохнуться. Он сильно закашливается, но уже поздно. Уже слишком поздно.

[indent]Теперь он тоже хочет банан.

https://i.gyazo.com/4e22f4fa00fcc95991df964816487d9e.png

[indent]— Ничего не поделаешь, — хрипло отзывается Тигнари и ещё раз прочищает горло, — Давай-ка найдём тебе этот банан.

[indent]Он поднимается из травы, и это обманчиво кажется ловко и мягко. Пружинистые ноги Тигнари словно совсем не затекли от долгого сидения в лимоннике, гибкие и упругие настолько, что тот едва ли не смешным хвостатым зверьком выскакивает из травы. Вздрагивают только уши на его голове, восхитительно синхронные и параллельные друг другу. Поднявшись на ноги, Тигнари даже не отряхивает одежду, а с нежнейшей заботой сопровождает каждую из оставшихся на нём травинок назад в заросли. Это занимает время, отсчёт которого всё равно не даст никаких дельных мыслей.

[indent]— В это время большая часть бананов уже отцвела, а плоды перезревшие. Однако есть вероятность найти или молодой кустарник, или сорт, способный давать урожай несколько раз за сезон. И если бы мне пришлось искать такой сорт бананов... — Тигнари осекается и задумывается с самым серьёзным и запутанным видом, — А, да, мне же пришлось искать такой сорт бананов... Так вот, я бы предложил начать с северного приречья, уходящего в чащу. Достаточно влаги вне полива, контролируемая освещённость, меньше птиц и насекомых... Идём.

[indent]С уверенностью опытного лесного дозорного, знающего все тропы Авидьи, все её укромные уголки и тайные банановые места, Тигнари манит за собой рукой, разворачивается через плечо и уверенно идёт сквозь травянистый луг. Машет на прощание пёстрым грибам, улыбается лучезарно, почти достигает края поляны и... Вдруг исчезает. За один неисчислимо короткий временной промежуток Тигнари пропадает из реальности, перестаёт физически существовать в пространстве над землёй, и то место, которое он занимал до этого, пустует как ни в чём не бывало, продолжая пропускать сквозь себя световые и звуковые волны.

[indent]Ровно за секунду до таинственной пропажи ноги Тигнари вспоминают, что тот провёл последние часы в не самой комфортной позе, сидя на земле и почти не шевелясь, вглядываясь в саму суть вещей, но игнорируя ощущения. И, конечно, в момент осознания забытого факта о собственной телесности Тигнари попросту падает в траву, словно складывается стопочкой, аккуратно по вертикали вниз. И ещё через пару мгновений он, как ни в чём не бывало, поднимает сначала свой распушённый хвост, а затем руку с вытянутым большим пальцем из травы. Замечает со всей важностью своих наблюдений:

[indent]— Здесь нет бананов. Можем идти дальше.

Отредактировано Tighnari (2023-05-20 00:21:55)

+5

6

[indent]Чем дольше они говорят, думают или слушают о Musa acuminata, Musa × paradisiaca, Musa balbisiana или любом другом Musa1, тем больше, в самых недрах сознания, колкими прикосновениями по нейронным связям мельчайшими жёлтыми крупицам всплывает слово, то самое единственно истинное во всём своём естестве:  банан. И вот мысленно аль-Хайтам протягивает к нему свою руку, с вытянутым вперёд указательным пальцем, смыкая остальные, касается его и ощущает, как во мгновение весь λόγος2 распадается на маленькие скобки с пухлой серединой. Похоже, это и были те самые карликовые бананы. Но они не нужны, и поэтому от них не остаётся ни следа.

[indent]Он видит, как Тигнари с лёгкостью переходит из одной реальности в другую. Возможно, в этом ему помогают его длинные уши. И теперь уже они представляют интерес учёного. Аль-Хайтам нередко посещал курсы Амурты, но оставался досиживать до конца лишь на тех, что представляли для него интерес. И сейчас он думал лишь о том, что… Уши. Теперь он хочет знать больше. Ушные раковины. Раковины. Ракушки. Они тоже бывают разные. Закручиваются спиралью золотого сечения в бесконечных фракталах. Стремятся к лучшей версии себя, приближаются к совершенству, начиная с определённой точки отсчёта в пространстве, времени и даже в  бананах.

[indent]Бананы? Бананы… Они тоже скручиваются, но их форма только стремится к спирали. Но нужно ли им это? Если взять некоторое число  бананов, положить друг за другом — выстраивается спираль. Не круг, поскольку радиус искривления  банановых дуг не соответствует один другому,  ровно как и длина: бананы разные.

https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/247/308499.png

[indent]Возможно, в этом и кроется то их самое совершенное, что и не нужно им золото… А то ли в самом деле золото, что мы золотом называем? Или бронза. Ведь по сути, бананы в большинстве своём жёлтые, жёлтым называют и золото. И бывает золото розовое. И бананы тоже бывают розовые. А что если бы всё было иначе, и вместо металла мы расплачивались бы именно  бананами? Ценность сделок возрастала бы, решения приходилось принимать куда быстрее: пока обсуждаются тонкости и выстраиваются деловые отношения, бананы имеют свойство зреть и сгнивать. Возможно, это повлияло бы на прогресс в целом и человечество продвинулось вперёд стремительными шагами. Никто не знает, каким было бы «завтра» ещё больше, чем сейчас не знает никто даже о том, что с ним может случиться «сегодня». Но ясно одно.

[indent]В благодарность за потраченное время аль-Хайтам намерен отблагодарить Тигнари. Разумеется,  бананами.

[indent]Но в плоскости бытия, где они пребывали на данный момент,  бананов не оказалось. Неплохой ход, бытие: но от него ничего другого и не ожидалось. Насколько не чист человек был душой и намерением, невозможно получить всё и сразу прямо здесь и сейчас. Банан — это одно из воплощений истины, его часть. Часть целого. Оно не здесь, оно не там и даже не тут. Нужно пройти определённый путь, чтобы достичь желаемого… Или не достичь, что наиболее вероятно. Но опыт, даже негативный, следует рассматривать как благо. Ибо что в самом деле есть конечная цель? Абстрактное понятие, которое мы в угоду своих прихотей и субъективщины сами надумываем себе и, во множестве случаев, разочаровываемся.

[indent]Но бананы не абстракты. Бананы— это бананы.

[indent]- Хорошо. Иду за тобой.

[indent]Аль-Хайтам перешагнул камни, ластящиеся друг другу. Перешагнул травинки, сплетающиеся в экстазе танца с ветром, и продолжил идти след в след за Тигнари.


[indent]1. Musa — латинское название рода Банан. Здесь перечислены Банан Заострённый, Банан райский, Банан Бальбиса (или Банан фруктовый). Потому что понты дороже смысла, используем латынь по поводу и без.

[indent]2. Здесь я употребляю его в значениях древнегреческого «слово, разум; мнение; смысл».  Слово происходит от праиндоевропейского корня leg — «собирать» — самое то для нашего эпизода, в котором мы готовимся собирать бананы.

[nick]al Hɐitham[/nick][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/247/706357.png[/icon]

Отредактировано al Haitham (2023-06-14 15:12:40)

+6

7

[indent]Сначала Тигнари оседает в траве и по-феничьи принюхивается. Ему, зверю джунглей, ничего не стоит уловить в воздухе сладчайший аромат набухающей под кожурой фруктовой мякоти, — а после начать отделять финики от инжира, кокосы от персиков зайтун, сырую почву грибницы от озоновой терпкости ночной грозы. Авидья похожа на коллекцию фанатичного парфюмера, пытающегося собрать под сенью древнего леса чуть откупоренные флаконы с самыми интересными запахами, с самыми повседневными, а оттого живыми и настоящими, с неописуемо натуральными, с невыносимо, неожиданно, бьюще под дых магическими букетами.

[indent]Но где же таится банан в этом душистом разноцветье леса? Как его найти? Возможно ли выследить его, полагаясь лишь на обоняние?

[indent]«Нет, — умозаключает Тигнари и поднимается из травы-подпространства, качает головой и разглаживает уши, — Бананы есть суть алхимический эмбрион леса, нужно рассуждать более тонкими и точными материями.»

[indent]Банан невозможно вынюхать. Только… Услышать. Почувствовать. Осмыслить.

[indent]— Потребность в бананах многое говорит о тебе, — уже на ходу замечает Тигнари, — Если не обо всём нашем обществе.

[indent]На продолжительный период времени Тигнари оставляет это заявление без дополнительного комментария: то ли отдавая должное учёному уму аль-Хайтама и оставляя ему простор для измышлений, то ли держа язык в безопасности за зубами, пока нужно было пробираться через высокие раскустившиеся заросли, выводящие из укромного местечка с цветастым лугом на протоптанную тропу через лес. Уже оказавшись на дороге, Тигнари протирает опухшие красные глаза, чтобы разогнать светлячков от основного обзора к углам, в периферию зрения словно боке. А затем завершает свою мысль:

[indent]— Вы, академики, забываете о пульсе жизни, в своей вечной гонке за приумножением бумажных знаний забываете о циркадных ритмах, о важности здорового тела, только в котором и может развиться здоровый дух и ум.

[indent]Далее дорога меж высоких деревьев Авидьи уводит мысль Тигнари ещё дальше. И вместе с тем, как где-то за изумрудными листьями в отдалении начинают мелькать совершенные ансамбли художественной геометрии в крышах Академии, тон Тигнари становится строже, слова набирают скорость и звонкость.

[indent]— В конце концов каждый второй академик начинает искать способ заглушить язык своего тела, требующего пропитания и отдыха, и в ход идут всевозможные перекусы. Все эти жирные и пряные, зажаренные в обильном количестве масла и специй, куски теста, дающие плотное чувство насыщения, но не насыщающие организм по-настоящему. Но вот он ты, на перепутье пищевых привычек…

[indent]…и действительно, лесная дорога выводит двух спутников к неширокой, но скорой и порожистой реке. Дощатый мост, перекинутый через неё, пошатываясь, ведёт к прореживающемуся перелеску, за которым уже легко разглядеть очертания столица. Вдоль же реки влажная галька, втоптанная в землю, провожает желающих углубиться в чащу Авидьи на север. Поток пресной чистейшей воды ударяется о каменистый порожек, разлетается прохладными каплями и летит в лица путников редкими влажными и блестящими от солнца искрами. Ненадолго зависшая над рекой радуга предупреждает: «Свернёте в лес — назад дороги не будет!»

[indent]— Банан не так сладок, как сахарный сироп или заварной крем. Его фруктовый вкус быстр и вязок, а отсутствие под кожурой жира не даст тебе продержаться на одной лишь воле банана всю ночь. Он только поможет тебе до хорошего ужина, потому что ни один фрукт не может содержать полный набор витаминов и минералов, необходимых для твоего тела. Поэтому важно употреблять в пищу разнообразные продукты, чтобы восполнять потребности организма в ресурсах. Но при умеренном употреблении бананов, они будут помогать твоему пищеварению и кровотоку, справятся с давлением, очистят организм, укрепят кости и волосы… Ты готов отказаться от людской слабости? Спрошу сейчас в последний раз, потому что назад дороги не будет. Не без бананов.

[nick]Tighnari[/nick][status]  [/status][icon]https://forumavatars.ru/img/avatars/001b/5c/7f/194-1690147676.png[/icon][sign]  [/sign]

Отредактировано Tighnari (2023-07-15 22:45:28)

+2

8

[indent]Фенек, являющий собой воплощение Тигнари, как ранее было установлено аль-Хайтамом, говорил на языке, что удаётся постичь немногим, а кто-то не способен овладеть им даже по прошествии нескольких лет, десятилетий. Он говорил на языке фактов. Не без оговорок, но академик мог согласиться с ним в некоторых аспектах. Если мы принялись рассматривать человеческое общество как некоторую единицу, единое целое, мы вправе рассуждать и говорить о том, что каждый, являясь частью этого самого целого, содержит в себе его признаки, как бы являясь небольшим, по сравнению со всем массивом, его отражением — ровно как и в целом отражены особенности и приметы своих частей. Потребность в бананах, проявляемая у одного конкретного лица, находит отражение в большем. Оно резонирует с другими нуждающимися в бананах, в следствие чего уже не одна конкретная личность думает о банане, теперь некоторая группа людей, персоналий, желает получить банан, и это закономерно приводит нас к тому, что массовые нужды отдельно взятых групп желающих Банан становятся задачей общества в целом.

[indent]Что же касается образа жизни, академик сам выбрал путь безмятежного существования, но добиться желаемого результата ему всецело помогает синергия в рутине труда умственного и физического. Поддержание формы положительно сказывается на укреплении здоровья, выстраивая гармонию тела и «я». Во всём должен быть баланс. Таким образом, податливую мякоть, что вбирает в себя все вкусы и соки, зреет, покрывает твёрдая оболочка, которую не так-то легко и пробить, она защищает всё, что находится внутри от воздействия внешних факторов — прямо как у бананов.

[indent]Он вновь обратил внимание на уши Тигнари. Их было два. Ни меньше, ни больше. Дополнительной пары обнаружено не было и вряд ли бы она могла так просто возникнуть из неоткуда. Левое и, судя по всему, правое. Сбалансированное количество ушей. Две противоположности, но в то же время практически идентичные друг другу. Схожие, но в то же время имеющие отличия: на одном из них было украшение. Затем в поле зрения мужчины попал пушистый хвост. Предположительно очень мягкий: на деле проверять желания не было. Но возникали другие мысли.

[indent]Если бы выдалась возможность в одночасье отринуть человечество. Внезапно для себя превратиться в животное, как те, что окружают его сейчас. Как Лесной страж Авидьи и его предки, обзавёлся ушами и хвостом, он продолжил быть тем, кем является сейчас. Аль-Хайтам в своём человеческом воплощении и снежный барс или сокол аль-Хайтам так и останутся аль-Хайтамом, дело не столько в форме. Но всё-таки он сам по себе есть он самый и никто иной, никакое иное живое существо или другой человек. Хайтам есть Хайтам. И Хайтам же есть аль-Хайтам.

[indent]Мысль оформилась, и в этот самый момент он вздрогнул, почувствовав что-то совершенно необычное для себя. Вечно торчащая из самого темечка прядка, что уже давно, но будто бы являясь запоздалым открытием для самого себя, ощутилась им таким же членом наряду с руками и ногами, словно переполнялась жизнью, пригретая лучами яркого солнечного диска. Вихор поднялся — на кончике красовался крохотный бутон. Жизненный цикл растений предполагает, что на подобные метаморфозы требуется немалое количество времени, но стоило академику моргнуть, как тот увеличился в объёме. Уже спустя пару мгновений он распустился необычайным цветком — не было физического воплощения. Даже аль-Хайтам не мог увидеть его, он просто знал о том, что происходило на его голове. Он коснулся беспокойной прядки, чтобы удостовериться. Во-первых, она на месте. Во-вторых, в своём неизменном, первозданном виде. Любопытно.

[indent]Пока они шли, лес менялся. Одни деревья сменялись другими, кусты — кустами. Даже трава была уже не той, что до этого. Он чувствовал это, чувствовал, что каждое растение и каждый живой организм отличались от тех, что они видели хотя бы несколько минут назад. Возвращаться назад не было абсолютно никакого смысла, поэтому аль-Хайтам промолвил:

[indent]— Идём.

[indent]Его чёткий, несколько резкий ответ распространился ветром, и уже каждая веточка знала о решении, принятом секретарём. Листья перешёптывались меж собой, облака заглядывали сквозь кроны деревьев, хотели посмотреть на этих двоих. Узнать, какой опыт предстоит пережить им в дальнейшем путешествии.

[indent]Они должны найти бананы. Просто обязаны.

[icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/247/198638.png[/icon][mus]<img src="https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/247/551399.png" style="margin-top: -70px; margin-left: 56px; pointer-events: none; height: 100px;">[/mus]

Отредактировано al Haitham (2023-08-10 16:22:18)

+4

9

[indent]Они хватают за хвост радугу, — на сегодня это их мост и переправа, и рукотворный путь через реку назад в цивилизацию не привлекает двух мужчин, что отправились в паломничество. Иначе их путь не назвать: и хотя они находятся в поисках материального, их цель есть материя банана, на самом деле суть этого путешествия заключается в поисках ответов на сакральные вопросы, в поисках самих себя, затерянных в лесу желаний, а найденных и обнаруженных, возжелавших больше и слаще, отринув прочее и объяв истинное возжелание, обёрнутое в жёлтую кожуру.

[indent]Лес подобен лабиринту пустого и бесконечным тропам наполненного. Ветви с крупными, влажными листьями не готовы пропускать вперёд тех, кто ещё не знает ни веса своего сердца, ни плотности своей души, ни сияния своего разума. Даже опытный лесничий время от времени начинает петлять, и их шествие обвивается вокруг крупных стволов деревьев, рядом с которыми Тигнари остаётся разве что принюхиваться, вбивать взвесь густой смолы в своё дыхание, и только так обретать путь дальше. Когда же они окончательно распрощались с тропой человеческой и на четвереньках сквозь душистые кусты цветов выбрались на тропу звериную, Тигнари вытащил из поясной сумки плотный оплетённый шар — его собственную разработку, мину-приманку.

[indent]— Это виджняна-пхала, моя мудрость леса, облачённая в механическую форму, — Тигнари кивнул одними ушами, лицо его оставалось возбуждённо недвижимым, — Она откроет нам путь к бананам.

[indent]Нажав на гладкую кнопку на конструкции шара, Тигнари близко-близко придвинул лицо, чтобы начинающая выступать сквозь сетку пыльца тут же принялась щекотать кончик его носа. Он так и продолжал ожидать, пока свистящая светлячками мина вдруг расцветёт самыми красивыми бутонами, но вместо этого вдруг из прорезей показались плотные молочные ножки; они вытянулись и, набухшие, тут же надели разноцветные шляпки, вздулись и обдали кругом грибными спорами. Тигнари, удивлённый, ойкнул и сомкнул губы, с усилием заглатывая испарения вдруг появившихся грибов. Лес сказал своё слово. А Тигнари, поднявшись на ноги и отряхнувшись, заговорил:

[indent]— Тот, кто, вызывая стенания людей, устрашённых проявлениями бытия, одновременно делает испуганных свободными от страха, прославляемый каждым в обители сердца, владыка устрашающе звучащих энергий, кладущий предел, приносящей конец смерти. Тот, кто, осуществляя поддержания, во всем победоносно царит как высшая форма сознания...

[indent]Он продолжал свою мантру всё то время, что вёл через густые, для здравого смысла и обычных дней непроходимые заросли аль-Хайтама. Авидья испытывала их, но сегодня мужчины были стоически уверены как никогда. И за крепость их тела и духа лес отплачивал через исцарапанные руки — мягким теплом; через слезливые от колючих веток глаза — сладкой росой; через ожоги на ногах — прочностью коры. И затем, оценив и истязав их двоих, Авидья начала расступаться, заливать янтарём дня кустистую поляну. И там, посреди изумрудного моря травы, подобно величественному ансамблю, поднятыми вверх листьями над рядом плодов, высилось вверх оно: банановое дерево.

[indent]Облачённый в феничье проворство, Тигнари тут же устремился вперёд, с наскока запрыгивая на ствол дерева и ловко, быстро вскарабкиваясь вверх. Обняв ногами и одной рукой банановое дерево, он снял с ветки один из спелых плодов, плотнее и короче тех, что ровными рядами лежали в ящиках на базаре, надломил его и продемонстрировал аль-Хайтаму содержимое: мякоть, всю усеянную чёрными семенами. Непригодные для пищи тела, эти бананы являли собой пищу духа. Поэтому Тигнари завершил мантру едва ли не нараспев, распугивая прочих певчих птиц на верхушках соседних деревьев:

[indent]— ...тот есть – банан. Он есть хозяин собрания плодов, раскрывших в себе природу реальности, того семейства фруктов, которое помогает устранить всё устрашающее!

+4

10

[indent]Вопрос оставался открытым и, всё-таки, не давал учёному покоя.

[indent]Их всё ещё было два, и всё таким же образом они оставались на месте, для них предназначенном. Ранее было определено, что одно из ушей было левым, но сомнения насчёт правого всё ещё имели место — прямо как оно самое, то ухо, которое аль-Хайтам никак не мог определить как нечто другое, но правое. Но правильно ли это? Правое и правильное... Правильным мы в конкретной ситуации определяем левое, в то время как предположительное правое находится в пределах нашего понимания, но в то же время может быть определено иным образом. То «правое», что мы таким назвали, так же удобно можно переформулировать в «иностороннее» — находится на другой стороне, но относительно чего? А для этого придётся вернуться в самое начало и найти точку опоры — то, что поможет приблизить нас к истине в определении правости и левости ушей Тигнари. Для этого обратимся к месту непосредственного крепления данных органов — голове. Не совсем корректно будет называть данное формообразование шаром, однако для упрощения понимания и работы с формой мы впишем голову фенека в абстрактную упрощённую форму: представим, что нет ни тех самых ушей, ни лица в целом и в воображении заполним пустоты — тогда мы и получим необходимый нам шар. Как только мы определяем для себя форму таким образом и закрепляем идею головы-шара, теперь мы вновь возвращаемся к исходным данным. Итак, вновь перед нами, вернее, перед аль-Хайтамом появляется затылок Тигнари с волосами и ушами — тут стоило бы уточнить, что появляются они не в прямом смысле, ведь по факту никуда не исчезали, иначе весь проведённый до этого ушной разбор пришлось бы повторять вновь, оперируя иными данными и рассматривая другие плоскости и местонахождение ушей на них, в пространстве. Что можно увидеть ещё? Если встать ровно позади фенека, мы увидим симметрию — то, что в природе встречается, но не в чистом её виде, и потому квазисимметричное ошибочно за неё принимаем. Имея что имеем, определяем визуальный центр причёски Тигнари — это вертикальная линия, что поможет нам определить положение ушей фенека, по крайней мере, относительно её. Т.е. в данный случай мы заранее определим как частный и далее  к этому ещё вернёмся. Обратимся к левому уху и соотнесём с полученными данными: левое ухо расположено на левой стороне (относительно ранее проведённой вертикали) головы Тигнари. Теперь рассмотрим другое ухо. Не меняя исходного положения, посмотрим на центральную ось: другая часть головы относительно её находится справа. Второе ухо, отличное от левого, также находится на этой стороне. Таким образом мы получаем левое и правое, относительно его, ухо. Из этого следует, что то ухо мы вправе обозначить как правое — при определённых условиях. Как упоминалось ранее, мы рассматривали частный случай, коих существует определённое множество, но как-то так получается, что все рассуждения вдруг стали какими-то совершенно ненужными.

[indent]Сейчас нет ничего важнее банана.

░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░▄▄▄░░░░░░
░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░██▀█░░░░░░
░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░▀█▄██░░░░░
░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░▀█░▀█▄░░░
░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░██░░░▀█▄░
░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░██░░█░░░██
░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░▄█░░██░░░░█
░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░█▀░░█▀░░░░█
░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░▄█▀░░▄█░░░░░█
░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░▄█▀░░▄█░░░░░██
░░░░░░░░░░░░░░░░░░▄█▀░░░▄█░░░░░▄█░
░░░░░░░░░░░░░░░▄▄█▀░░░▄█▀░░░░░▄█░░
░░░░░░░░░░░░▄▄█▀░░░░▄██░░░░░▄█▀░░░
░░░░░░░░░▄██▀░░░░░▄█▀░░░░░▄██░░░░░
░░░░░▄▄█▀▀░░░░░▄██▀░░░░░▄██▀░░░░░░
░░░▄█▀▀░░░░▄▄█▀▀░░░░░▄▄█▀░░░░░░░░░
░▄█▀░░▄▄██▀▀░░░░░░▄▄█▀▀░░░░░░░░░░░
██░▄██▀▀░░░░░░▄▄██▀░░░░░░░░░░░░░░░
▀███▄▄▄▄▄▄██▀▀▀░░░░░░░░░░░░░░░░░░░

[indent]Дороги остались позади и сейчас аль-Хайтам, подражая жестам фенека, передвигался на всех своих четырёх конечностях, положив все свои вещи себе на спину. Аль-Хайтам не торопился подниматься на ноги — он, человек, наблюдал как фенек с лицом и телом человека, прямо на его глазах орудует неким инструментом и после чего встал на обе своих ноги. В это мгновение природа и человек поменялись местами. А после следовали слова. Всё это время Хайтам молчал. Молчал и слушал. Слова лились рекой, ударялись о травы и листья тропического, растворяясь в осевших каплях. Вот одна из них плюхнулась о землю — и буквы впитались в землю.

[indent]Поддавшись порыву, аль-Хайтам стряхнул со спины барахло и плавно встал на ноги. Он пошатнулся и ощутил себя ребёнком, что только учится ходить. Но ноги они как лес. Ноги помнят всё, поэтому уже спустя пару шагов он крепко стоял на своих двоих, а всё скинутое на землю вновь держал в руках.

[indent]Он послушно шагал следом за Тигнари и под конец уже сам беззвучно открывал рот, вторя словам из мантры, будто знал, что за слово последует за предшествующем ему. И вновь фенек вернулся к своему животному началу. Все эти метаморфозы проходили так… Органично всему. Человек-фенек и животное-фенек всё это время был одной частью всего этого лесного организма — даже цветки причудливых цветов и форм подтверждали это, кивая по пути.

[indent]И теперь он держал банан. Он... Надломил банан. Внутри банана, под кожурой банановой, была банановая мякоть и банановые семена. Он отличался от тех, с которыми аль-Хайтаму обычно приходилось иметь дело: все покупные бананы и те, что подавались в кафе, представляли из себя сплошную мякоть, пригодную к употреблению, но это... От изумления аль-Хайтам поднял руку и прикрыл рот.

[indent]- Так значит, это тоже банан? — секретарь поддался порыву и вопрос сам вырвался у него с губ и застыл в воздухе. Вдруг всё замолчало и, кажется, ход времени замедлился. Ведь этот вопрос был задан не только Тигнари, аль-Хайтам обращался к миру. И ответная реакция не заставила себя ждать, но вновь подул ветер и шум листвы прервал оцепенение.

[indent]Он должен был ответить сам себе, иначе для чего было это всё? Все эти слова Тигнари... Всё это имело смысл. И всё это имеет смысл прямо сейчас.

[indent]Мысленно касаясь кожуры банана пальцами, поскольку руки его физического воплощения всё ещё были заняты, аль-Хайтам ощущал, что дотрагивается до крупицы истинного знания.

[indent]- Тигнари, спасибо, что показал мне банан. Прежде я думал, что мне нужен другой банан, но прямо сейчас я понимаю, что это то, что мы действительно искали.

[indent]Он подошёл к ближайшему булыжнику, который вырос неоткуда и предоставил свою плоскую поверхность в качестве места для временного хранения, уместил на нём всё своё добро, и повернулся к фенеку. Аль-Хайтам протянул руку вперёд, ладонью кверху. Закрыл глаза и начал думать о бананах. Энергия Дендро обвила его предплечье и сконцентрировалась прямо над протянутой ладонью в форме зеркального осколка. Мужчина открыл глаза.

[indent]- Я созрел для этого. А ты?

[nick]al Hɐitham[/nick][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/247/600613.png[/icon]

Отредактировано al Haitham (2023-11-24 23:28:24)

+4

11

[indent]Тигнари посмотрел на аль-Хайтама со всей внимательностью, присущей ботанику, что наблюдал созревание самого редкого из фруктов. Плод людского прозрения и труда, в свою очередь, не так часто представал пред созерцателями естественного и прекрасного, а потому Тигнари был намерен не пропустить ни секунды взволнованного события, возмутительно прекрасного в своём чудесном освобождении от границ городского — где стены выступали лишь метафорической границей между рукотворным и натуральным, между человеческим и животным, между человечески и, наконец, сверхчеловеческим.

[indent]Крепко зацепившись ногами за ветку, Тигнари внезапно перевернул весь мир с ног на голову, лишь обратив своё тело в ускорении свободного падения вниз, пока голенища, напряжённые, не сжались вокруг сука, перекрещённые в мощном хвате. Свисая с ветки подобно готовящемуся к нападению в прыжке мелкому хищному зверю, Тигнари обратил на голову аль-Хайтама взор трёх внимательных глаз: своего левого, больше мятного, чем кофейного; своего правого, больше кофейного, чем мятного; своего третьего, стеклянного, огранённого и вставленного в оправу лупы. Под увеличительным стекло, даром что сверху вниз, голова аль-Хайтама предстала в широком ракурсе каждой незавершённой детали выражений, мыслей и лохматости.

[indent]А затем аль-Хайтам созрел. Тигнари собственными глазами, — всеми тремя, — наблюдал за тем, как на голове аль-Хайтама собрался пышный банановый цветок в скромном и блеклом серо-бирюзовом цвете. То был окрас обветренной зелени, что, разгульная, сегодня собирала каждую мысль аль-Хайтама, из влажного тёплого воздуха впитывала идеи леса, а в путешествии разбухла завершённостью, расцвела, расширилась, словно коробочка, выложенная скорлупой яиц тропических дроздов, а теперь, пусть и без стука птичьего клюва о сборище, вдруг лопнула, озаряя всё кругом светлячками спешных, подвижных мыслей из чистой энергии жизни. Зелёные искры летнего листопада после свежего ветра разлетелись кругом, и свисающий с дерева Тигнари вынужденно зажмурился. И когда в следующий момент он раскрыл глаза, то обнаружил перед собой на месте головы аль-Хайтама не просто лицо учёного мужа, но больше. Теперь его светлый лик был обрамлён корнями цвета пепла мудрости, что тянулись вверх и формировали на голове аль-Хайтама банановый куст. Вытянутые вверх ветви сгибались дугой под тяжестью плода.

[indent]Под тяжестью созревшего банана.

[indent]— Значит, ты всё понял. Хорошо.

[indent]В следующее мгновение Тигнари слетает с дерева прямиком вниз подобно одному из зрелых и пухлых плодов, что, преисполненные стремлением к следующим этапам существования, покидают ветку, с которой были связаны со времён формирования самой первой весенней почки, но теперь пришла пора прощаться и становиться плотью и семенем другой формы жизни. С гулким шлепком Тигнари приземляется в траве и подминает под собой зелень. Распушённый хвост обворачивается вокруг тела, заглушая болевые импульсы от удара, а встревоженные уши прячутся у лица из-за высоких травинок, что, обеспокоенные, теперь норовят щекотать меховые кончики.

[indent]Неисчислимые несколько минут Тигнари так и отдыхает в траве, свернувшись клубочком, но после резко подскакивает, подобно фенеку, на всех четырёх лапах встрепенувшемуся от услышанного вдали опасного звука. Тигнари тут же выпрямляется в спине, но так и остаётся сидеть на земле, теперь уже подогнув под себя ноги. Он тянется к голове и старательно распрямляет каждое из своих ушей, вытягивает их от головы с кисточкам, пока те, норовящие завернуться назад, наконец, не встают ровно. После этого Тигнари достаёт из своей сумки два важных предмета: цветочную мину и блокнот. По очереди он смотрит на них и произносит:

[indent]— В своём познании леса я обрёл её, виджняну-пхалу. Её схема скрывалась в узорах на лепестках и в трещинах на коре; в изгибах ручейков под камнями я видел чертёж. И теперь...

[indent]Отложив зелёный шар в сторону, Тигнари принимается листать страницы своего блокнота. С превышающим ловкость энтузиазмом он шумно и не всегда удачно переворачивает листы, пока, наконец, не находит пустую страницу. Карандаш в его руке проворачивается подобно мечу ловкача перед красивым выпадом — так и Тигнари принимается атаковать бумагу росчерками его спешной технической мысли. Сложно сказать, что именно сейчас брало на себя лидерство в голове Тигнари: дух Авидьи или гордость Академии, но выученные кшахреварской методичкой чертежи перекрывали листы вместе с графическим срезом плода, который с каждым новым росчерком приобретал иную формы и обзаводился деталями.

[indent]— Посмотри, — Тигнари, наконец, закончил свою работу и поднял блокнот в руках над головой, демонстрируя чертёж аль-Хайтаму, — Новое прозрение. Банана-пхала.

https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/194/546027.png

https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/194/989154.png

[nick]ट्ighnari[/nick][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/194/183526.png[/icon]

+4

12

[indent]Аль-Хайтам наблюдал за движениями лесного дозорного молча, будто бы губы его внезапно слиплись мёдом. Он внимательно рассматривает всё, что ему показывают. Но когда Тигнари раскрыл блокнот и начал активно зарисовывать что-то, секретарь впал в ступор и не поверил своим глазам. Пришлось как следует проморгаться, ведь на мгновение ему показалось, что видит он перед собой не фенека с лицом и телом человека, а своего соседа, что в порыве вдохновения схватил скетчбук и принялся разрисовывать страницу эскизами то ли с натуры, то ли из своей головы. А может, и всё сразу. Видение ушло, но его сменило накатившая ностальгия по былым временам. Такого Кавеха он видел куда чаще во времена их учёбы, чем сейчас, утопающего в вине.

[indent]Он сделал глубокий вдох — то странное чувство в груди ушло, из воспоминаний о мирской жизни он вернулся в мир леса. Затем аль-Хайтам подошёл ближе к Тигнари, когда дозорный подозвал его посмотреть на плоды своих трудов. Фенек поднял блокнот над головой — важно уточнить, что прямо перед своими левым и правым ушами (интересно, смог ли бы он обхватить блокнот ушами и поднять ещё выше) — и аль-Хайтам увидел карандашный рисунок, настолько свежий, что пыль графита не спала со страницы.

[indent]И затем аль-Хайтам услышал...

[indent]Банана-пхала.

Banana-Phala

[indent]А после он ощутил, как произнесённые Тигнари слова, в этот же миг становятся сакральными. И всё, о чём они говорили до этого, всё, что, в принципе, они могли сказать в этой жизни — ничто. Прозрение Тигнари обладало силой, способной повернуть время вспять, обратить горы в песок и погрузить весь Тейват в банановое царство. Аль-Хайтам разомкнул губы и уже был готов повторить их следом, чтобы закрепить их в этом мире, но в этого не потребовалось: ветерок подхватил слова фенека с лицом и телом человека и унёс с собой вглубь леса.  Секретарь видел это своими глазами, и не препятствовал. Теперь всё зримое и незримое, ничтожно маленькое и удивительно огромное услышат: Банана-пхала.

Banana-Phala

[indent]Но не каждому дано её постичь, потому что не каждому зрячему или даже слепцу нужно прозрение. В них не расцвёл банановый цветок, не сформировался плод банановой мысли — глубоко в недрах разума, приятно лаская мозжечок и заливая черепную коробку банановым молоком.

[indent]Аль-Хайтам внимательнее приглядывается к чертежам и видит. Видит всё, что стоит за её сотворением: как десятки, а то и сотник лет назад вырастает дерево. Его взору предстают дожди, что смачивают листья этого дерева. Первые цветы и первый банановый урожай. Проходит время, корневая система разрастается, уходит глубоко в землю. Ширится, высится ствол бананового дерева. До самой Селестии может расти и расти, а то и выше. Но Селестия никогда не была важна для бананового дерева. Банановому дереву ничто не было важно, ибо банановое дерево постигло истины само собой, без чьей-либо помощи. Оно было банановым деревом, им же оно всегда будет. Как и камень будет камнем, а трава — травой. Это человек хочет быть кем-то, стать кем-то, являться кем-то. Банановое дерево не человек, человек не есть банановое дерево.

Banana-Phala
Banana-Phala
Banana-Phala

https://64.media.tumblr.com/fa07beafce789759e0bb6e87ad457d97/tumblr_n239bh5Rd61ql3i14o1_500.gif

Banana-Phala
Banana-Phala
Banana-Phala

[indent]А меж тем, года сменяют друг друга, сезон сменяет сезон. Первый плод, что упал на землю и ушибся, уже давно стёрся. Что с ним стало? Никто уже и не вспомнит. Есть только дерево и новые цветы, свежие плоды.

[indent]И видит аль-Хайтам уже не прошлое и даже не настоящее, но будущее подвластно его взору: он берёт банан. Нет на нём ни ушибов, ни других повреждений. Это целостный жёлтый банан, без единого пятна или ожога. Затем очищает от кожуры, обнажает мякоть светло-жёлтого цвета и откладывает её в сторону — его уже унесла какая-то лесная зверушка (а может, это был аранара?). Аккуратно убирает кончик и срезает шейку, за которую и тянул, чтобы раскрыть банан. Каждый шаг он совершает с такой уверенностью и проворством, будто бы не одну жизнь прожил, и где-то там, в прошлом, был знаком с этим деревом. И плод тот первый, о котором сейчас никто и не вспоминал, подобрал. Плод созревший, с бананового дерева упавший. После был второй, третий, четвёртый бананы... Так, пока не оказалось достаточно кожуры.

[indent]Аль-Хайтам не успел опомниться, как предстал перед Тигнари. В руках секретаря — та кожура бананов, все лоскуты как на подбор: одинаковой длины, цвета.

[indent]Всё было готово для Банана-пхалы. И бананы, и они с Тигнари.

[nick]al Hɐitham[/nick][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/247/197706.png[/icon]

Отредактировано al Haitham (2024-05-21 18:09:17)

+3

13

[indent]В Авидье, где каждый элемент, каждый уголок природы и каждый вздох ветра наполнен жизнью и магией, скрывалась мудрость, которую не всегда можно постичь взглядом поверхностным. В этих лесах, где вечнозелёные деревья тянутся к небесам, а реки поют древние песни, Тигнари жил, как должен был всякий хранитель знаний и природы. Его сердце было наполнено стремлением к истине, и каждый день он искал ответы в гармонии природы.

[indent]В этот самый момент, когда солнце мягко касалось листвы озарёнными дланями, Тигнари смотрел на аль-Хайтама, мудреца и учёного, чьи мысли блуждали в лабиринтах философии и науки, так, словно впервые его встретил. Аль-Хайтам сидел под деревом, его руки были заняты странным для любого другого мига, но таким естественным для текущей вечности мгновений занятием: он очищал бананы, срезая кожуру с точностью, достойной мастера. Тигнари, привлечённый необычным зрелищем, остановился и начал пристально наблюдать за действиями аль-Хайтама.

[indent]Каждое движение аль-Хайтама было медленным и обдуманным, как будто он совершал священный ритуал. Его пальцы скользил по поверхности банана, оставляя за собой идеальные полоски кожуры. Эти полоски падали на землю, образуя узор, который, казалось, был частью великого замысла. Тигнари, погружённый в созерцание, чувствовал, как его мысли начинают обретать форму и смысл.

[indent]Взгляд Тигнари скользил по кожуркам, и в этих простых предметах он начал видеть нечто большее. Каждая кожура была уникальна, с прожилками, которые рассказывали свою историю. В то же время, все они были одинаково точны и соразмерны, как будто природа сама вырезала их с такой же аккуратностью, с какой аль-Хайтам выбирал плоды. В этих кожурках Тигнари увидел символы гармонии и порядка, которые пронизывали весь мир.

[indent]Тигнари задумался о природе истины. Он вспомнил слова древних мудрецов, которые говорили, что истина скрыта в простоте. И вот, перед ним, в этих банановых кожурках, он увидел отражение великой истины природы. Он понял, что каждая деталь мира, даже самая малая, несёт в себе отпечаток великого замысла. В этих кожурках он увидел единство и разнообразие, порядок и хаос, которые сливаются в гармонию.

[indent]Выдержанная формула банана-пхалы приобретала графическое построение, как если бы рука инженера прочитала их мантру и перевела на язык координат, а затем от вершин по лучам выстроила форму совершения.

[indent]Тигнари почувствовал, как его душа наполняется покоем и ясностью. Он осознал, что поиск истины не всегда требует великих свершений и глубоких размышлений. Иногда достаточно просто остановиться и посмотреть на мир вокруг себя. В каждой детали, в каждом мгновении скрыта мудрость, которую можно постичь, если смотреть с открытым сердцем и ясным умом.

[indent]В этот момент Тигнари постиг всё.

[indent]Где древние деревья шепчут свои бесконечные мантры, а реки несут в своих водах мудрость тысячелетий, два путника возвращались из глубин природы. Их сознания были расширены, их умы открыты для великого знания, которое простирается за пределы бытия. Они были Тигнари и аль-Хайтам, аль-Хайтам и Тигнари, никто другой ими быть не мог, и их возвращение в Гандхарву было не просто возвращением домой, но паломничеством к истине.

[indent]Тигнари, с его острыми ушами и проницательным взглядом, шёл впереди, словно проводник в мире, где каждый шаг имеет сакральное значение. Его глаза сверкали, как звёзды, и каждое его движение было наполнено внутренней силой. Аль-Хайтам, следовавший за ним, держал в руках банановые кожурки — символы их путешествия и прозрения. Их шаги были тихи, но в их тишине звучала мелодия вселенной.

[indent]На пути им встречались знакомые, люди, которые жили в гармонии с природой и были частью великого цикла жизни. Тигнари, не останавливаясь, говорил каждому встречному: «Мне некогда, меня ждёт великое дело.» Его слова были как ветер, который несёт с собой перемены, и каждый, кто слышал его, ощущал, что в мире происходит нечто значительное.

[indent]Когда они достигли хижины Тигнари, окружённой густой зеленью и наполненной ароматами тропического леса, они заперлись внутри, словно входя в святилище. В этой хижине, где каждый предмет был на своем месте, где каждая вещь имела своё значение, они начали свое великое дело.

[indent]— О мой добрейший коренной мастер! Воссядь на лотос и луну, увенчивающие мою голову, и по своей великой милости одари меня благословением твоих тела, речи и ума.

[indent]Так Тигнари пригласил аль-Хайтама расположиться на подушках, а сам достал швейные принадлежности, инструменты, которые в его руках превращались в орудия творения. Он сел прямо на пол, его движения были медитативными, а его дыхание — ритмичным и глубоким. Он начал сшивать между собой принесённые кожурки, его руки двигались с точностью и грацией, как у мастера, создающего произведение искусства.

[indent]При каждом стежке он произносил мантры, слова, которые были не просто звуками, но вибрациями, проникающими в самую суть материи. Эти мантры были как молитвы, обращённые к вселенной, и каждый стежок был актом соединения, актом создания нового из старого. В этих мантрах звучала мудрость древних, и их сила наполняла пространство вокруг.

Из сердец всех святых существ нисходят потоки света и бананового нектара, они даруют благословение и очищение. Начало пути — упование на добрейшую сладость банана, в котором источник всякого блага. Благословите меня осознать это и следовать ему с великой преданностью. Телом, речью и умом смиренно простираюсь ниц, совершаю подношения наяву и в мысли, раскаиваюсь в злодеяниях, совершённых мною от века, и радуюсь добродетелям всех существ. Соизвольте оставаться здесь, пока не пройдёт Бананара, вращайте колесо Бананхармы ради нас! Все добродетели посвящаю великому Просветлению через Банановое.

[indent]Когда работа была завершена, Тигнари взял другие красивые нити и начал вышивать на толстой части кожуры слово केला языком, выговоренным им в наследие древними сумерцами. Эти нити были как лучи света, пронизывающие тьму, и каждое их движение было наполнено смыслом. Слово केला сияло, как банановая звезда, и его значение было глубже, чем просто название фрукта. Оно было символом жизни, символом цикличности и возрождения.

[indent]Тигнари поднял своё творение, и оно оказалось поясной сумкой, простой и в то же время величественной. Он подошел к аль-Хайтаму, который стоял в центре хижины, словно ожидая своего посвящения. В этот момент Тигнари был не просто случайным спутником, он был жрецом, проводником, который готовился передать великое знание.

[indent]С трепетом и благоговением Тигнари надел поясную сумку на аль-Хайтама. Этот жест был как опускание венка из лотосов на голову просветлённого, человека, который достиг высшего понимания и был готов стать Архонтом. В этот момент аль-Хайтам казался возвышенным, его лицо излучало свет, и его глаза были полны мудрости, а рот — банановой мякоти.

[indent]Поясная сумка, созданная из банановых кожурок, была не просто предметом, она была символом их путешествия, их прозрения и их единства с миром. Она была воплощением их стремления к знанию и их связи с природой. В этот момент они оба понимали, что стали частью чего-то большего, чем они сами, и их души были наполнены покоем и гармонией.

https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/194/474816.png

[indent]И так, в тишине леса, в святилище их хижины, они стояли, два путника, два искателя истины, объединившиеся в своём стремлении к великому. Их путь не был завершён, но они знали, что каждый шаг, каждое действие, каждое слово имеет значение. И в этом знании они нашли свое истинное предназначение. В этом познании они обрели банан.

[indent]В начале было ничто, и из этого ничто возникло всё. Так и Тигнари, пробуждаясь посреди леса, ощущал себя частью этого великого круговорота бытия. Его сознание, словно заблудившееся в бесконечных лабиринтах сансары, медленно возвращалось к нему. Он лежал на широкой ветке, как на мосту между двумя мирами — миром снов и миром яви. Голова его гудела, словно наполненная тысячью голосов, а сладость во рту, источника которой он не мог вспомнить, вызывала тошноту.

[indent]Он поднял взгляд и увидел перед собой лес, который казался ему одновременно знакомым и чуждым. Ветви деревьев переплетались, образуя сложные узоры, как мандалы, символизирующие бесконечный цикл жизни, смерти и возрождения. Он попытался вспомнить, что привело его сюда, но память его была, как река, унёсшая все воспоминания в далёкие края. Только одно воспоминание всплыло на поверхность его сознания — он решил попробовать новые грибы, которые обнаружил после дождя.

[indent]Осмотревшись по сторонам, он сначала заметил на соседней ветке перевешенный плащ аль-Хайтама. Эта деталь казалась ему странной и неуместной, как чужая мысль в медитации. Затем он увидел и самого аль-Хайтама, чья фигура была неподвижна, как статуя цветочной богини в разрушенном храме. Особое внимание Тигнари привлекла поясная сумка на теле аль-Хайтама. Она была сшита из банановых кожурок, которые теперь почернели, словно символизируя преходящую природу всего сущего.

[indent]Тигнари попытался подняться на ветке, но его тело казалось совершенно уставшим, как если бы он провёл тысячу лет в медитации. Каждое движение давалось ему с трудом, как если бы он пытался подняться из глубин океана на поверхность. Он чувствовал себя побитым и измождённым, словно его душа прошла через множество перерождений и испытаний.

[indent]С трудом он произнёс имя: «Аль-Хайтам...» Его голос был слабым, как шёпот ветра в лесу, и он не был уверен, услышит ли его аль-Хайтам. «Аль-Хайтам,» — повторил Тигнари, чувствуя, как его сознание вновь начинает погружаться в тьму. «Что... ты тут забыл?»

[indent]Много что и много кого встречал в своих уникальных «путешествиях» Тигнари, но секретаря Академии Сумеру — никогда.

https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/194/423326.png

[nick]ट्ighnari[/nick][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/5c/7f/194/183526.png[/icon]

Отредактировано Tighnari (2024-05-25 23:02:53)

+3


Вы здесь » Genshin Impact: Tales of Teyvat » Эпизоды настоящего » [15.07.500] Бананьяка I: А вас тоже бесит, что сумка-бананка...


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно